Когда Гарри подошел к нему однажды вечером в начале декабря, с задумчивым выражением лица, Снейп забеспокоился, что, возможно, случилось что-то, нарушившее существующее положение вещей, которое ему удавалось поддерживать все эти несколько месяцев. Он сидел у огня и читал новую книгу по зельям, когда Поттер вошел в комнату и сел в кресло напротив, в кресло, которое уже за столько недель стало «его».
- Что-то не так? - спросил Северус, поняв, что Гарри некоторое время сидит и пристально смотрит на него.
- Нет, - быстро сказал мальчик и заерзал на сидении. - Я хотел спросить тебя насчет Рождества.
Рождество было тем праздником, который Северус не понимал. В семье, конечно, его отмечали, но с тех пор, как они перестали общаться, мастер зелий не стал больше принимать в нем участие. Он не был очень уж счастлив, когда был ребенком, хотя и мог вспомнить несколько приятных вечеров с сестрой. А после его ухода из семьи этот праздник и вовсе перестал его заботить. Хотя теперь, подумал он, надо бы, по крайней мере, попытаться, и зайти к сестре в гости. Джулиус, находясь под воздействием проклятья Северуса, с ним не разговаривал. На Клодиуса и Марселиуса зельевар наложил мощное следящее заклинание, но они больше злились на него за то, что он запретил открывать Снейп Мэнор. Северус предполагал когда-нибудь им заняться, но это могло подождать до тех времен, когда он будет не так занят.
- А что с ним? - спросил Снейп. Он не сомневался, у Гарри наверняка были какие-то дурацкие гриффиндорские идеи относительно елок, подарков и других святочных игр. Альбус говорил, что Уизли хотели, чтобы мальчик провел каникулы в этом году в Норе. И Северус думал, что Гарри тоже слышал про это.
- Уизли пригласили меня в Нору на каникулы, - объяснил мальчик и выжидающе посмотрел на Снейпа.
Северус нахмурился - вот она, извечная проблема, когда заключаешь брак, да еще и по расчету, с кем-то настолько юным.
- Ты спрашиваешь у меня разрешения, чтобы поехать?
Гарри нерешительно улыбнулся.
- Думаю, да, - неуверенно признался он. Снейп подозревал, что мальчику нечасто приходилось спрашивать о таких вещах - он мог только представить, чтобы бы случилось с Дурслями, если бы он сказал им такое. Поттер теперь смотрел на него так, будто думал, что Северус ему откажет, уже обдумывая аргументы, которые ему придется приводить.
- Гарри, - вздохнул мастер зелий. - Я давным-давно тебе сказал, я тебе не отец и не опекун. Я твой муж. Тебе не требуется мое разрешение, чтобы проводить каникулы так, как считаешь нужным. Однако, полагая кто ты, было бы разумно предпринять некоторые меры предосторожности.
Мальчик, казалось, был удивлен таким ответом.
- Ох, - он неуверенно захлопал глазами. - Я…это означает, что ты не возражаешь?
- Возражаю? - нахмурился Северус. - Вряд ли это имеет значение, возражаю я, или нет. Альбус уже добавил несколько дополнительных защитных заклинаний в Норе, кроме того там будут присутствовать все старшие дети Уизли, вместе с твоим крестным и Люпином. Если конечно ты не совершишь что-то совершенно безумное, например, уйдешь один из дома, то будешь в относительной безопасности. Ты ведь не сделаешь ничего такого, что поставит твою жизнь под угрозу? Я могу тебе доверять?
- Нет, не сделаю, - заверил его мальчик - он буквально светился от счастья - без сомнений, Гарри думал, что разговор будет совсем иным. Его глаза сияли, а Снейп, так редко видевший этот блеск, почувствовал себя так, будто бы ему уже выдали самый наилучший из всех рождественских подарков. - Спасибо!
- Я тут не причем, - пожал плечами Северус. - Скажи спасибо Уизли и директору.
Он снова переключился на книгу, которую читал, неожиданно подумав о том, как теперь ему пережить две недели тишины, пока Гарри будет на каникулах. Удивительно, но он совсем этого не хотел.
Мальчик подпрыгнул со своего места и бросился к двери, без сомнений, чтобы сообщить мальчишке Уизли, что он сможет остаться с ними на каникулах. Однако у двери он остановился и посмотрел на Снейпа.
- Северус? - нерешительно спросил он.
От этого голоса по телу Снейпа пробежала странная дрожь, он поднял голову. Пусть уже прошло несколько месяцев, но каждый раз, когда Гарри произносил его имя, он вздрагивал. На этом свете жило достаточно людей, которые называли его по имени, данному ему от рождения - но именно в том, как Гарри произносил его, было что-то глубоко личное, почти как если бы между ними существовало нечто недозволенное. Эти ярко-зеленые глаза странно смотрели на него из-под очков.
- Знаешь, Уизли пригласили нас обоих, - сказал ему Поттер.
Северус моргнул. Казалось, он был выбит из колеи.
- Нас обоих?
Гарри кивнул.
- Миссис Уизли особо отметила, что хочет видеть тебя.
- И чем же мне заниматься в Норе эти две недели? - скептически спросил Снейп. Мальчик, разумеется, не предлагал ему к ним присоединиться? Он что, мог себе представить Северуса, сидящего за столом, играющего в Подрывного дурака с Роном и близнецами все две недели? Или, возможно, они могли бы сыграть в квиддич, все вместе, на снегу, на заднем дворе?
Мальчик покраснел от смущения.
- Я имел в виду - только на Рождество, - поправил он себя. - Знаю, ты, наверное, очень занят со школьными делами на каникулах. Я имел в виду Рождество. Ты мог бы приехать в Рождественский сочельник и остаться на ночь - поужинать с нами.
- Ты, конечно, шутишь? - Северус уставился на мальчика, заметив раскрасневшееся лицо и яркие глаза. Гарри закусил нижнюю губу, что означало, что он беспокоится - возможно, по поводу того, что мастер зелий собирается сказать «да» и разрушить ему весь праздник?
- Пожалуйста, - сказал мальчик, смертельно удивив тем самым Северуса. Пожалуйста? Гарри хотел, чтобы он сказал «да»? Снейп недоверчиво посмотрел на него.
- Это Рождество, - продолжил мальчик, и в его голосе появились просящие нотки. Мерлин, Гарри хотел, чтобы зельевар сказал «да»! - Пожалуйста, скажи что приедешь.
- Почему только… - начал Северус.
- Мы теперь семья, - отрезал Гарри, и на этот раз Снейп услышал в его голосе что-то, похожее на мольбу. В его глазах пылала надежда - надежда и тень беспокойства, так, будто он боялся, что его ударят за такое предложение. Северус попытался представить, каким, должно быть, было для мальчика Рождество до того, как он оказался в Хогвартсе. Если Дурсли плохо относились к нему весь год, то насколько хуже ему было на каникулах и праздниках, когда все семьи привыкли собираться вместе? Неужели мальчик так отчаянно хотел иметь семью, что даже готов был оставаться с тем, кого так сильно не любил? Снейп не знал, как и ответить.
Гарри сделал шаг вперед, в его сторону. На его лице застыли одновременно нерешительность и беспокойство, и это было странно, для такого храброго и дерзкого молодого человека.
