Читаем без скачивания Пёс. Книга 1. - Nik Держ

— Черт побери! — выругался Шварцвальд. — Вход тоже исчез!

Солдаты заволновались, кинулись осматривать стену, где еще недавно был проход, от которого не осталось и следа.

— Без паники! — рявкнул Виллигут, и эхо его голоса разнеслось по пустому залу. — Выход всегда найдется!

Отодвинув в сторону солдат, он подошел к стене и прикоснулся руками к гладкой поверхности:

— Значит, древний механизм работает. Вот это я понимаю, даже щелки не осталось!

— Герр группенфюрер, Карл! — завопил Волли. — Смотрите…

Серый каменный пол неожиданно поменял цвет и стал молочно белым. Сквозь белизну проступили ярко-красные круги.

— Их девять! — выдохнул Волли, сосчитав круги. — Нас тоже девять!

— Хитро! Я так понимаю, — невозмутимо произнес Виллигут, — что каждому из нас нужно встать в центр круга. Давайте, парни, не будем заставлять ждать наших неизвестных хозяев!

Он первым переступил красную черту ближайшего круга. Едва он это сделал, как перед ним выросла прямо из пола прозрачная хрустальная колонна с маленькой чашей на торце. Из чаши торчал острый хрустальный шип.

— А вот и проверка! — произнес Виллигут, протыкая шипом палец. — Это аналог наших медицинских лабораторий — клинический анализ крови.

Рубиновая капля скатилась по шипу в чашу, хрустальная колонна съежилась и втянулась в пол. Ничего страшного с Виллигутом не произошло. Следом за группенфюрером в круги вступили Волли и Валеннштайн. Увидев, что ничего страшного с ними не произошло, свои места заняли остальные члены экспедиции.

— Ждем результатов? — предположил Волли, когда круги исчезли с пола, и он вновь стал обычным полированным камнем.

— Подождем. Я думаю, что вскоре двери откроются! — сказал группенфюрер, засекая время.

Действительно, не прошло и пяти минут, как на противоположном конце зала на абсолютно голой стене проступили очертания больших двустворчатых дверей.

— Вот и выход! — удовлетворенно потер руки группенфюрер и, не испытывая больше сомнений, направился к дверям.

Воодушевленные бесстрашием командира, солдаты потянулись следом. Группенфюрер двигался стремительным шагом, почти бежал, подчиненные за ним едва поспевали. Неожиданно один из солдат поскользнулся и рухнул на пол, громыхнув выпавшим из рук автоматом. «Шмайсер» заскользил по зеркальному полированному полу и, ткнувшись прикладом в створки ворот, замер. Группенфюрер сбился с ритма и остановился. Он обернулся к упавшему бойцу и замер в изумлении. Замерли и остальные участники экспедиции: упавший боец, трепыхался, пытаясь подняться на ноги, словно попавшая в паутину бабочка. Он, скорее всего, не замечал, происходивших с ним изменений. Но группенфюреру было прекрасно видно, что тело бойца приросло к полу. Один из бойцов бросился на выручку товарищу, но был остановлен жестким окриком группенфюрера:

— Назад! Не прикасаться!

Боец нервозно переминался с ноги на ногу, разрываясь между желанием помочь упавшему товарищу и приказом командира. Тело упавшего солдата стремительно сливалось с белоснежным камнем. Еще несколько секунд зеркальная поверхность бугрилась шевелящимися пузырями спины и головы упавшего, а затем разгладилась и вновь затвердела.

— Бегом за мной! — рявкнул группенфюрер.

— Не могу! — неожиданно плаксиво заявил один из солдат. — Ноги… Ноги не отрываются от пола!!! Господи, что же это!

Солдатик дергался, но его ноги словно вросли в камень. Группенфюрер с ужасом увидел, что горные ботинки бойца «Эдельвейса» меняют окрас под цвет каменного пола.

— Черт! И у меня тоже ноги не идут! — громко выругался переводчик Шварцвальд.

Он дрожащими руками судорожно пытался развязать шнурки ботинок, видимо, пытаясь их снять.

— И я прилип…

— И я… Мама!!!

— Господи, да помогите же!!! — взмолился Шварцвальд, сумевший освободить одну ногу из ботинка.

Но группенфюрер видел, что ему уже не помочь — нога даже без ботинка выглядела каменной, хотя еще и шевелилась.

— Будьте вы прокляты!!! — крикнул Шварцвальд, теряя равновесие.

Он упал на колени. Едва только его руки соприкоснулись с полом, как тут же изменили свою структуру и стали с ним единым целым.

Не обращая внимания на крики и стенания обреченных на гибель солдат, группенфюрер, которого почему-то не затронул странный процесс, заревел:

— Все, кто может двигаться, ко мне!!!

