ключам от лавки Андерсона.
Ричи ухватилась за приборную доску, пытаясь удержаться, когда он резко вошел в поворот.
– Осторожней, сэр!
Маклин ударил по тормозам – впереди него такси перестроилось через полосу и встало у тротуара, из такси начал выбираться пожилой джентльмен. Маклин в очередной раз пожалел, что не смог разжиться патрульной машиной или хотя бы одной из детективных без опознавательных знаков – они тоже были оборудованы сиренами и мигалками, пусть и не такими заметными. Как всегда в нужный момент, все машины были поломаны или в разъездах, и выбирать пришлось между «альфой» и «пежо». Причем машину Эммы все-таки еще должны были осмотреть криминалисты.
Проезжая мимо чуть не стукнувшего его такси, Маклин переключился на вторую скорость – возмущенный рев форсированного итальянского мотора был лучше любого ругательства. Впереди возник просвет, и Маклин снова сосредоточился на том, чтобы ехать так быстро, как он только мог без совсем уж ненужного риска.
– Надеюсь, Стюарт дозвонился до дорожной полиции. Нам только не хватало, чтобы вас сейчас остановил патруль.
– На этом участке не бывает патрулей, тут везде автоматические камеры, – возразил Маклин. – А штрафы меня, честно говоря, сейчас мало волнуют. О черт, опять!
У перекрестка впереди образовалась пробка, и ему снова пришлось сбросить скорость.
– Вы сейчас очень похожи на Ворчуна, – рассмеялась Ричи. Маклин не ответил, и улыбка медленно сошла с ее лица. – Мы найдем ее, все будет в порядке, – добавила она.
– Вы были знакомы в Абердине? – Маклин не слишком хотел сейчас говорить об Эмме, но это лучше, чем молча таращиться на сотни неподвижных тормозных огней впереди. – У меня сложилось чувство, что между вами что-то было.
Ричи поерзала на сиденье. Пожалуй что, даже неловко поерзала.
– Мы несколько раз пересекались по работе.
– И всё? Почему вы тогда мрачнеете и замыкаетесь всякий раз, когда слышите ее имя? Мало того, и она что-то имеет против вас.
Ричи помолчала, как и он, глядя прямо перед собой, словно тоже желая всем обогнавшим их машинам куда-нибудь испариться. Когда она снова заговорила, ее голос звучал очень ровно:
– У нас были определенные разногласия. Причина – некий констебль.
– Причина – женского рода, но констебль был, я так понимаю, мужского?
– Как впоследствии обнаружили мы обе, он того не стоил. Этот засранец – уже инспектор, перевелся аж в Лондон. И ради перевода не останавливался вообще ни перед чем.
– То есть он давно в прошлом. Теперь-то вы кого не можете поделить?
Ричи снова не ответила, оставив Маклина размышлять над собственным вопросом, но в этот момент машины впереди тронулись. Поток медленно полз по узкому извилистому участку, потом Маклин свернул на Лоунхед, и пробка кончилась. Сколько времени прошло с тех пор, как они ехали этой же дорогой с сержантом Робертсоном? А ведь меньше месяца. Чувство же такое, что годы.
Штаб-квартира «Рэндольф Девелопментс», мимо которой они пронеслись, сияла огнями. Вокруг старинного каменного здания фабрики по-прежнему стояла техника, но большая часть строительных вагончиков уже исчезла. Маклин вспомнил, как Уильям Рэндольф показывал ему макеты, рассказывал о своих планах обустройства Эдинбурга и пригородов. Очевидно, и этот район вот-вот превратится в эксклюзивную застройку.
– Будьте добры, наберите-ка Макбрайда, – попросил Маклин, которому в голову пришла неожиданная мысль.
Ричи вытащила телефон:
– Что ему сказать?
– Спросите, поговорил ли он с тем профессором.
Ричи повторила в трубку его вопрос и озвучила ответ Макбрайда:
– Поговорил.
– Тогда спросите его… – Прищурившись, чтобы заходящее солнце не било в глаза, Маклин попытался разобрать надпись, вырезанную в камне над главным входом на фабрику. – Спросите, имело ли отношение к Гильдии место в Лоунхед, где сейчас кузнечные цеха «Макмерри».
Ричи опять повторила в трубку его вопрос, потом, прикрыв микрофон рукой, задала свой собственный:
– К Гильдии?
Маклин не успел ничего объяснить – пришел ответ Макбрайда.
– Он говорит, что не знает, но обязательно выяснит.
Ричи закончила разговор и спрятала телефон.
– О чем, собственно, вообще была речь?
– Не обращайте внимания, очередное наитие, – решил не вдаваться в подробности Маклин. – День сегодня такой.
– Не думала, что на зарплату сержанта можно позволить себе такой дворец. – Ричи, задрав голову, изучала жилище Ниди, пока «альфа», хрустя гравием, катила по длинной подъездной дорожке. Действительно, дом вполне годился под декорацию к высокобюджетной исторической драме.
– Это семейная реликвия. Некогда Нидхэмы построили вон те кузнечные цеха. – Маклин указал на задворки здания, за ними поднимался крутой холм, на котором сквозь голые ветви деревьев можно было различить громаду фабрики. – В свое время мы все здесь иногда собирались. Когда искали Рождественского маньяка. Похоже, с тех пор тут все пришло в упадок.
С этого расстояния Маклин уже мог рассмотреть, что штукатурка на стенах местами потрескалась, а оконные рамы давно нуждались в покраске. Одна из стен совсем заросла плющом, который уже оплел каминную трубу и угрожал обрушить ее своим весом прямо на крышу гаража внизу. На всякий случай Маклин припарковал «альфу» чуть в сторонке.
Входная дверь была заперта, но этого стоило ожидать. В оконных стеклах отражалось вечернее солнце, жалюзи за ними опущены, так что разглядеть что-либо внутри нельзя. Маклин уже протянул было руку к расписной фарфоровой рукоятке колокольчика, но заколебался.
– Давайте-ка сперва чуть-чуть осмотримся вокруг, хорошо?
Гравийная дорожка огибала дом и, проходя под каменной аркой, упиралась в гаражные помещения. В конце дорожки припаркован, – скорее, даже брошен, – большой «ягуар» необычного зеленоватого оттенка, багажником в сторону задней двери. Маклин поднял глаза, но и с этой стороны дома свет в оконных проемах не горел. Почти все окна первого этажа тоже забраны жалюзи, видно только коридор и часть кухни, там никого нет. Маклин попробовал ручку задней двери, но и она оказалась на замке.
– Машина здесь как минимум несколько часов. – Сержант Ричи положила руку на капот, потом отняла ее и подергала дверную ручку. – И заперта.
Гараж – раньше здесь, очевидно, держали кареты – тоже был заперт. Удивляться не приходилось – дом слишком близко к Лоунхеду, сюда наверняка словно магнитом тянет безработную и бесперспективную молодежь, обитающую в дешевом районе вдоль речки Рослин. Здание, полускрытое от посторонних глаз фабричными корпусами, – идеальная мишень для грабителей и вандалов.
– Похоже, здесь что-то тащили, сэр. – Присев на корточки у багажника «ягуара», сержант Ричи изучала гравий.
Маклин присоединился к ней.
– Что вы нашли?
– Посмотрите. – Она указала на неглубокую вмятину в гравии. – Похоже, из багажника уронили что-то тяжелое и отволокли вон туда.
Маклин, осторожно ведя рукой по поверхности гравия, тоже нащупал две параллельных канавки. Два каблука, пропахавших дорожку в сторону задней двери.
