Дыхание сбилось, вылетая вместе с тихими стонами.
Слабый огонь внизу порывами заполнял живот. Будто фитиль подожгли, осталось дождаться фейерверка.
Мэлл сжал грудь, увеличивая площадь распространения пожара, неподвластного воде.
Короткий вскрик от плавных движений пальцами внутри стыдливо осел на стенках душа. Сладкая пытка языком продолжалась синхронно, сохраняя ритм.
Фитиль почти догорел.
Пара движений и десятки огней разом вспыхнули внутри и снаружи. Глупое выражение: "Искры из глаз", — вдруг обрело смысл.
Задыхаясь стоном, попыталась встать ровно, твердо. Ноги подкосились, на скользком полу упасть не сложно.
— Тш-ш, не надо падать, — Мэлл прислонил Джул спиной к стене, прижался к груди.
Этот мужчина определенно сводил ее с ума.
Он наслаждался ее видом: раскрасневшейся, разомлевшей, с блеском в глазах. И она видела его наслаждение. Читала во взгляде. Чувствовала просто стоя рядом.
— Мэлл… — опустила веки, облизывая губы.
Кругом вода, а во рту пустыня.
Не глядя огладила шею, пытаясь свести бесконечный водоворот мыслей к чему-то одному.
Получалось ужасно.
— Спасибо.
Не это хотела сказать.
"Не это… а что? Надо ли вообще произносить вслух?"
— Я…
Почему с ним так?
— Ты…
Нежно, тепло, страстно, обжигающе, спокойно, феерично, чувственно, уютно, надежно. Онодиндает столько чувств и эмоций. Как? Возможно ли прожитьбез нихпосле того, как испытала?
— Говори свободно, — он отвел прилипшую к щеке прядь волос.
Притянула его за шею, прижимаясь лбом к его. Не решаясь открыть глаза.
— Кажется, я уже не смогу без тебя… и от этого страшно.
Мэлл не улыбался. Не ухмылялся. Обнял, пряча ее голову на своем плече. Надежно укрывая от страхов. Пусть и ненадолго, лишь пока длятся объятия.
Возбуждение Брэдфорда сложно не заметить, еще труднеене почувствовать.
Сомнения на секунду промелькнули, растворившись со скоростью спринтера. Осталось лишь легкое волнение и взбудораженность.
"До его степени откровенности я пока не дошла, но подбираюсь все ближе".
Надавила на грудь, подталкивая шагнуть назад.
Он прислонился спиной к стеклянной стенке.
Лизнула его губу, рисуя ладонью невидимую линию по торсу вниз.
Маленькие сладкие узелки затянулись в животе от его взгляда. Уверенного, ласкающего и одновременно самоуверенного. Не напыщенно, а спокойно.
Полуулыбка украсила его губы, когда подушечки мазнули по нижней части живота.
Он не собирался ее останавливать. Сама захотела. Никто не принуждал и не просил.
Осторожное касание у основания, неловкое скольжение по члену.
Закусила губу, так и не сумев оторвать взгляд от глаз Мэлла, желая наблюдать смену эмоций.
Ладонь накрыла ее руку, показывая как надо.
Выдох неслышно вылился из приоткрытого рта Брэдфорда. Прозрачная капля повисла на верхней губе, гипнотизируя Джул. Она подалась вперед, ловя ее острым языком, и вместе с ней — что-то слишком приятное, будоражащее во взгляде напротив.
Продолжила скользящие движения более уверенно, опьяненная маленькой властью. Оставила поцелуй на кадыке, опускаясь ниже.
Тихий хриплый выдох стрелой попал в низ живота. Сомнения, которых, впрочем, и не было — остались за пределами душа.
Джул опустилась на колени. С этого ракурса член казался не просто большим, а огромным.
"Наверно стоило потренироваться на банане".
Решимость Джул и ее сияющий желанием взгляд уже почти оргазм.
"И похуй, что не умеет. Делает она и этого достаточно".
Он терпеливо направлял ее, учил, подсказывал. Наполнялся ощущениями, которых прежде не было.
Губы плотно обхватывали член, вбирая неглубоко. Насколько получалось.
Пару раз случайно зацепила зубами. Короткое тихое шипение, смешанное с шелестящим шумом воды.