Он развернулся на каблуках и подбежал к дверям, схватил за ручку и попытался распахнуть хотя бы одну створку. Но двери не поддавались на жалкие усилия группенфюрера, как будто были лишь обманкой, вырубленной в скале. К Виллигуту подскочили запыхавшийся Волли, Валеннштайн и, как ни странно, один из солдат «Эдельвейса».

— Навалились! — заорал группенфюрер. — Все вместе!!! Раз! Два! Навались!

Но их усилия пропали даром — дверь даже не шелохнулась.

— Дьявол! — прорычал Виллигут, бессильно опуская руки.

Крики за его спиной стихали. Наконец в зале воцарилась гробовая тишина. Группенфюрер нашел в себе силы и обернулся. От четверых бойцов «Эдельвейса» и переводчика Шварцвальда не осталось и следа, лишь кое-где еще подрагивала блестящая поверхность пола.

— Что это было? — дрожащим голосом спросил Волли. — И почему с нами ничего не произошло?

— Помнишь, что сказал Шварцвальд? — глухо произнес Виллигут. — Это зал сортировки… Пройти дальше могут лишь дети «Высших», либо их создания… Видимо погибшие не были ни детьми, ни созданиями…

— А мы тогда кто?

— Одно из двух… — криво усмехнулся группенфюрер. — С нами все ясно: я, ты и Валеннштайн — бессмертные! Мы прошли инициацию… Возможно поэтому и остались живы… А вот кто ты, парень? — Виллигут повернулся к единственному уцелевшему бойцу. — Что связывает тебя с Тибетом?

— Я… Я не знаю… — пролепетал солдат, встретившись с горящим взглядом группенфюрера. — Может быть то, что мой прадед был одним из офицеров «Черного Солнца»? Я нашел его тело на монастырском дворе…

— Как ты его опознал?

— По перстню…

— Ах да, именной перстень, — задумчиво произнес Виллигут. — Возможно, в этом все и дело.

Едва только пол перестал вздрагивать, поглотив тела несчастных солдат, дверь тут же распахнулась.

— Ну что, сортировка произошла, — изрек Виллигут, решительно переступая порог. — Мы прошли отбор! Думаю, что бояться нам больше нечего! Вперед!

Едва все члены поредевшей группы вслед за группенфюрером переступили порог, дверь захлопнулась и исчезла, словно её никогда и не было. Зал, в котором оказались путешественники, не уступал размерами предыдущему. Но в отличие от голых стен предыдущего зала, светящиеся стены нынешнего изобиловали многочисленными барельефами.

— Да это же… Это… — задохнулся от изумления Виллигут. — Здесь вся история мира! Древняя история, о которой мы слышали лишь в легендах!

Забыв обо всем, группенфюрер перебегал от барельефа к барельефу:

— Это же солнечная система! А это, — он ткнул пальцем в хвостатую комету, — небесное тело, столкнувшееся с землей! А это, — он перебежал к следующему барельефу, — сам момент катастрофы: небесное тело врезается в землю… Черт побери, это же космические аппараты! Значит, цивилизация Атлантов была в большей мере технологической! И кто-то из них спасся, покинув планету. Те же, кому не посчастливилось улететь прочь, погибли… Выжили лишь жалкие крохи, которые и основали новую цивилизацию, но пошли по другому пути — они занялись духовным развитием, подчинили естественные природные силы… Волли, видеокамера цела?

— Так точно, герр группенфюрер!

— Снимай на пленку все, что видишь! Это бесценно!

— Есть! — Волли расчехлил видеокамеру и принялся методически снимать на пленку барельефы.

— Герр группенфюрер! — позвал Карла с дальнего конца зала Валеннштайн. — Здесь интересное сооружение.

Волли дернулся было за группенфюрером, но тот сурово одернул штурмбаннфюрера:

— Снимай барельефы, не отвлекайся! Как закончишь, снимешь находку Валеннштайна!

— Есть не отвлекаться! — разочаровано произнес Волли.

Конструкция, найденная Валеннштайном, показалась группенфюреру смутно знакомой.

— Да это же лабиринт! — воскликнул Виллигут, подойдя поближе.

На каменном полу была выдолблена, либо вырезана схема переплетающихся друг с другом концентрических кругов. По периметру этих кругов в специальных канавках были установлены хорошо знакомые группенфюреру хрустальные черепа.

— Командир, а эти черепушки могут двигаться по канавкам, — сказал Валеннштайн, опускаясь на корточки. — Интересно, для чего?

— А вот для чего! — взгляд Виллигута уперся в барельефы, украшающие стены зала в непосредственной близости от лабиринта. — Смотри, каждый барельеф, это схема расположения черепов. То есть, расположив черепа как на картинке, мы попадем именно в то место, какое там указано! Это же просто, как дважды два!