это Финист придумал? – Рогнеда вскинула руку и продемонстрировала изуродованную руку. Скривилась. – Хотя, конечно же, Финист. Ты бы до такого не додумалась.
Настал черёд губ Власты дрогнуть. Рогнеда ухмыльнулась, конечно, отрезать палец было именно её идеей. Но это слишком грубо, она на такое не купится. Разве что можно попробовать сыграть ещё грубее.
– Признайся, ты просто завидовала, что Радомир ублажает меня, а не тебя? Как давно он перестал с тобой спать? Когда ты постарела? Или иногда он всё же позволяет тебе ублажить его из жалости?
– Закрой свой грязный рот, ведьма!
А‑а, вот и эмоции. Власта могла стерпеть принижение её магических способностей, которые и без того скрывала, но не выносила грязи о себе. Грязной лжи об идеальной, заботливой Власте. Осталось надавить совсем немного, и рванёт.
– А зачем ты ему ещё была нужна? Ты же никчёмная. Таких серых мышек, как ты, можно только для утех и использовать. Ты всё равно больше ни на что не годна.
– Да на мне вся страна держится, – проговорила Власта с лёгкой улыбкой.
Если бы взглядом можно было убить, Рогнеда была бы уже мертва, но она только разозлилась, подпёрла рукой подбородок, глядя на Власту исподлобья.
– Так ты играла в защитницу? Пыталась защитить своё тёплое местечко у трона? И тёплое местечко в постели царя для себя, и у царевича – для дочери?
– Я защищала трон от тебя, – Власта поднялась с места. Говорила она почти спокойно. Почти. – Думаешь, я не знаю, что ты планировала? Выскочить замуж за царя и убить всех нас. Меня, Дарена, Радомира, Есению. Я выполняла свой долг перед царём и страной!
– Да-да, Войко сдал меня с потрохами, конечно, – Рогнеда отмахнулась от неё, как от назойливой мухи. Лицо Власты перекосило от этого жеста. – Что же ты Радомиру меня не сдала? Или он тебя, убогую, даже слушать не стал?
Власта не ответила, но по её лицу Рогнеда поняла, что попала в точку. Слишком уж сильно он был влюблён. Рогнеда над этим поработала.
– Спасать страну от злой ведьмы – благое дело, – продолжила Рогнеда и закинула ногу на ногу. – Но убивать руками собственной дочери?
– Как ты узнала? – лицо Власты разгладилось, стало спокойным, она опустилась обратно в кресло и сложила руки на животе. Похоже, она была настроена поболтать.
– Провалы в памяти, несвойственное поведение. Я бы не догадалась, если бы случайно не поболтала со служанкой, тело которой ты одолжила. Это на ней хотел жениться Войко? Грубый ход использовать её, почти опрометчивый. Но попытка настроить Радомира против меня всё же неплохая. Ну, и если бы я не использовала в тех же целях своих птиц, то догадаться было бы сложнее.
– Чернокнижница раскусила чернокнижницу. Забавно, – улыбнулась Власта. – По молодости я принесла клятву Чернобогу. Всегда считала это глупой ошибкой, скрывала и никогда не думала использовать всерьёз. Потом родилась Есения, и мне стало любопытно. Ты знала, что если контролировать сознание человека с рождения, то потом это становится не сложнее бытовых чар? Со служанкой так не вышло. У взрослых сознание слишком сильное. Но я кое-что придумала. Если хорошенько напичкать человека маковой грёзой, процесс проходит в разы проще. Но ты права, он сильно истощает.
Спина покрылась липким потом. Она контролировала Есению с самого рождения? Едва та появилась на свет?
Власта невинно улыбнулась.
– Но с людьми так нельзя, – покачала головой Рогнеда. Внезапное спокойствие Власты начинало её злить. – Не с собственной дочерью. Ты искалечила её. Использовала как свою куклу.
– Отчего же? – Власта вскинула брови. – Да, думаю, именно из-за моего вмешательства Есения выросла слишком уж тупой и слабой. Но раз уже так случилось, пусть она хоть на что-то сгодится.
Рогнеда вздрогнула. На миг ей показалось, что в кресле напротив сидит вовсе не Власта. На мгновение над ней скалой нависла тень отца. И в этот миг Рогнеда всё поняла.
– Ты! – вскочила она. – Ты это сделала не просто для того, чтобы отвести подозрения и не марать собственные руки, не просто, чтобы избавиться от меня…
– Ты была скорее проверкой моих возможностей. В конце концов я хотела занять её место, – кивнула Власта и развела руками, будто ничего не могла с собой поделать. – Со временем. Есения бы вышла замуж, стала царицей. И я смогла бы окончательно вытеснить её сознание и занять тело. Прожить ещё одну жизнь. Законной царицей.
Рогнеда остолбенела. Вот, значит, как. Инструмент для достижения цели, полностью подчинённый власти своего создателя. У Есении попросту не было шанса прожить собственную жизнь, стать царицей или просто собой, этот шанс у неё отобрали, не спросив, не пожалев, не задумавшись. Сделали дорожкой к власти, вымостили её жизнью путь своих желаний. И Власта говорила об этом так уверенно, будто её замыслы – единственная причина для Есении жить.
– Даже мой отец не такая сволочь. У меня хотя бы всегда был выбор между добром и злом. Ты же не оставила своей дочери даже шанса на выбор.
– Она – моя. Моя плоть и кровь, и я могу распоряжаться ею так, как посчитаю нужным.
Рогнеда сжала кулаки, собирая вокруг себя потоки воздуха. Этого достаточно, она обездвижит Власту, позовёт Дарена, Атли, всех – сдаст эту суку закону и навсегда забудет о ней. Рогнеда взмахнула руками, но ничего не произошло. Она замерла, не понимая, что происходит.
– Ой, что-то не так? – Власта притворно огляделась по сторонам. – Ах, кажется, я просто чуточку отвлекла тебя, чтобы успеть пробраться в сознание. Давай поболтаем ещё немного, мне нужна парочка мгновений, чтобы завершить чары.
Рогнеда не могла пошевелиться, она чувствовала, как Власта продирается в её сознание. Больно, словно кто-то вбивал в череп гвозди. Нет. Невозможно, для контроля сознания человека нужно зелье, нельзя просто так…
– О, я много упражнялась на Есении, – отозвалась Власта, улавливая обрывки её мыслей. – Это сложно, особенно с незнакомцем, и, наверное, я постарею ещё немного, но уверена, оно того стоит.
Глаза заволокло красной пеленой, и сознание Рогнеды смялось, будто лист пергамента, задрожало, вытесняемое в темноту. Она закричала и схватилась за голову, пытаясь выдернуть из черепа невидимые гвозди, но пальцы хватали лишь пустоту.
И тут всё закончилось. Рогнеда снова обрела контроль, а Власта зашаталась, хватаясь за голову.
– Что за… – выдавила она.
Затылок сильно жгло. Рогнеда потянула руку и тут же отдёрнула. Мамин гребень обжёг пальцы. Это он защитил её только что? Так он всё-таки волшебный?
Думать было некогда, и Рогнеда сделала первое, что пришло в голову. Закрыла глаза и представила, как искры её сознания
