ПОСЕТИТЕЛЬ. Тороплюсь, пишу тебе по свежим следам… (Зачеркивает.) Под свежим впечатлением… боюсь, что кто-то меня опередит!..
У нас тут убили Лермонтова!.. (Зачеркивает.)
Вчера в дуэли убили Лермонтова. Стрелял в него Мартынов… Сын нашего московского Мартынова, покойного… ты знаешь! (Зачеркивает.) Впрочем, известного лишь тем, что разбогател на винных откупах! (Что-то зачеркнул.) Они стрелялись из-за м-ль Штерич – московской… (Задумался. Грызет перо.) Штерич – мадам или мадемуазель?.. Все равно! (Вернулся к письму.)
Пауза. Пишет.
…Мимо проходит небольшого роста человек – в накидке, несмотря на жару. Половой тащит за ним портсак, а он сам несет нечто похожее на мольберт художника. ПОСЕТИТЕЛЬ остановил Полового:
– Кто это, не знаешь?..
ПОЛОВОЙ. Неизвестный господин. Новые клиенты!.. (И проследовал дальше.)
ПОСЕТИТЕЛЬ (после паузы продолжает писать). Мартынов мог с ним сходиться, но не имел права стрелять! Тем более что Лермонтов, как говорят, сам поднял пистолет на воздух!..
Лермонтов – благородный человек, и… (Грызет перо.)
А в номере у Полковника – гостья, МОЛОДАЯ ДАМА – одна из двух сестер, уже замеченных нами. (Старшая… Будущая ДАМА В ЛЕТАХ.)
Очень взволнована…
ПОЛКОВНИК, ДАМА – в отсутствии Карпова…
ДАМА. Не сердитесь?.. Что я сама к вам пришла, как бы в расчете на ваше благорасположение к нам, к нашей семье! Или чтоб опередить… Пока станут всех вызывать спрашивать… (Перевела дух.)
Вы ж, наверное, уже знакомились с делом? Знаете? Что все произошло в нашем доме! Эта ссора… Этот вызов, приведший в дуэль!..
ПОЛКОВНИК. А-а… Да-да!.. Но я как-то не связывал эти вещи, признаться!
ДАМА. Мама все повторяет: «Чтобы в нашем доме!»
Недоуменный жест полковника.
– Ей чудится – все теперь будут показывать на нас пальцами!.. «Вот здесь! Это было здесь!»
Она так и говорит: «Дом повешенного – только не хватает веревки!»
ПОЛКОВНИК. Ну при чем тут вы? Это могло произойти где угодно, в любом другом месте!
ДАМА (помолчав). Дом, где две молодые женщины, – всегда при чем! Даже если одна – еще совсем ребенок!..
ПОЛКОВНИК (пожал плечами). Я знал вашего отца и знаю ваш дом!
ДАМА. Главное – я одна знаю, как все было!
ПОЛКОВНИК. Вы?.. (Не сильно убежден.)
ДАМА. Да… Случайно! Прочие не обратили внимания, должно быть! И только я знаю, как все произошло!..
ПОЛКОВНИК (светский, дружеский тон). Тогда мне просто повезло! Я только что приехал… пытаюсь что-то уяснить для себя… а объяснение само идет ко мне в руки… Извините!.. И в лице кого? Мм… Дочь старинных друзей и мой добрый друг. И молодая очаровательная женщина, между прочим! Не какой-нибудь скучный старец. Утомительный свидетель!..
ДАМА. Вы не верите мне?..
ПОЛКОВНИК. Почему же? Прошу! Я тоже хочу знать, как все произошло.
ДАМА. Это еще не допрос?..
ПОЛКОВНИК. Странности вы говорите, право!
ДАМА. Не знаю… (Покачав головой в сомнении.) Как все было!..
ПОЛКОВНИК. Я слушаю… Если можете…
ДАМА (смотрит в одну точку). Как все было… Верней, как ничего не было!
