Он спрятался за густыми кустами. В паре десятках метров сидело трое мужиков в синих комбезах, а один стоял на шухере с ТРс-301 в руках. Оптика, глушитель, все на местах. Наемники. Они разбили временный лагерь, ночлежку. Натянули тент над костром, раскидали пенки со спальниками и теперь о чем-то трепались. Леха никак не мог расшифровать их речь, пока до него не дошло, что они говорят на английском.
Произошедшие за первую половину дня события его вымотали, но хуже вымотала вторая половина всяким их отсутствием. Он хотел пить, хотел есть, спать. Адреналин высосал всю энергию из организма, и без того недостаточно окрепшего после ранения. Он задумался, идти ли на наймитов в открытую, прося о помощи, или все же взять голову в руки, не показываясь им из чувства самосохранения? В то мгновение сержанту подумалось, что решение приняла луна на небе. Ноги затекли, и Леха нелепо завалился вперед, наделав шороху. Черт!
– Who's here?!
В сторону долговца повернулся мужик с автоматом. Остальные трое похватали с мест свои винтовки, и на незваного гостя вперилось четыре ствола.
– Не стреляйте! – Леха поднял руки вверх. Ничего умнее не придумал. – Не стреляйте! Я иду с севера!
–What is he talking about?..
– I don't know. Shoot him.
Ой. Сообразив, что тупит, Леха затараторил на чистом английском:
– No! Don't shoot! I'm coming from the north. My squad is dead. There's no way through! Where... Where am I?
– What the fuck is the squad? – нахмурился смуглый наймит, сидевший ближе всего к костру. Мужики переглядывались между собой. Долговец-полиглот – это что-то новенькое.
Леха откашлялся. Руки не опускал на всякий случай. Для таких ребят пришить, что чихнуть, примерно одинаково. Он решил не нарываться. Потребовалось несколько секунд, чтобы собрать мысли в кучу. Запинаясь от волнения Леха начал объясняться:
– Я, мой друг и кот-имитатор. Э-э-э... мы разминулись. С котом мы ушли в Лиманск, потому что нас преследовал снорк с автоматом... Э-э-э... А куда пропал мой друг я не знаю. Я ищу его. Мне кажется, что он должен быть где-то, кхм, где-то здесь.
Конечно, Лисицын рассказывал эту увлекательную правду на английском, чтобы наймиты поняли смысл его слов. Он сбивчиво пояснил, что снорк был одет в «Берилл» и что он убил кота из гиперзвукового супероружия. А потом он в одиночку вышел из Лиманска, вооруженный самым грозным оружием сталкера – болтом и гайкой. Чем больше он наваливал фактов, тем сильнее сомневался в собственной вменяемости. Наемники сперва скептично слушали его рассказ, но чем дальше в лес, тем заинтересованней становились их лица. Троица, сидящая у костра, опустила винтовки, один из них даже начал кивать в такт истории, как тот психиатр. «Вы продолжайте, продолжайте». А тот, что стоял на охране, не выдержал такого напора и тоже позволил себе отвести дуло к земле.
– He's crazy, – тихо-тихо проронил смуглый. Но не настолько, чтобы музыкант не расслышал. По лагерю зашуршал иностранный шепоток.
– Oh, really?!
– What should we do with him?..
– He's funny, – пожал плечами охранник и обратился к долговцу уже во весь голос. – Hey, man! Drop the gun and come here. We won't hurt you. Slowly!
Леха изобразил самое наивное лицо, на которое только был способен. Он, как ему было велено, честно достал из кобуры «беретту». Та повисла на пальце, и он не пытался ее как-то перехватить, начать шмалять. Это самоубийство. Медленно долговец приблизился к лагерю наймитов. Те, как и обещали, уступили ему место. Охраняла отобрал пистолет, бросив что-то в ключе «такие правила». Следом с долговца сняли и рюкзак, похлопали по карманам. Да Леха и не возражал. Ему и так уже несказанно повезло. Заинтересованные таким чудом иностранцы плеснули ему кофе. Кофе на ночь глядя, конечно, не то, чего бы ему хотелось. Он как Черный сталкер из того анекдота лучше бы водички попил. Едой, правда, наймиты не стремились делиться. Нет размаха русской души. Хотя судя по их виду они не бедствуют.
– Что за снорк?
Один был лысый, как бильярдный шар. То ли от радиации выпали все волосенки выпали, то ли он так тщательно брил череп. Он стоял на охране. Был среди них еще колоритный латинос. Суровый мордоворот, похожий на сикарио из мексиканского кортеля, с бородкой, как и Леха, но в комплекте шли еще характерные усы. Третьим был негр, черный, как сажа. На таких еще смотришь в кино и удивляешься – бывает же такое в природе! А четвертым оказался самый обычный слегка небритый белый мужик. Вот зачем эти люди лезут на постсоветское пространство? Их сюда кто-то звал? Лисицын этого не понимал и не принимал. У них дома что ли никаких забот нет?
– Я сам не понял. С виду такой же мутант, как остальные. Но слишком умный, – обрывисто от усталости говорил Леха. – Увязался за нами с Бара. Все подловить пытался. Ребят, есть что пожрать?
– Ес, оф корс.
Латинос протянул завернутый в целлофан сендвич. Леха почесал репу да раскидал начинку из колбасы и сыра на два нормальных бутерброда. Зачем их соединять воедино? Чтобы, пока кусаешь одну сторону, с другой капал майонез? До такого могли додуматься только тупые пиндосы. Разворчался сержант. Устал.
– Сенк ю. В общем, история запутанная, – он не стерпел и стал откусывать. Уж очень проголодался.
– Мы заметили, – хмыкнул «шар». – Ты же сказал, что с севера. Что там?
– Ну, типа... Там... э-э-э...
Леха силился напрячь извилины, пока
