его будущем теперь, когда он был условно-досрочно освобожден, Исайя только пожал плечами и допил свой кофе.
После этого разговоров за столом почти не было. Сюзанна и я немного поболтали о близнецах, но напряжение было удушающим, и, в конце концов, мы все просто молча поели, прежде чем уйти, быстро попрощавшись.
Хотя мы пригласили их в Ларк Коув на каникулы, я почувствовала облегчение, когда Сюзанна и Исайя решили остаться в Бозмене.
Итак, мы с Кейном вернулись домой как раз вовремя, чтобы подготовиться к приезду моей семьи. Мои родители приехали сюда всего через неделю после того, как мы вернулись домой. Едва мы успели убраться, постирать и украсить елку, как пришло время играть роли хозяина и хозяйки.
Но было замечательно увидеть моих родителей и брата. Они были счастливы провести время в моем новом доме и познакомиться с Кейном. В то время как мама и я целыми днями пекли и отдыхали у камина, папа и Оуэн думали, что магазин Кейна и его изобилие электроинструментов были раем на земле.
На Рождество Кейн удивил меня сертификатами на еженедельный массаж, пока не родятся мальчики. Их было столько, чтобы я могла ходить на массаж после каждого приема у врача. А я подарила ему новую пару ботинок, так как его почти развалились.
Родители, как и ожидалось, осыпали нас подарками для мальчиков. Я сказала им ничего не дарить нам с Кейном, и, к моему удивлению, они послушались. Вместо этого они купили билеты на самолет, чтобы снова увидеть нас после рождения детей.
Это было лучше Рождество в моей жизни. Мама и папа рассказали Кейну бесчисленное количество историй из моего детства. Мой брат рассказал нам все о женщине, с которой он встречался последние шесть месяцев. Мы смеялись. Мы ели. Они выпили.
Моя семья приняла Кейна так, будто он всегда был частью нашей семьи, и я не упустила из виду, что им было с ним гораздо комфортнее, чем когда-либо с Адамом.
Когда мы отвезли их в аэропорт, мама поцеловала Кейна в щеку и сказала, что он будет прекрасным отцом. Папа обнял его, поблагодарив за такую заботу обо мне. А мой брат уже запросил недельный отпуск следующим летом, чтобы они с Кейном могли отправиться в поход в горы.
Мне было грустно видеть, как они уезжают, но я была готова к тому, что мы просто побудем одни.
После нескольких недель хаоса мы наконец получили дом в свое распоряжение. Кейн сегодня решил пропустить работу в магазине, чтобы навести порядок в гараже. И я только что закончила работать в своем офисе, пытаясь наверстать упущенное после коротких дней, пока моя семья была в городе.
— Ты меня звал? — поддразнила я с улыбкой с порога гаража.
Но моя улыбка померкла, когда я увидела, что Кейн держит в руках. Он нашел картину, которую Тея дала мне несколько месяцев назад.
Картина, которую я спрятала в гараже, а потом забыла о ней. Проклятый беременный мозг.
— Что это? — спросил он.
— Это, ммм… картина. Тея нарисовала её для меня. — Я прошла по бетонному полу и встала рядом с ним. — Это день, когда мы видели тебя на хребте. В первый день нашей встречи.
— Хм.
Я ждала, казалось, несколько часов нового слова, но он просто смотрел на картину.
— Я могу вернуть её Тее, если она тебя беспокоит, — предложила я. Хотя от мысли о том, что я отдам её, у меня скрутило желудок.
— Нет, — сказал он тихо. — Ты должна повесить её в своем кабинете.
Мне нравилась эта картина и то, как Тея запечатлела его необузданные эмоции, но я не хотела видеть её каждый день.
— О, нет. Все хорошо. Мы можем просто спрятать её здесь или в шкафу.
— Почему ты не хочешь повесить картину?
— Потому что, — я грустно улыбнулась ему, — я не хочу, вспоминать о тебе с болью.
— А я хочу, чтобы ты всегда помнила, что спасла меня. — Он поставил картину, прислонив её к своей ноге. Затем он заправил прядь волос за ухо, которое я всегда считала слишком большим. — Пожалуйста?
Я спасла его, но он дополнил меня. И если он хотел повесить эту картину, она бы невероятно смотрелась в моем кабинете.
— Хорошо.
Кейн поцеловал меня в лоб, затем взял картину. Он взял молоток из инструментального верстака, который принес ранее, вместе с гвоздем. И пошел внутрь.
Я осталась в гараже, прислушиваясь к нескольким ударам молотка, когда он вешал картину в моем кабинете.
— Я люблю тебя, — сказала ему я, когда он вернулся в гараж.
Он отложил молоток и подошел ко мне, чтобы обнять.
— Я тоже тебя люблю.
— Ты, эм… — Я колебалась.
— Я что?
Все еще хочешь жениться на мне?
Вопрос неделями вертелся у меня на языке. И точно так же, как я делала это снова и снова, я струсила, прежде чем позволить ему выскользнуть.
— Ты хочешь на ужин тако или пасту?
— Мне все равно. Выбирай ты.
— Тако. — Я коснулась его губ своими и подошла к двери.
Кейн вернулся к своим полкам, сделав это место своим. И я с тяжелым сердцем пошла внутрь готовить ужин.
Наши гости разъехались. Мы возвращались к нашей рутине, где я работала в офисе, а Кейн создавал шедевры в своем магазине. Где мы ужинали, отдыхали на диване и занимались любовью перед сном.
Жизнь возвращалась к тому, что было до столкновения Кейна с Исайей.
Вот только Кейн больше не предлагал мне выйти за него замуж по пять раз в день. Его предложения прекратились полностью. В последний раз Кейн просил меня выйти за него замуж перед тем, как отправился на охоту за рождественской елкой.
Наверное, я слишком много раз говорила «нет».
— Что ты здесь делаешь? — спросил Логан, отрываясь от ноутбука.
Я подняла большой конверт.
— Заключаю контракт с Джоном Хэнкоком.
Логан сказал мне взять отпуск на неделе между Рождеством и Новым годом, но я проигнорировала его, потому что до декретного отпуска нужно было сделать слишком много.
Логан нахмурился и встал из-за стола. Он обошел стол и взял папку из моей руки, одновременно отодвинув мой стул. По крайней мере, я называла его своим. Это был тот, в котором я сидела всякий раз, когда приезжала на работу в его кабинет.
— Спасибо. — Я опустилась на сиденье, радуясь тому, что с моих лодыжек спала тяжесть.
— Знаешь, я мог сам приехать к тебе.
Я пожала плечами.
— Мне все равно нужно было в город. Я думала, что просто
