Читаем без скачивания Нф-100: Небесное Сердце-1. Игры с Черной Матерью - Александра

Броня стала стремительно крепнуть и обрастать шипами. Ещё один удар сердца -- и постыдный страх загнан глубоко внутрь, а на его месте разгорается гнев. Сладкий, пьянящий, обволакивающий сознание непроницаемым коконом. Этот гнев сплел щит перед хрупкой душой, соткал забрало, опустившееся на лицо, и лег невидимыми тенями на стены.

Полковник ждал ответа и не видел, как под руками генерала смялся металл подлокотников.

- Это всё? - вместо ответа спросил вице-король.

- Да.

- Буду ждать.

И, повинуясь мысленной команде капитана, "Стремительный" прервал связь с кораблем федералов.

Лаккомо разжал пальцы, поднялся с кресла и стал медленно спускаться к выходу. Калэхейн подорвался было вслед за ним, но капитан жестом остановил его.

- Не ходи за мной. Я ещё вернусь.

"Ну нет. Не дождетесь... Вы думали, что я испугаюсь и оступлюсь? Не дождетесь. Думали, что потеряю контроль над собой и ослабну? Нет... Я сильнее. Мы сильнее, чем вам кажется. А вам кажется, что я пойду у вас на поводу и стану играть по вашим правилам? Нет. Назло нет".

Не помня себя, Лаккомо поднялся в капитанскую каюту и на автопилоте закрыл за собой дверь. У него не было ни единой мысли о том, что нужно делать, а все варианты ходов бесконечной шахматной партии на выживание вмиг разлетелись в пыль. Остался только гнев, который не давал ни думать, ни паниковать. Он взял контроль на себя и заставлял идти, злиться, что-то делать, но ни в коем случае не стоять столбом, опустив руки.

Думать. Надо найти время, чтобы подумать и просчитать, чем может грозить внезапное обвинение. Но вот времени-то как раз и не было, а упираться и лезть на рожон не в его духе. Но просчитать всё равно необходимо.

Лаккомо сумел собраться с мыслями, только умывшись холодной водой и наткнувшись взглядом на своё отражение в зеркале. Дворцовый кирпич и то выразительнее этого лица...

Нужно начать думать.

Лаккомо чуть склонил голову набок, и отражение напротив повторило движение за ним. Оно выглядело чужим. Непроницаемым, отгороженным от внешнего мира, но при этом -- собранным и спокойным. Яркий свет резко очертил скулы и почему-то погрузил глаза в глубокую тень. На долю секунды вице-королю померещился фиолетовый отблеск в зрачках.

"Нашли-таки, чем подцепить? Вряд ли. У меня железное алиби на всё. Тогда что? Решили блефовать? Желаю удачи. К этому я готов. Но почему сейчас? Что такого? Где я ошибся? Нет, дело не в ошибке, ошибок я не совершал. Но тогда, хотите сказать, что я вам просто надоел? Возможно, в это я верю. Как же это по-вашему... Как это мелочно. Мне уже даже интересно, что же вы попытаетесь сделать вице-королю. Как далеко зайдет ваша наглость и позорная трусость перед одним человеком".

Лаккомо опустил взгляд ниже на стальной значок ОКФ на кителе. Несколько секунд Алиетт-Лэ не сводил с него остекленевших глаз, как будто впервые увидел это несуразное безобразие, неизвестно как оказавшееся на его одежде. Моргнул, встрепенулся и четким движением рванул нелепицу прочь. Ткань выдержала, застежка сломалась. Презрительно скривившись, Лаккомо швырнул железку в утилизатор.

"С меня хватит. Это моя игра".

Выходя из ванной, он на ходу снимал серый рабочий китель и расстегивал рубашку. Мысли, идеи и выводы проносились в голове с немыслимой скоростью, не успевая оформляться во что-то внятное. План действий и линия поведения с обнаглевшим правительством Федерации складывались всё отчетливее. Образ услужливого генерала рухнул, разлетевшись мелкими осколками, а на его месте постепенно возникала новая фигура. И она не признавала чужих правил игры. Лаккомо понятия не имел, было ли распоряжение об аресте отдано лично Верховным Канцлером, или же его к этому кто-то склонил. Не важно, по большому счету, Кэрейт и сам всего лишь винтик системы, а переиграть предстоит именно её.

Наглость противника только сильнее разжигала у "белого ферзя" стремление к победе. Он никогда не терпел поражений -- не потерпит и теперь.

Через пару минут Лаккомо вновь стоял перед зеркалом, облаченный в белую парадную форму, надевая обязательные перчатки и поправляя танцующего журавля в петлице. Приятной тяжестью оттягивал пояс фамильный клинок в желто-лазурной обмотке с пышными кистями. А завершала эту ответную дерзость голубая лента монарха, лежавшая через правое плечо.

- Не дождетесь, - в последний раз повторил Лаккомо неизвестно кому и вышёл из каюты. Он решительно зашагал на мостик, уже зная, что нужно делать. И не смог сдержать удивления, когда из размышлений его выдернула привычная фраза:

- Капитан на мостике!

