Читаем без скачивания Сага о Мрачных Водах. Глубины Пепла - Илья Сергеевич Ермаков

всепоглощающая тьма. И вода здесь… холодная. Гораздо холоднее, чем в Перекрестках на дне океана.

Длинный мост соединял лифт и нечто, растущее на дальней стене. Сияние. Черное и красное. Сплетение щупалец или корней? Словно множество тонких и толстых ветвей, переплетающихся друг с другом в хаотическом порядке. Черные сплетения, сияющие кровавыми огнями, образовывали огромное кольцо, в центре которого брезжили красные и черные искры, сливаясь в единый световой поток.

Скальд сразу догадался — это и был тот самый Проход — огромный портал между мирами.

Ветви-щупальца словно живые. Они находились в постоянном движении. Они обнимались, как клок змей. И даже издавали шипение. Шуршащий звук, напоминающий дребезжание радио, — единственное, что нарушало тишину во мраке.

Сделав несколько шагов вперед, Скальд приметил на мосту силуэт. Человеческий силуэт.

— Идемте, Альбедо, — наконец произнес он.

— Кто там, Скальд?

— Я пока не вижу.

Они шли дальше. Шаг за шагом, приближаясь к силуэту вдали.

Кто-то стоял на середине моста и смотрел на них, ожидал их. И в руках у него блестело что-то черное и тонкое. Два меча.

Скальд, которому удалось первому распознать личность фигуры, остолбенел.

Голый изрезанный ранами торс. Никакой крапивной рубашки. На ногах лишь рваные черные джинсы по колено. Ноги босы. И в руках — два черных искрящихся меча, напоминающих семиотики. Но символы не золотые, а чернильные и даже красные. Мечи словно были сотканы из той же энергии, что и Проход.

Бледное тело. Серая кожа, покрытая черными и багровыми порезами, разбросанными на груди, животе, плечах, шее и руках.

Альбедо, сделав еще несколько шагов вперед, наконец распознал своего племянника.

— Энтони…

Альбедо хотел сорваться на бег, но Скальд тут же его остановил, схватил за запястье.

— Отпусти меня! — рявкнул Альбедо.

— Нет, Альбедо, с ним что-то не так. Это уже не наш Энтони.

— Прочь, Скальд! Это мой Энтони! Мой! Мой мальчик…

Альбедо удалось вырваться из хватки Скальда и убежать вперед.

— Альбедо, стойте! Вернитесь! Разве вы не видите? Это не Энтони. Он опасен. Прошу вас, не идите к нему.

Но Альбедо не слушался. Он бежал к Энтони, и Скальд, почуяв неладное, погнался за ним.

— Альбедо! Альбедо, нет! Не смейте приближаться к нему!

Скальд почти догнал Альбедо, когда тот остановился в паре шагов от того, кто раньше был Энтони.

— Энтони… что они с тобой сделали?

Ноги Альбедо подогнулись. Он выронил семиотик. Скальд подлетел к нему, не дав упасть.

— Альбедо, прошу…

— Оставь меня, Скальд. Это все из-за тебя! Уходи. Прошу. Оставь меня. Отпусти!

Альбедо дернулся, стряхивая с себя руки Скальда. Он сам снова встал на ноги и смотрел только на Энтони — того, кем он стал.

Скальд осторожно сделал шаг назад, пытаясь контролировать ситуацию. Пока что измененный Энтони не проявлял агрессии. Он вообще ничего не проявлял — просто стоял и смотрел.

— Энтони… — рука Альбедо потянулась к племяннику, — ты помнишь меня? Помнишь, кто я такой?

И новый Энтони подал голос:

— Мое имя — Каратель.

И все упало внутри Скальда от осознания того, кто стоял за всеми убийствами в Перламутр-Бич.

Бина Ларс, Альраун Кост и Людо Ксавьер… все они пали от его руки. Их убил он, Энтони… вернее тот, в кого они его превратили.

Несущий Погибель. Каратель. Наемник на службе у Лиги Призраков.

Энтони.

— Нет, — пробормотал Альбедо, — не может быть… нет, ты не Каратель. Ты не Несущий Погибель. Ты — Энтони Эрнандес. Мой племянник. Ты — сын своих родителей, Лианы и Аладара. Ты — друг Матео и Беатрис. Ты помнишь их? Ты — тот, кто любит Мису Филиндерс всем сердцем даже после ее смерти. Они убили ее, Энтони. Ты же это понимаешь? Они убили ее…

Скальд переживал за Альбедо. Как бы Каратель, он же Несущий Погибель, он же Энтони, не сделал чего-то опасного. А эти два черных клинках, видимо, бывшие некогда семиотиками, внушали ужас.

«Как им удалось изменить их? Изменить Энтони? Что это за сила? Откуда она?».

— Энтони, прошу тебя. Вспомни. Твои мама и папа сражались с этим злом. Они бы не хотели, чтобы ты был тем, кем стал. Ты еще можешь вернуться к нам. Я верю. Энтони, прошу. Ты еще можешь стать прежним. Я знаю тебя. Ты — хороший человек. Очень хороший и добрый славный парень, с которым случилось много всего дурного. Ты потерял Мису. Они… использовали это против тебя, так? Ты же знаешь, что ее не вернуть. Ты можешь только мстить. Но для начала… тебе надо восстать против них. Ты должен стать прежним, Энтони. Я знаю, ты можешь. Мальчик мой… прошу тебя. Матео и Беатрис, ты помнишь их? Они так за тебя переживают. А Скальд? А Айседора? Элен? Хоакин Мартинес? Мы все — твои друзья. Твоя большая семья. Мы готовы поддержать тебя, помочь тебе. Я готов сделать для тебя все, Энтони. Только вернись… оставь это в прошлом. Они использовали тебя в своих целях. Они не могут дать тебе того, что ты ищешь…

— Миса…

— Миса, да? Вот, что они обещали тебе? Энтони. Ее не вернуть. Они обманули тебя. Они лгали тебе. И использовали эту ложь против тебя, чтобы творить зло твоими же руками. Но ты не такой. Я знаю. Я точно знаю, потому что я воспитал тебя. Я помню, как ты рос у меня на глазах. Прости… Энтони, прости, что так долго скрывал от тебя всю правду. Я просто хотел сберечь…

Скальд не отрывал взгляда от Энтони. Он контролировал каждое его действие. И он заметил на лице Энтони растерянность: глаза забегали в разные стороны, опустившись вниз.

— Ты помнишь «Глубоководье»? Помнишь рыбалку? Помнишь «Хот Фиш» и Луи? Помнишь «Первую Лагуну»? Помнишь серфинг? Энтони, ты помнишь, как ты катался на доске по волнам? Как ты летал? Какое удовольствие ты получал? Ты сам мне говорил: «Дядя, я чувствую себя свободным. Я чувствую себя живым». Энтони, они хотели отнять у тебя это все. Они забрали у тебя Мису, забрали твой серфинг, забрали твою свободу, твою жизнь… Энтони, прошу… вернись к нам. Я знаю, я не могу вернуть Мису. И никто не сможет. Но я могу дать тебе лучшую жизнь. Не жизнь убийцы на службе зла. Не жизнь наемника. А нормальную человеческую жизнь. Друзей. Любовь. Семью. Свободу. Серфинг… Энтони, прошу… не убивай себя сам… не поддавайся им. Борись. Ты сильный. Я знаю, черт возьми! Я тебя растил. Ты очень сильный, мальчик мой. Борись с этой гадостью внутри тебя. Энтони, прошу. Не сдавайся. И сейчас —