ни было, вчера свету была представлена одна из самых обаятельных пар, как минимум, этого сезона.
Знаменуя новые времена состав приглашенных был пестрым, но захватывающим. В зале смешались представители древней аристократии, финансово-промышленных кругов и творческой элиты. Светские и политические эксперты без труда узнали среди гостей Члена Совета Банка Франции мсье Нейфлиза, беседующего с сопредседателем союза ювелиров Бельгии мсье Тейманисом. Несмотря на недавние проблемы со здоровьем, мсье Тейманис не смог не почтить своим присутствием столь яркое событие.
Появление госпожи Иваницкой, в сопровождении барона Мейделя, тянет на сенсацию. В свете много говорили о разрыве в этой паре. К счастью, это оказалось всего лишь сплетней.
Среди гостей были замечены мадам Скиапарелли в компании, внимание, Коко Шанель и мадам Серт. С ними был замечен маэстро Белов, художник, выставляющийся на Монмартре. Он очень эмоционально что-то рассказывал весело смеющимся дамам. А после того, как к ним присоединился маэстро Тончев, известный парижский живописец, стало понятно, что обсуждается какая-то творческая акция.
Княжна Вяземская появилась с опозданием, в сопровождении мсье Колтцофф. Судя по всему, место рядом с княжной отныне занято. Если совместное появление этой пары в Довиле можно было воспринимать как эпатаж, то появление вместе в свете, о многом говорит. Не хочется даже думать о количестве мужских сердец, окончательно разбитых этим появлением.
От внимания наших специалистов не укрылась долгая беседа графини Сакс с господином Келлером, — Членом совета директоров банка Пиктет.
Так же, экспертами, был отмечена длительный разговор мсье Колтцофф с мсье Коркано, послом Аргентины.
В завершение можно сказать одно. Помолвка графини Сакс и мсье Ламанова была грандиозной, запоминающейся, и дарит нам, публике, надежду на ряд еще таких же заметных событий в этом парижском сезоне».
Глава 38
— Мсье Герен! Это уже знакомая вам история. По сравнению с вакциной от туберкулеза, и вовсе плевое дело!
— Я не понимаю, к чему такая спешка?
— Вы не поверите, но дело в деньгах. Чем раньше запатентуем, тем больше заработаем!
— И ради этого вы открываете мне неограниченное финансирование?
— Ни в коем случае не желаю над вами посмеяться, но вы не знаете, что такое неограниченное финансирование. Я всего лишь гарантирую, что все ваши требования будут выполнены.
— Ну хорошо. Я согласен.
От нечего делать, я решил запатентовать производство пенициллина. Дело было за малым. Это производство изобрести. Из послезнания я помнил, что от открытия свойств плесени, до производства лекарства прошло больше десяти лет. И не из-за трудности процесса. Хотя вроде бы есть тонкости. А из-за того, что всем было не особо интересно, и никто толком не понимал перспектив. Открытие Флеминга проходит по разряду курьезов, из которого, наверное, можно что-то получить, но недосуг, есть дела поважнее. А мне интересно, и я понимаю.
Не рассусоливая, поехал к нотариусу, мэтру Планелю. И рассказал ему про блестящую идею облагодетельствовать человечество. Парижский нотариус, это человек, лишенный фантазии. Рассказ о величественных перспективах, и предполагаемых фантастических доходах его абсолютно не впечатлил. Оживился он только при обсуждении стоимости его услуг. Ну и сам виноват. Мог бы попроситься в долю. И я бы не отказал. Но нет, так нет.
Остановились на том, что он открывает мне фармацевтическую фирму. Получает все лицензии и разрешения. И сводит с учеными. Название я определил как M.G.inc. Когда нотариус поинтересовался, что значат эти буквы, заявил — что Великолепная География (magnifique georafia). В смысле всемирной востребованности конечного продукта. Хотя на самом деле имелась ввиду Moule Grandiose (грандиозная плесень). Особо оговорили патентные вопросы, чтоб — никто кроме меня.
И вот, я встретился с директором института Пастера, мсье Жан-Мари Камилла Герен. В беседе рассказал, что вижу большое будущее за открытием Флеминга, и намерен получить технологию создания универсального противовоспалительного препарата. От вас, мсье Герен, научное руководство, рекомендации по организации процесса исследований и значимый в научном мире результат. У меня есть пара идей и деньги. Результаты исследований патентуются и принадлежат моей компании, M.G.inc. Он, неожиданно, предложил все организовать на базе одной из лабораторий его института. Хотя, я думал о независимой лаборатории. На том и поладили. Не сходя с места, выписал чек, и позвонил мэтру Планелю, с просьбой зафиксировать договоренности.
— Объясните мне, мсье Кольцов, почему вы обратились ко мне? Если я правильно понял, вы вполне представляете что и как нужно делать.
— Мне нужен научно авторитетный результат. Опубликуй я свои идеи и выводы в «British Journal of Experimental Pathology», статью никто не заметит. Да и, скорее всего, просто не возьмут к публикации. А вот ваше исследование…
— Мне кажется, что вы втягиваете меня в какую-то аферу.
— Честно говоря, мсье Герен, на то и расчет. И еще на то, что я вас очевидно раздражаю. И если бы не кризис и необходимость поддерживать институт на плаву, вы бы меня и на порог не пустили. А так, я вполне отчетливо вижу в вас желание поставить этого зажравшегося парвеню на место. Тщательно выполнив все его пожелания, и наглядно продемонстрировав, какое он ничтожество. Меня это устраивает. Потому что мне нужен патент и промышленная технология. И отработанные схемы применения препарата, в чем вам нет равных.
Осень внесла в жизнь странное оживление. Окружающая действительность разительно отличается от читанного и виденного в кино. Париж колбасит митингами и шествиями, разбавленными карнавалами праздниками. Профашистские политики и организации вполне легально выступают в прессе и парламенте. Коммунисты с социалистами имеют в этом парламенте большинство, и готовятся сместить премьера. Что, как водится, только усугубит катастрофу в экономике. Париж полон люмпенов, уголовников и туристов. В Германии разгоняют и вырезают СА, и вручают Гитлеру абсолютную власть. В Штатах недавно избрали Рузвельта, который принялся наводить порядок после социалистов и прочих красноватых. В Англии премьером социалист Макдональд, в результате чего Британию трясет чуть ли не больше Франции. Все это создает какую-то слегка истеричную атмосферу. В результате, на бытовом уровне, на вопрос с чего это чашка кофе подорожала, официант сообщает, ах мсье вы посмотрите что вокруг творится!
Савва, после помолвки, уехал в глубь страны, с визитами к родственникам
