Меж тем один из людей, помогавших вскрыть шлюзовой створ, обратился к нему, старательно выговаривая объединенные в короткие предложения слова, словно разговаривал с иностранцем, плохо знавшим местный язык:
– Механик Каприс? Капитан спасательной службы Чекодаев. Приветствую вас на нашей планете. Вы не против остаться на борту до налаживания подачи на судно энергии? Надеюсь, это не займет много времени. Нам нужна ваша помощь. Если вы плохо себя чувствуете или голодны, мы немедленно организуем медицинскую помощь и питание.
– Спасибо, – с улыбкой ответил тот на вполне сносном, спасибо искину, русском языке. – Ничего не нужно, прекрасно себя чувствую. Вы можете говорить… – он все-таки на миг замялся, подбирая необходимое слово, – более бегло, я пойму. За последнее время я неплохо изучил ваш язык, капитан Чекодаев.
Собеседник белозубо усмехнулся в ответ:
– Что ж, прекрасно. Кстати, вовсе не обязательно обращаться ко мне именно так. Не знаю, как принято в вашей стране… ну, то есть, в вашем мире, но можно просто – «товарищ капитан». А еще лучше по имени. Михаил, – капитан протянул ладонь.
– Каприс, – пожал его руку механик. – Впрочем, вы в курсе.
– Ага, – весело ответил тот. – Разрешите подняться на борт вверенного вам судна?
И, не дожидаясь ответа, одним незаметным отточенным движением перешагнул с пришвартованной к корпусу лодки прямо внутрь шлюза.
«Силен, – мысленно одобрил Каприс. – Грамотно двигается, плавненько так, ни одного лишнего движения. А ведь палуба не просто наклонена, но еще и мокрая. Спасатель он, как же! Свой ты, капитан, свой, или спецназ, или космодесант. Ну, в смысле, просто десант, «воздушный», как его здесь называют».
– Так, значит, никаких пожеланий?
– Сначала дело. Я волнуюсь за сохранность бортового компьютера, его блоки памяти и базы данных. Корабль безопасен, все внутренние переборки раздраены, доступ воздуха есть ко всем помещениям. Вот только дифферент на корму значительный, ходить сложно, а внутри темнотища, так что вы поосторожней. А пожелания? Когда наладим подачу энергии, вот тогда и пожелания будут. Не поверите, Михаил, больше всего на свете мне хочется самой обычной яичницы с салом, яиц, эдак, штук из пяти, и холодной водки, – и, поймав удивленный взгляд Чекодаева, несколько смущенно пояснил:
– Ну, у нас эти блюда называются иначе, но пока оставалась энергия, я смотрел ваши фильмы и телепередачи. Внешне похоже, полагаю, что и на вкус тоже. Вряд ли в параллельных реальностях куры перестали нестись, а свиньи – давать сало. Ну, а водка – она во всей галактике водка.
Рассмеявшись, он уступил дорогу землянину, сделав приглашающий жест:
– Прошу…
* * *
Президент был, как водится, краток, потому прощание надолго не затянулось.
Поочередно пожав руки Кулькину и членам экипажа, глава государства сухо сообщил:
– Искренне благодарю за служение Родине. Поверьте, это отнюдь не просто слова. Мы с Александром Александровичем улетаем в Москву, с этого момента именно он станет координировать все, касающееся проекта «405», назовем его так. Реактор прибудет в течение нескольких суток, о подробностях вас проинформируют несколько позже. Товарищ генерал-майор, – обратился он к Кулькину, – надеюсь на вас. Все имеющиеся на данный момент силы и средства в полном вашем распоряжении, обо всем необходимом прошу немедленно сообщать товарищу Ершову. Также прошу постоянно находиться на связи, об этом позаботятся. С искусственным интеллектом, – на миг он все-таки сбился, тут же, впрочем, взяв себя в руки. – С Алексом я буду общаться сам в режиме реального времени. До свидания… – снова крохотная пауза, – товарищи.
Не оглядываясь, Сергей Борисович зашагал к вертолету. Ершов, многозначительно подмигнув старому другу и состроив напоследок уморительную гримасу, последовал за ним. Спустя минуту «эмчээсовский» вертолет уже оторвался от земли, набирая высоту. Давешнего прикрытия в виде «Ми-24», видимо, из соображений конспирации, сегодня не было, однако Александр Юрьевич нисколько не сомневался, что весь район уже давно и плотно закрыт, в том числе и с воздуха. И, случись что, будет кому прикрыть вертолет с Президентом на борту. Мало ли, какие учения ВВС внезапно в округе начались? Причем, что характерно, абсолютно «штатные», «запланированные» и «одобренные» штабом округа никак не меньше, чем с месяц-другой тому назад.
– Ну, что, покорители галактик? – с ухмылкой обратился он к астронавтам, численный состав которых вчера увеличился еще на одну единицу. – Когда начальство убывает в расположение, что положено делать простому солдату?
– Что? – с искренним интересом наивно осведомился Олин, вызвав понимающую гримасу на лице Каприса.
Кулькин немедленно кивнул бывшему десантнику:
– И?
Судовой механик шутя вытянулся по стойке «смирно», что при его нынешней исхудавшей комплекции выглядело достаточно комично:
– Докладываю, товарищ генерал. Когда начальство убывает в расположение, простому солдату надлежит немедленно расслабиться и пойти жрать. Поскольку другого случая может не представиться!
– Службу знаешь… – уважительно протянул Кулькин, усмехаясь. – Не зря искин тебя хвалил. Ну, что ж, жрать, так жрать. Что, собственно, в основном тебя и касается. А потом – за работу. Все, мужики, хватит трепаться попусту! Вперед…
* * *
По сообщениям мировых СМИ и интернет-сообществ, выборочно
[…] Украинская авиакомпания «Авиалинии Антонова» осуществила коммерческий рейс в Иркутск, расположенный в Восточной Сибири, неподалеку от знаменитого озера Байкал. Таким образом, самый большой в мире транспортный самолет Ан-225-100 «Мрия», знакомый читателям по голливудскому фильму-катастрофе «2012», после длительного бездействия, вызванного необходимостью замены двигателей, совершил очередной успешный рейс. О том, кто оплатил перелет и какой груз находился на борту, нашим корреспондентам ничего не известно, что объясняется интересами компании-заказчика и необходимостью сохранения коммерческой тайны.
Напомним, что второй экземпляр уникального самолета, в настоящее время готовый на семьдесят процентов, находится в стадии консервации на заводе «Антонов» и может быть достроен при наличии финансирования. Для достройки самолета и проведения наземных и летных испытаний необходимо порядка ста миллионов долларов. В настоящее время готовы только центроплан, фюзеляж и крылья, оставшиеся еще со времен Советского Союза.
По неподтвержденным данным, Президент Российской Федерации лично заинтересовался возможностью скорейшей достройки «Мрии-2», пообещав в ближайшее время в полном объеме осуществить финансирование проекта, что противоречит недавним данным Государственной программы вооружений РФ на 2011–2020 годы, куда не было заложено финансирование достройки и закупки этого самолета. А теперь к другим новостям сегодняшней недели […]
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
