Я протянул ему кошель переданный Барклеем.
˗ Сделал взнос в наше правое дело.
˗ Вы серьезно? ˗ продолжал сомневаться Иохим. Кошель с вензелем фогта не убедил его.
˗ Передай старостам, мессир Барклей уполномочил кляузы на меня рассматривать мне самолично, ˗ сообщил я ему.
Иохим принял кошель, довольно хмыкнул его тяжести.
˗ А что делать с компроматом? ˗ с удовольствием произнес он мудреное слово.
˗ Прибереги до лучших времен. Холодная война между нами только началась.
Время до окончания декады пролетело незаметно. Ни когда не думал что хозяйство отнимает столько сил. Туда беги, сюда вставай! Все вокруг тебя толкутся, галдят, заглядывают в глаза как некормленые щенки и ждут не перепадет ли им в пасть чего-нибудь. Древние верили что пеликан кормит птенцов своей плотью. Ни чего удивительного. Птенцы гнезда Рош не побрезговали бы любыми крохами с мессира кастеляна. В том числе последними штанами и рубахой.
В вегилий**, когда честной люд под звуки полуденной Декты, отправился в церковь покаяться в накопившихся за десять дней грехах и попеть сообща псалмов, стражник с башни доложил ˗ в Лидж въехал обоз. Я отстранено наблюдал как Хелли смахивает пыль с пустых полок и размышлял о умении дамочки изобразить из себя недотрогу после того как её потрогали. Однако столь приватные размышления пришлось прервать и отправляться встречать будущих кадетов Школы Танцев под патронажем заслуженного лелеятеля пороков и заводчика грехов Леха фон Вирхоффа. Впрочем запамятовал, от частицы, фон" я отказался.
Обоз с новобранцами напоминал каторжную колонну. Кадеты сидели в повозках, а по периметру верховые, толи охраняли от побега, толи не допускали любознательных к секретному грузу.
Минул час после доклада и повозки вползли в Рош. Пятьдесят восемь, гавриков" и десять человек конвоя еле вместились на кор-де-плас замка.
Возглавлял процессию скрюченный горбом усач, с усталым лицом и провалившимися глазами. Уж не из-за поколения Next он так выглядел? Звали горбуна Де Саё.
˗ Двое сбежали, ˗ доложил он мне, передавая списки людей, деньги и послание от Мбара.
Из вежливости я послание сразу прочел. За сто флоринов в декаду на нас возлагали большие надежды. Слава богу не требовали взаимной любви и клятв верности всеобщему делу.
Закончив с письмом, пробежался по спискам. Кошель передал Иохиму. Оглянувшись, заметил в воротах мнущегося в нерешительности мальчишку.
˗ А это кто? Отставший?
˗ Приблуда. Один раз покормили, с той поры бежит, как собака следом. Уж и гнали.
˗ Иди-ка сюда, ˗ махнул я ему.
Походка легкая, пружинистая. Не шел, а крался, готовый в любой момент отбежать на безопасное расстояние. Пацану от силы лет шестнадцать. Худой ˗ кожа да кости! На плечах одежка мешком, штаны на пять размеров больше, сапоги ˗ хоронить пора!
˗ Звать как? ˗ спросил я.
В ответ настороженное сопение.
˗ Отвечай мессиру кастеляну, ˗ зарычал на него стражник. Пацан сдвинулся влево. Держа в поле зрения всех кто мог до него дотянутся.
˗ Тим, ˗ назвался он с неохотой.
˗ Так вот Тимми, ˗ обозвал я его ласково. ˗ Или вставай в строй или выметайся и подальше.
Пацан недоверчиво глянул на меня.
˗ Что то не ясно?
˗ Его нет в списках, значит и средств на него не отводится, ˗ напомнил мне Де Саё.
Я пропустил его замечание.
˗ Капрал, стройте кадетов, ˗ приказал я Ли.
Мальчишка жадно ловил каждое движение на кор-де-плас.
˗ Ну что? Надумал?
Согласно кивает головой.
˗ И чего ждешь?
Тим неуверенно направился в сторону построения. Конечно его не стоило принимать, но не гнать же голодного пацана.
˗ Могу предложить вам отобедать, ˗ отвел я в сторону Де Саё.
˗ Спасибо, но некогда, ˗ отказался он, скептически разглядывая, Потогонию". ˗ Я приеду декады через три не раньше.
˗ Как скажите, ˗ отнесся я спокойно к известию. Думают, без их денег пропаду.
Де Саё быстро попрощался и отбыл в обратном направлении. Я пожелал ему счастливого пути.
После того как доверенный Мбара покинул Рош, махнул страже закрыть ворота. Прошелся вдоль неровного строя. Обычные пацаны, кто постарше кто по младше. От шестнадцати до восемнадцати. Разной комплектности и жизненного опыта. Было огромное желание повторить речь майора Зверева. Не поймут. Почему-то чувствовал ˗ не поймут.
˗ Вы здесь мессиры, для того что бы пройти науку войны, ˗ начал я свое пламенное выступление, совсем как когда-то в Эль Гурабе перед зеками. ˗ Срок нам отведен не большой, до начала объявления похода в земли Кланов.
˗ А нас возьмут? ˗ спросили негромко из второго ряда.
˗ В Гюнц сортиры охранять, ˗ ответил ему кто то из своих.
˗ О сортирах позже, ˗ пообещал я. ˗ Оценим для начала ваши таланты и умения. Сейчас по одному заходите в казарму. Вас осмотрит лекарь, а портной снимет мерки. Пошить на будущее парадную одежду. Повседневную форму получите погодя. Коротких штанов достаточно. Далее вам задут несколько вопросов. Потом выбираете себе лежак для сна и подушку для слез. Одеяло только самым плаксам в место носового платка. Драгоценности, деньги, альбомы со стишками про первую любовь, узелки с мамкиными пирожками и игрушки сдать фраю Иохиму на хранение. И последнее, что хочется сказать. Мне безразличны ваши предки и кто какой барон или виконт в десятом поколении. Если ни чего не можешь ˗ ты никто!
Призывная комиссия работала быстро. Будущий страж и войн заходил, раздевался, осматривался, получал шорты и без лирики рассказывал в общих чертах о побудительных причинах поступления в столь элитное заведение как Рош. Кого-то спровадила родня, не в силах справится с дурными наклонностями будущей гордости фамилии, кого-то выцепили вербовщики в кабаке или борделе, а что делать если в карманах только фига? Многих отчислили из школярни за успехи в прогуливании и безобразиями над младшими, и еще несколько причин мало чем отличающих от предыдущих. Пацаны были в более менее сносной форме, дистрофией и дизентерией не страдали. У двоих выявили лобковых вшей, у одного педикулез. Из общего числа выделились только некоторые. Алэн Батарне, на вопрос почему он здесь, ответил коротко: Хочу на войну попасть.
˗ И что ты хочешь на войне увидеть?
˗ Ничего. Поквитаться. За деревню поквитаться.
Алэн не врал. В его серых глазах стояла неизбывная тоска и боль. По прошлому. По тому святому, привычному и родному, канувшему в одночасье в небытие. Эти чувства заставят многое вынести, вытерпеть и не позволят дрогнуть руке когда наступит черед в кровавой мести кромсать всех без разбора.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
