Читаем без скачивания Психология масс - Дмитрий Ольшанский

Однако такие настроения постепенно начинали расслаиваться: наряду с процессами поляризации шла и дифференциация настроений. Время показало, что они не были особенно опасными для инициаторов перестройки. Они не были, во-первых, действительно массовыми. Во-вторых же, они носили не активно-действенный, а пассивно-оборонительный характер. Достигнув максимума в действиях ГКЧП, они исчезли и возродились лишь спустя некоторое время, но уже как оппозиционные по отношению к ельцинскому режиму, причем далеко не как «реставрационные» настроения.

С социально-психологической точки зрения две основные настроенческие «волны» того времени — авангардистская, «притязательная», и консервативная, «дости-женческая», — были в принципе чреваты одним и тем же: реакцией, торможением, застоем. Их общий порок составляло отсутствие реализма, стремление опрокинуть сегодняшний день либо в тупиковое прошлое, либо в хаотично-анархическое будущее. И то и другое выглядело одинаково опасным. Необходимое будущее потенциально существовало в реалистических настроениях. Их основой было осознание взаимосвязи между притязаниями и реальностью, умение строить первые только на базе последних, развивая и то и другое в необходимой пропорции. К сожалению, такие настроения редко бывают массовыми — для этого они, должно быть, слишком рациональны. В психологии масс обычно торжествуют крайности.

К началу 1990-х гг. стало понятным, что в ходе перестройки идет борьба различных, прежде всего радикальных настроений. «Перелом» еще только предстоял. Однако, как уже говорилось, такому перелому обычно предшествует достаточно длительный процесс «брожения» массовых настроений. В ходе этого процесса под влиянием тех или иных отдельных акций одна волна как бы сменяет другую, за приливами следуют отливы. Собственно говоря, вся горбачевская перестройка и представляла собой такое «брожение». Однако и последующее развитие событий так и не принесло окончательного перелома в социально-психологическом плане.

Исторически же уже совершенно ясно, что на определенном этапе развития перестройки перед реалистическими силами общества встала проблема стабилизации массовых настроений. Решение этой проблемы стало определять цели политической, экономической и всех других реформ системы. В случае превалирования настроений пессимизма и апатии это должно было означать определенный подъем позитивного настроя посредством пропагандистских усилий — выявления и подчеркивания конкретных путей и уже имеющихся результатов реформ с ориентацией на удовлетворение притязаний людей. В случае авангардистских настроений — определенное их приземление, снижение притязаний, «растяжка во времени» возможностей их удовлетворения. При этом должно было продолжаться расшатывание консервативных, охранительных настроений, доведение до сознания людей понимания необходимости перемен и правильности избранного эволюционного пути. Однако эти рекомендации в ходе горбачевской перестройки соблюсти не удалось.

Процессы развивались в условиях модификации политической системы, слишком стремительного появления в ней целого ряда новых элементов. Это осложняло процесс стабилизации массовых настроений, включало в борьбу за них новые силы. Постепенно такие настроения, выходя на авансцену политической жизни, становились все более реальным фактором политики. Как верно говорил М. С. Горбачев уже в 1987 г., «особенно значительно продвижение в сознании людей, в понимании той общественно-политической обстановки, которая сложилась в стране в последнее время. Сегодня наша страна — быстро меняющееся общество. Это общество уже с другими настроениями»[114].

Задним числом можно утверждать, что именно это, в конечном счете, и погубило горбачевскую перестройку. Слишком бурное развитие массовых настроений лишило систему возможностей постепенной модификации, а общество — эволюционного, реформаторского пути развития. Неуправляемые настроения стали одним из факторов, определивших кризисный характер постперестроечных процессов[115].