Мы сидели в гостиной – под вечер… большой компанией… В нашей гостиной! (Подчеркнула. И Полковник кивнул.) Было душно. Все ждали грозы, и не хотелось на улицу… Кто-то играл на рояле… – Серж, Трубецкой!.. Остальные слушали и не слушали – больше болтали.
Меня обсели с двух сторон Миша и Левушка… И трещали в оба уха!
ПОЛКОВНИК. Левушка – это майор Пушкин?
ДАМА. Да. (Кивнула.) По обе руки – Пушкин и Лермонтов… И несли всякий вздор! Дразнили меня моими поклонниками… И всем давали нелестные аттестации. Больше смешные! Себе в том числе. То есть – друг другу. И Лермонтов такое сказал Пушкину, что тот надулся и замолчал… на пару минут. – Для него это много! Они, вообще, друг дружку не щадят!
Тут вошел Мартынов и стал на пороге. В демонической позе. У него иногда бывает такая… Никто не обратил внимания. А Миша наклонился ко мне и сказал…
Нет! Тут почему-то стихла музыка! Серж прервал играть… И стало слышно на всю комнату – еще громким шепотом! «Мадам, берегитесь! Этот черкес… – опасен!»… – какой-то вздор! Ничуть не важнее, чем перед тем!.. И Мартынов, помню, взглянул как-то странно…
А к ночи – разразилась гроза… Нет-нет! Не сыщите наклонности к мелодраме! Ночью в самом деле была гроза. И… ночью я узнала, что у них будет дуэль!..
ПОЛКОВНИК. Так вы знали заранее?..
ДАМА. Нет! То есть да! Неопределенно!
Ой! Это не мой секрет!.. Это – младшая наша! Ждали грозы – она боится грозы… Пришла лечь в моей комнате и сказала. Она слышала случайно… Ой! Только – не дай Бог! Если ее станут спрашивать! Она не переживет! Кто-то может решить, что она подслушивала!..
ПОЛКОВНИК (насмешливо). Это очень важно, право!..
ДАМА. Для нее – да!
ПОЛКОВНИК. Это – наш разговор! Нас двоих. Ваш и мой!..
ДАМА. Позже, когда все расходились, она слышала чрез окно, как они сговаривались… Про дуэль!
ПОЛКОВНИК. И о чем говорили – можно спросить?
ДАМА. Тоже какой-то детский вздор. «Ты меня вызываешь – я тебя вызываю!» Как дети в игре. Кто бы мог подумать, что это серьезно – до смерти!
Ой! Только ее нельзя спрашивать об этом! Она и так сама не своя!..
Простите! Я не привыкла с вами как с официальным лицом!..
ПОЛКОВНИК. А я для вас – и не официальное лицо!
ДАМА. Полковник!.. (Как говорят: «Благодарю!») Теперь вы видите – кто перед вами?..
ПОЛКОВНИК. Думаю… что вижу!
ДАМА. Перед вами – судьба Лермонтова!..
ПОЛКОВНИК. О-о! Вы уверены?..
ДАМА. Как бы там ни было… Уже никому не объяснишь. Женщина всегда виной – даже если не она! Cherchez la femme! Ищи женщину! Это сказано кем-то или еще скажут?..
Того мама и боится! Что нас сочтут виной. Причиной всему. Скорее – меня!.. Пойдут сплетни, молва!..
ПОЛКОВНИК. Молва? Что с того – если мы знаем ей цену?..
ДАМА. Но она сама себе – не знает цены!
ПОЛКОВНИК. Бедная! Вы в роли княжны Мэри! (Усмехнулся.)
ДАМА (мгновенно). Вы уже слышали, да?.. (Страшным шепотом.) Кто-то сказал? Успели?..
ПОЛКОВНИК (растерянно). Мне… никто ничего не говорил – я пошутил!..
ДАМА. Теперь вправду говорят… пущен слух… будто я и была «княжной Мэри!».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
