точку мира с истонченной корой, обиталище их богов. Будучи там, он поручил корабельным художникам запечатлеть остров. Я думаю, те рисунки из сейфа были спрятаны там потому, что, в отличие от первого набора, береговые линии на них нарисованы достаточно подробно, и по ним можно идентифицировать остров.
Грей подтолкнул ей набросок. На нем был изображен один такой берег с высокой, изрытой кратерами горой.
– Готов поспорить, это силуэт вулкана на том острове, эквивалент Тамборы в этих редко посещаемых морях. – Грей вытащил второй рисунок. – А здесь вы можете увидеть другой вид на остров, другой его стороны. Есть также либо карта краев острова, либо, возможно, рифов вокруг него.
– У этого места есть название? – спросил Кадир, явно заинтригованный тайной, связанной с его прадедом. – Или хотя бы предположение, где оно может быть?
– Пока нет, – ответил Грей. – Но у меня есть кое-какие мысли.
Сюэ посмотрел на него, но Пирс жестом велел ему продолжать. Капитан прочистил горло.
– Кроуфорд провел на этом острове три месяца, изучая все, что мог. Он был свидетелем того, как с помощью своих трещоток старейшины аборигенов призывали Радужных Змеев. Он узнал больше о странном коралле и о том, как тот связан со змеями. И даже тайно исследовал образцы обоих. Позже эти усилия были обнаружены и признаны старейшинами глубоко кощунственными. Он едва спас свою жизнь. Тем не менее ему удалось заполучить одного такого священного «ревущего быка», вместе с его рисунками.
Прежде чем продолжить, Грей рассмотрел стопку зарисовок, посвященных исследованиям Кроуфорда на острове. Он перетасовал их, пытаясь сложить вместе, словно мозаику. Сюэ помог ему – дал несколько советов и весьма проницательных подсказок.
Как только они были готовы представить работу Кроуфорда в лучшем свете, Грей повернулся к группе:
– Наш бесстрашный доктор начал свое исследование с коралла. Так что давайте последуем его примеру. Вот его подробный рисунок образца во всей его красе. Кроуфорд окрестил его Perfidia lithiasis, что означает «коварный камень».
Грей скользнул взглядом по красивому рисунку черного кораллового дерева. В верхнем углу был дан крупный план его восьмиконечного полипа.
Сюэ внимательно посмотрел на страницу.
– Судя по уровню детализации, корабль Кроуфорда был хорошо оборудован микроскопами, инструментами для вскрытия, всем, что Батавское научное общество могло предоставить, чтобы помочь его исследованиям.
– Вот еще его творения. – Грей выложил несколько страниц.
На них была нарисована еще одна схема кораллового дерева, поперечное сечение его каменистого скелета и крупный план жалящего полипа.
– Будучи на острове, – продолжил Сюэ, – Кроуфорд стал свидетелем извержения вулкана. Довольно сильного. Такого, что вынудило его сбежать на свой корабль. Во время этого землетрясения он заметил в воде то, что Степкер назвал колючими коралловыми шарами. Прочитав рассказ Степкера и зная, какую угрозу они представляют, Кроуфорд обратился за помощью к своим проводникам-аборигенам. Те вновь покрутили на палубе корабля свои трещотки и призвали Радужных Змеев. Создания со щупальцами всплыли и очистили море от опасности, прогнав угрозу обратно в его глубины. Одновременно утихло и извержение вулкана, как будто их усилия успокоили разгневанных богов подземного мира.
– Или же это могло быть совпадением, – напомнила им Сейхан.
Грей пропустил мимо ушей ее скептицизм и достал из стопки еще один рисунок.
– Вот сделанный Кроуфордом рисунок этой странной подвижной версии твердого коралла.
– Похоже на плавучую мину, – сурово буркнул Чжуан.
– Или на вирус, – добавил Хэн.
Грей кивком признал оба предположения.
– Если история верна, они могут быть и тем и другим. Как и любая морская мина, эти шипастые шары способны представлять огненную угрозу для любых проходящих мимо кораблей. И, возможно, такова их функция. Средство защиты вида. Всякий раз, когда возникала опасность, колючие кораллы отправлялись в бой для биологической атаки на угрозу.
Хэн, нахмурив брови, изучал разбросанные рисунки.
– Но каким образом этот агрессивный и опасный коралл связан с Радужными Змеями? Ведь их вид производит впечатление относительно безопасного, верно?
Грей повернулся к Сюэ:
– Можете поделиться теми выводами, к которым вы пришли, изучая эти рисунки?
Сюэ кивнул:
– Я убежден, что на самом деле это один и тот же вид. И Змей является более зрелой версией первого. Кроуфорд, похоже, подозревал то же самое. Научился он этому самостоятельно или по указанию старейшины, я не знаю. Но он нарисовал этот эскиз.
Сюэ взял рисунок, на котором изображена серия итераций – от полипа с восемью конечностями до версии, которая казалась подвижной, и до более крупного независимого существа с глазами.
– Я считаю, что здесь изображен жизненный цикл вида, – объяснил Сюэ.
Хэн прищурился, глядя на последнее изображение:
– На конце которого – Радужный Змей.
Грей кивнул:
– Как и в случае с кораллами, Кроуфорд также изучал взрослую форму этого вида. Он подозревал, что именно обитает в морских глубинах, всплывая вверх только по зову или по необходимости. Что в большинстве случаев означало смягчение вреда, нанесенного их юными особями, и удаление их после того, как нападение молодняка считалось оконченным.
Сюэ взял последние два рисунка.
– Он сделал анатомические рисунки этих гладконогих змей. Вот один, на котором подробно изображена их кровеносная система и папулы, из которых они выбрасывают эти жалящие нити.
– Я подозреваю, что он сделал больше рисунков, – сказал Сюэ. – Но это все, чем он был готов поделиться. И потому оставил лишь намек на то, что они с Раффлзом пытались защитить. Тем не менее Кроуфорд потратил немало времени на изучение и зарисовки этих жалящих усиков. Как врач, он наверняка считал их весьма интригующими. – Сюэ показал последний рисунок. Это было подробное изображение анатомии и строения заостренных усиков.
Хэн подошел ближе, демонстрируя такой же острый медицинский интерес, как и Кроуфорд.
– Эти усики могут быть модифицированными версиями стрекательных клеток коралла. Возможно, так они передавали лекарство, выделяя антидот токсину своих юных версий.
Грей собрал бумажные листы.
– Это то, что сказали Кроуфорду и во что он поверил. Но мы не знаем, был ли у него шанс убедиться в этом самому.
Услышав такое признание, Сейхан нахмурилась:
– То есть все это может быть слухами, как и утверждение, будто «ревущие быки» способны успокоить извержение.
Грей не нашел, чем на это возразить. Здоровый скептицизм
