центральную массу и набор обращающихся вокруг нее каменных или газовых шаров, пока еще стерильных.
Они кое-что подправили, разбросали семена и увидели, что это хорошо. Оставили маленькое наблюдающе-записывающее устройство, а с ним и штуковину, которая вызовет их, когда все созреет. Потом снова улетели.
Миллиард лет спустя будильник зазвенел, и они вернулись.
* * *
У меня была штатная должность в нью-йоркском Американском музее естественной истории, но в тот день я, разумеется, на работу не пошел. Я сидел дома и смотрел новости – перепуганный, как все. Часа два назад объявили военное положение. Хаос нарастал. Иногда я слышал стрельбу на улицах.
Кто-то замолотил в дверь.
– Армия Соединенных Штатов! – гаркнули с той стороны. – Немедленно откройте!
Я подошел к двери, на которой было четыре замка.
– Откуда мне знать, что вы не мародеры? – крикнул я в ответ.
– Сэр, у меня есть приказ в случае необходимости выбить дверь. Так что или откройте ее, или отойдите.
Я прильнул к старомодному ныне глазку. Одеты они были как солдаты, тут сомнений нет. Один из них поднял винтовку и ударил прикладом по дверной ручке. Я быстро крикнул, что сейчас впущу их, и за несколько секунд открыл все четыре замка. В кухню ворвались шестеро в полном боевом снаряжении. Они разделились и быстро осмотрели все три комнаты, четко и по-армейски выкрикивая: «Все чисто». Седьмой, чуть постарше остальных, встал передо мной с блокнотом в руке.
– Сэр, вы доктор Эндрю Ричард Льюис?
– Тут какая-то ошибка. Я доктор, но не медицины.
– Сэр, вы доктор…
– Да, да. Я Энди Льюис. Что могу для вас сделать?
– Сэр, я капитан Эдгар, и мне приказано призвать вас в армию Соединенных Штатов, Особый корпус противодействия вторжению, немедленно после объявления данного приказа, в звании второго лейтенанта[26]. Пожалуйста, поднимите правую руку и повторяйте за мной.
Из новостей я уже знал, что такая процедура теперь законна, и у меня имелась возможность выбора между принятием присяги и длительным тюремным заключением. Поэтому я поднял руку и через минуту уже стал солдатом.
– Лейтенант, вам приказано следовать со мной. У вас есть пятнадцать минут для сбора самого необходимого – личных вещей и прописанных лекарств. Мои люди вам помогут.
Я кивнул, не рискуя доверить эмоции словам.
– Вы можете взять любые предметы, связанные с вашей специальностью. Портативный компьютер, справочники… – Он смолк, очевидно, не в состоянии представить, что человек вроде меня захочет прихватить с собой на битву с космическими пришельцами.
– Капитан, а вы знаете, какая у меня специальность?
– Насколько я понимаю, вы специалист по насекомым.
– Я энтомолог, капитан. А не работник службы дезинсекции. Не могли бы вы… хотя бы намекнуть, почему им понадобился именно я?
Капитан впервые за все время утратил толику полной самоуверенности:
– Лейтенант, все, что я знаю… Они собирают бабочек.
* * *
Меня суетливо затолкали в вертолет. Мы полетели невысоко над Манхэттеном. Все улицы заблокировали пробки. А все мосты оказались полностью забиты машинами, по большей части брошенными.
Меня доставили на авиабазу в Нью-Джерси и впихнули в военный реактивный транспортник, который уже стоял на взлетной полосе и прогревал двигатели. На его борту оказалось еще несколько человек. Почти всех я знал – энтомологов не очень-то и много.
Самолет немедленно взлетел.
* * *
С нами летел и полковник, которому поручили ввести нас в курс дела и рассказать о том, что на данный момент известно о пришельцах. Я мало узнал сверх того, что уже видел по телевизору.
Они появились одновременно на морских побережьях по всему миру. Секунду назад ничего не было, а миг спустя вдоль побережья, насколько хватало глаз, протянулась линия из пришельцев. В западном полушарии эта линия тянулась от Пойнт-Бэрроу на Аляске до Тьерра дель Фуэго в Чили. Африку окаймила линия от Туниса до мыса Доброй Надежды. Выше, на западном побережье Европы, она тянулась от Норвегии до Гибралтара. Австралия, Япония, Шри-Ланка, Филиппины и все прочие острова, с которыми удалось связаться, сообщали одно и то же – сплошная линия пришельцев появилась на западе и движется на восток.
Пришельцы? Никто не знал, как еще их называть. Они явно не были уроженцами планеты Земля, хотя, если рассматривать любого из них поодиночке, то вряд ли его можно было бы назвать очень странным. Просто миллионы и миллионы внешне совершенно обычных людей, одетых в белые комбинезоны, синие бейсболки и коричневые ботинки. Расположившись в метре друг от друга, они медленно шагали на восток.
Через несколько часов после их появления кто-то в новостях назвал все это Линией, а составляющих ее существ – линейными. Судя по кадрам на телеэкранах, они выглядели несколько усредненными и двуполыми.
– Они не люди, – сообщил нам полковник. – А эти комбинезоны… похоже, они не снимаются. Шапочки тоже. Если подойти достаточно близко, то можно увидеть, что это часть их кожи.
– Защитная окраска, – сказал Уоткинс, мой коллега из музея. – Окраска и форма тела многих насекомых предназначена для слияния с окружающей средой.
– Но какой смысл в таком слиянии, если поведение выглядит настолько подозрительно? – спросил я.
– Возможно, цель «похожести» – попросту имитировать нашу внешность. Согласитесь, насколько маловероятно, что эволюция сделала бы их похожими на…
– Дворников, – подсказал кто-то.
Полковник, нахмурившись, уставился на нас:
– Так вы считаете их насекомыми?
– Нет, и любое известное мне определение тут тоже не подходит, – ответил Уоткинс. – Разумеется, животные тоже адаптируются к среде обитания. Скажем, арктические песцы с зимним и летним мехом, полоски на шкуре тигра. Хамелеоны.
Полковник секунду-другую обдумывал его слова, а потом снова стал расхаживать взад-вперед. Потом выдал новую порцию информации:
– Кем бы они ни были, пули не причиняют им вреда. Известно уже много случаев, когда гражданские стреляли в пришельцев.
И солдаты тоже, вспомнил я. По телевизору показывали, как отряд Национальной гвардии в Орегоне лупит по пришельцам очередями. А те совершенно не реагируют – внешне. До момента, пока солдаты со всем оружием попросту не исчезают. Без шума и пыли.
И Линия продвигается дальше.
* * *
Мы приземлились на запущенной взлетно-посадочной полосе где-то на севере Калифорнии. Нас отвезли в большой мотель, временно реквизированный армией. Не успел я перевести дух, как меня усадили в вертолет береговой охраны вместе с группой солдат – отделение? взвод? – под командованием юного лейтенанта, который выглядел еще более испуганным, чем я. В полете я выяснил, что его фамилия Эванс, а служит он в Национальной гвардии.
Перед вылетом мне разъяснили, что общее руководство операцией поручено мне, а Эванс командует солдатами. Эванс сообщил, что