Шорох одежды, короткий шелест шагов. Люди поднялись со своих мест и встали по стойке "смирно". Лаккомо на миг замер в дверях, окинув команду взглядом, будто впервые её увидел. Крепче сжав в ладони рукоять клинка, Алиетт-Лэ неторопливо поднялся на возвышение мостика.

Какая ирония... Он продумал предстоящую партию до мелочей -- каждый шаг, каждый ход, перебрал все возможные варианты развития событий. А вот что сказать своим людям, так и не сообразил. Забыл. Увлекся новым поворотом игры, где не было места ни в чём не повинным людям. Он это начал, ему по чести и ответ держать. Команда ни при чём. Но что сказать им сейчас? Напуганным, растерянным, увидевшим вдруг надежду в фигуре Короля без приставки "вице".

Сказать, что всё будет хорошо? А будет ли?..

Святой Исток... Конечно, будет!

Что если, потянуться мысленно к каждому? Поймать его отголосок сознания, взять эту воображаемую искру в свои руки, прикрыть, успокоить. Чтобы не осталось ни тени страха, ни малейшей чернильной кляксы сомнения.

"Мы же прошли так много. Почти полжизни, как целую вечность. Мы сражались вместе, умирали со своими друзьями в пылающих от войны небесах, и воскресали заново, получая счастливые вести из дома... Мы живы, несмотря ни на что, и дошли до этого момента, чтобы переступить последний порог. И мы будем жить, назло всем врагам, помня каждого, кто не достиг с нами сегодняшнего дня.

Я знаю, вы будете ждать здесь. Нарушая приказы, извиняясь перед близкими, оставшимися дома, и испытывая своё терпение. Вы не улетите без меня, как бы я не просил.

Любое моё слово сейчас может оказаться обманом. Я верю в себя и в успешный выход из сложившейся ситуации, но я не прощу себе, если солгу вам и пообещаю лучший исход, если лишу вас сейчас надежды малейшим сомнением.

Потому... просто верьте".

И, не сказав ни слова вслух, капитан выхватил меч из ножен и вскинул вверх в салюте.

Ободренная команда дружно грянула воинское приветствие.

- Я прошу вашего внимания, чтобы вы засвидетельствовали мои слова, - опуская клинок и положив ладонь без перчатки на капитанский терминал, сказал Лаккомо.

Счастливые и полные уверенности люди на мостике вновь удивлённо напряглись. Ни один не отводил взгляда от капитана, но Лаккомо дождался, пока восторженная эйфория сойдет с лиц. Они должны понять.

- Что бы ни случилось, - вызывая на панели окно управления шлюзами, заговорил вице-король, - ...и как бы не повернулись события...

"Корабль Службы Безопасности у шлюза номер девять. Выбор. Активация. "Открыть"".

- ...Я объявляю...

"Закрыть все окна. Сброс настроек. Вызов параметров защиты. Проверка печати".

- ...Что мой корабль переводится в автоматический режим и блокируется. Он не сдвинется с места и не активирует ни одно орудие до тех пор, пока я, любым способом и в любом виде, не окажусь на его борту.

"Печать подтверждена", - шепнул Эохан в голове, и сканер мигнул под ладонью.

- На правах действующего капитана "Стремительного" я заявляю, что не передаю права управления кораблем и не назначаю будущего капитана.

"Режим блокировки... Активировать".

Подернулась рябью панель управления. Моргнул и погас сканер. А затем плавно открылись отсеки в полу и капитанский пульт стал погружаться внутрь. Взломать систему защиты корабля через главный терминал отныне было невозможно. Эохан оставался ждать хозяина терпеливо и преданно.

Лаккомо уходил с мостика под звенящее молчание людей, ещё не осознавших сказанное. Уходил, не прощаясь и вновь мысленно опустив непроницаемое забрало.

И только когда он ступил на порог, одинокий голос Кролэ запоздало и суетливо выпалил ему вслед:

- Да пребудут Вода и Ветер с Лазурным Престолом...

Шестеро бойцов осназа в чёрных бронекостюмах встретили вице-короля в коридоре перед шлюзом.

- Генерал Сан-Вэйв, - вышел вперед майор-безопасник. Сероватое лицо и пепельные волосы выдавали в нем коренного жителя Артаны. - Приказом Внутреннего Департамента Безопасности Федеративного Содружества мы сопроводим вас на наш корабль и далее на Цинтерру для последующего разбирательства. Вы вправе хранить молчание, потому что всё, что вы скажете, может быть использовано против вас. Также вы имеете право на адвоката. Сейчас же просим вас сдать всё оружие и проследовать с нами.

Сухой монотонный голос отчеканил стандартную заученную фразу с равнодушием бота. Только после неё майор изволил оторвать взгляд от королевского пояса с гербом и посмотреть Лаккомо в лицо. Глаза капитана не выражали ничего. Без видимого интереса он изучал майора и затягивал неловкую паузу ожидания. Как будто на стенку смотрел, а не на живого человека.