1. Определенным образом направленные настроения массового недовольства, приводя к соответствующим массовым действиям, вызывают разнообразные изменения социально-политических систем в стержневых звеньях — в способе организации власти и в форме правления. Результаты массового недовольства варьируют от революций и радикальных переворотов до фундаментальных реформ и модернизации систем. Настроения ведут к модификациям социально-политических систем либо «снизу», выделяя социально-политическую силу (партию, организацию, массовое движение) способную оформить настроения и трансформировать их в массовые действия, либо «сверху», вынуждая правящие элиты к реформам системы. В обоих случаях настроения влияют на систему, осуществляя свою функцию инициирования и регуляции массового поведения.

2. Динамика событий в Чили в 1970-1989-е гг. показала влияние настроений на политическую систему внутри одной страны. Даже незначительное колебание настроений в ту или иную сторону в психологически нестабильном обществе вызывает динамичные изменения системы. Тот или иной вариант системы существует, лишь пока он обладает ресурсами воздействия на массовые настроения.

3. Развитие событий в Иране в конце 1970-х гг. продемонстрировало, как массовые настроения, овладев большинством общества, ведут к ликвидации прежней социально-политической системы. Вслед за этим развиваются новые настроения, стимулирующие создание новой системы и влияющие на ее характер. Однако по мере укрепления новой системы влияние массовых настроений снижается. Это определяется степенью целенаправленного контроля за настроениями со стороны формирующейся системы.

4. Ход перестройки в СССР в 1980-е гг. показал, что в определенных случаях социально-политическая система может идти на самообновление под влиянием предвосхищаемого давления массовых настроений. Несмотря на усилия по воздействию на эти настроения, в таких случаях институты системы попадают в зависимость от ими же инициированных процессов модификации. Реформы, стимулируя развитие широкого спектра разнообразных настроений, заставляют систему ускорять процессы самообновления под угрозой утраты возможностей управления настроениями и дестабилизации социально-политической жизни в результате разнонаправленного политического поведения значительных масс людей. Не выдерживая необходимой скорости перемен, система подвергается опасности самораспада.

5. В целом массовые настроения реально оказываются важнейшей макроформой психологии масс, активно влияющей на организацию социально-политических процессов — наиболее ярких, демонстративных и принципиально важных для общественного бытия человека. Массовые настроения — это наиболее энергичный и действенный компонент психологии масс.

Часть 3. Массовые социально-психологические явления

В этой части книги рассматривается ряд конкретных проявлений психологии масс. Все они давно уже стали естественными фактами социальной жизни, однако продолжают вызывать многочисленные вопросы и оставаться в центре достаточно острых дискуссий. Подчас эти вопросы и дискуссии связаны с недооценкой естественности социально-психологической природы данных явлений и психологии масс, которая лежит в их основе. Анализ показывает, что внешне разные явления оказываются связанными общей природой. При всем своем разнообразии они одинаково необходимы людям для выражения массовой человеческой психологии. Исторически меняясь, все эти феномены выполняли одну главную функцию — формировали значительные общности людей, составлявшие огромные сегменты общественной жизни, и служили как ее социально-психологическими регуляторами, так и особыми факторами социального, экономического и иного прогресса.

Природа человека двойственна: психика носит индивидуальный и одновременно массовый характер. Она развивается в диалектическом противоречии, в единстве и борьбе индивидуального сознания и массового поведения. Это противоречие и служит динамичным источником развития. Рассматриваемые далее феномены психологии масс демонстрируют эту диалектическую взаимосвязь, отражающую сложную, социально-индивидуальную психологическую природу человека. От первобытных богов до современных средств массовой коммуникации человечество прошло немалый путь. Но он никогда не будет исчерпан — как вечно и неисчерпаемо диалектическое единство индивида и массы, так неисчерпаемы известные и еще неизвестные формы проявления психологии масс.

Глава 3.1. Психология религии

Как известно, само понятие религии до сих пор остается одним из труднейших для определения в эмпирических, операциональных категориях. Единого определения религии нет, и потому в ходу у исследователей буквально сотни дефиниций. Большая часть из них относится к социологическим, психологические же определения практически просто отсутствуют. И для этого есть определенные основания: по мнению П. Бергера, например, принятие какого-то определения религии, в конце концов, вообще является делом вкуса.