— Малышка,онлюбит нежно, — произнес тихо, спокойно, с улыбкой, расслабляя Джул.
Приоткрытые губы на тонкой коже проложили полосу к основанию. Обратно.
Слизнула выступившую капельку смазки, смотря на него снизу кристально-голубыми глазами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Охуительно, — прохрипел Мэлл.
Довольная улыбка мелькнула на ее губах, головка члена вновь скрылась во рту.
Глухой стон потревожил пространство, подстегивая Джул. Помогая себе руками, ускорилась, сама возбуждаясь. Снова. От скользящих движений по небу. От проникающихоченьглубоко хрипов Мэлла.
Нарастающая пульсация, напряжение. Эйфория и наслаждение от удовольствия, котороеонаему доставила.
Вязкая сперма растеклась по языку, оставляя горьковатый терпкий привкус. Сглотнула, не чувствуя отвращения.
Никогда не думала, что сделает это. Даже допускать как вероятность было противно.
Не в этом случае.
Поднялась под пристальным взглядом. Из приоткрытых губ Мэлла вырывалось неслышное частое дыхание.
Она совершенно точно сводила его с ума.
Дернул за талию на себя, прижимая к мокрому телу. Мягко, уверенно оттянул волосы, запрокидывая ее голову.
Смял губы, настойчиво врываясь в рот. Чувствуя собственный вкус. Делясь эмоциями. Чувствами.
Без лишних слов. Все и так понятно.
Джул с мечтательной улыбкой повисла на его шее.
— Мы точно опоздали на первую пару.
— Какая жалость, — хмыкнул Мэлл, поглаживая упругое полушарие ягодицы. — Можем каждый деньтакначинать.
От такой перспективы внутри что-то восторженно запело, но разум не спал.
— Тогда меня отчислят, — засмеялась Джул.
Мэлл вышел из душа. Подал ей полотенце, взял свое.
Вытираться перед ним почти так же волнующе, как позволить ему себя мыть. Он не отворачивался, провожая каждое ее движение. Подогревая неловкость.
— Ты не думал, почему я убегала от себя? Во сне.
Она надеялась отвлечь его вопросом, чтобы перестал неусыпно за ней наблюдать, но что-то пошло не так. Мэлл вытирал шею, слегка наклоняя голову вправо… влево… с куда более пронзительным взглядом.
"Ему не обязательно что-то говорить, чтобы смутить меня".
Оставив волосы мокрыми, обернула полотенце вокруг себя.
Невозможно оставаться невозмутимой.
— Есть одна теория, — Мэлл набросил халат. — Помнишь, когда начались кошмары?
О, да. Сложно забыть самый первый сон, от которого проснулась в холодном поту и в истерике. Натянутые до предела нервы кошмар перерезал стальными ножницами.
Кивнула, надевая халат.
— До того, как задвинула память, или после?
Джул задумалась.
Стоя спиной к Брэдфорду вытянула полотенце. Запахнула полы халата, пытаясь восстановить хронологию.
Воспоминания о своем адовом состоянии по-прежнему неприятно отзывались внутри. Мотнула головой, зацепив в зеркале свое отражение.
Нахмуренные брови откинули назад. В тот день, когда решилась на опасный шаг.
Она стояла в ванной. По ногам стекала вода — только что вышла из душа. Опустошенная. Заполненная до краев отчаянием. Гневом. Ненавистью. К себе. К Ирвин. К блондину из клуба.
Опираясь на край раковины, устав бороться с собственной памятью, смотрела на свое отражение. С синими кругами под глазами, кожа посерела от недосыпа и недоедания. Убогий, жалкий вид.
Ей снились кошмары, но другие, поэтому спала мало и плохо.
— После.
Посмотрела на отражение Мэлла за плечом.
"Ты часто оказываешься прав".
Страшно услышать, что он скажет.
— Та часть тебя, против которой ты боролась, чувствовала себя нормально, пока ты не попыталась от нее избавиться.
Мотнула головой, не соглашаясь.
— Мне было отвратительно.
Мэлл усмехнулся.
— Ты спросила, что я думаю. Принимать мой ответ или нет — решай сама.
Коротко обнял, оставляя на губах тепло поцелуя.
— Удачного дня, малышка.
Растеряно проводила его спину.
Как она могла себя чувствовать нормально, когдаейбыло плохо? Абсурдно.
