Читаем без скачивания Шакалы из Лэнгли - Федор Раззаков

На этой грустной мысли Максимов закрыл глаза и вновь попытался заснуть. Но капли пота, катящиеся по его лицу и телу, заставили снова пошевелиться. Он сменил позу и перевернулся на левый бок, спиной к грязной тюремной стене и головой к двери: так было безопаснее. В тюремных коридорах висела зловещая тишина, не предвещавшая Максимову ничего хорошего.

Примерно под утро он все-таки провалился в глубокий сон. Ему снилась залитая ярким солнечным светом утренняя Москва, по которой едет целая кавалькада поливочных машин. Они проезжали мимо Максимова, буквально с ног до головы окатывая его струями холодной воды, и он, купаясь в этих брызгах, радовался им, будто ребенок. Машины следовали мимо него одна за другой, причем ни в одной из них не было водителей. И только в кабине последней был смутно различим силуэт человека. Из нее единственной не били фонтаны воды, и двигалась она не мимо Максимова, а шла непосредственно на него. Когда расстояние между машиной и человеком сократилось до опасного минимума, силуэт в шоферской кабине стал хорошо различим. И Максимов узнал в водителе своего американского визави – Саймона Янга. По губам американца гуляла зловещая улыбка. Встретившись с ним взглядом, Максимов… проснулся. Как оказалось, вовремя.

В тот самый миг, когда глаза узника открылись, на него сверху навалилось что-то тяжелое, а шею стянула веревочная петля. Задыхаясь от удавки, Максимов краем глаза успел разглядеть того, кто его душил: это был Бобби Дьюк. С перекошенным от ненависти лицом, он придавил узника к нарам и все сильнее затягивал веревку на его шее. Перед взором Максимова поплыли красные круги, и он почувствовал, что сознание его покидает. Еще несколько секунд – и он бы попросту задохнулся. Но воля к жизни оказалась сильнее. Спасло Максимова то, что перед сном он поменял позу и повернулся спиной к стене. В итоге, используя теперь правую ногу как рычаг, он резко оттолкнулся ею от стены и вместе со своим душителем свалился с нар на пол. Удавка на шее Максимова заметно ослабла, что позволило ему сделать пару глотков воздуха, которые добавили ему сил. Сжав кулак, он будто молот обрушил его сверху вниз на левый бок своего противника. В этот удар было вложено столько силы, что бесследно он пройти не мог. Дьюк застонал от боли и завалился на спину. Воспользовавшись этим, Максимов перевалился через него и отскочил к противоположной стене. Надо было отдышаться и прийти в себя.

Передышка длилась недолго. Максимов успел сделать всего лишь несколько судорожных вдохов-выдохов, как его противник вновь пошел в атаку. Дьюк вскочил с пола и, выбросив вперед ногу, нанес ею хлесткий удар в плечо Максимова. Не устояв на ногах, тот отлетел в угол камеры. Однако мгновенно вскочил на обе ноги и, когда Дьюк собрался было нанести ему новый, еще более мощный удар ногой, левой рукой выставил блок, а правой нанес сильный удар в живот противника. Дьюк согнулся от резкой боли, что позволило Максимову завладеть инициативой и ударом правого колена снизу в челюсть отправить американца в нокдаун. Отлетев к двери, теперь уже он оказался в роли защищающегося. Нанося ему удары, Максимов целился в голову, но Дьюк мастерски выставлял блоки и отступал в противоположный угол камеры. А потом сам перешел в атаку, снова активно используя удары ногами. Но Максимов уже успел приноровиться к такой манере боя, поэтому ловко отбивал эти удары, выставляя все те же блоки. И исподволь сам готовился к атаке, выгадывая удобный момент.

Он наступил после того, как Дьюк прижал противника к противоположной от двери стене. Увлекшись атакой, американец выбросил вперед кулак, целясь в голову противника. В последний миг Максимов отвел голову в сторону, и кулак американца врезался в бетонную стену. Сильная боль заставила Дьюка отпрянуть назад, что стало для Максимова сигналом к атаке. Молниеносным движением он схватил американца обеими руками за рубашку на груди и, резко рванув на себя, сам уклонился в сторону. И Дьюк со всего размаху вписался головой в стену. Удар был таким сильным, что американец на несколько секунд оказался в прострации, чем и воспользовался Максимов. Он перехватил обвисшую руку противника и, вывернув ее локтем наружу, другой рукой переломил в суставе. Хруст костей заглушил дикий вопль американца. Ударом ноги в колено Максимов заставил Дьюка рухнуть на пол, а сам навалился сзади и, услышав, как в тюремном коридоре затопали ботинки охранников, зашептал в ухо американцу:

– Передай своему боссу, что убивать меня уже поздно. Если он это сделает, то весь мир узнает о его грязных делишках в Италии. Ему лучше побыстрее встретиться со мной и обговорить все условия нашей сделки. Ты понял меня, гориллос?

Для пущей убедительности Максимов так сжал сломанную руку американца, что тот застучал здоровой рукой по бетонному полу, требуя пощады, после чего устало изрек:

– Я передам вашу просьбу боссу.

– Не просьбу, а условие.

Максимов выпрямился и позволил вбежавшим в камеру охранникам оттеснить его к стене. А Дьюк с обвисшей, будто плеть, рукой заковылял прочь из камеры. В голове его занозой сидела мысль, что русский оказался не только сильнее, но и хитрее их с хозяином.

Москва, Лубянка. Федеральная Служба Безопасности.

Департамент контрразведывательных операций

На очередную утреннюю встречу с начальником Департамента Петром Леонтьевичем Кругловым генерал Кондратьев шел со смешанными чувствами. С одной стороны, ему было чем похвалиться: агент ЦРУ, действующий в Москве, фактически был разоблачен и его арест был лишь делом времени. Но, с другой стороны, этот агент через свои семейные узы был связан с одним из высокопоставленных руководителей российского МИДа, и эта связь могла стать для контрразведчиков настоящей бомбой, на которой они имели все шансы подорваться. Поэтому, располагаясь в удобном кресле напротив начальника, Кондратьев решил не торопить события и приберечь «бомбу» на самый последний момент.

– В ходе последних оперативно-розыскных мероприятий нами установлена подлинная личность агента ЦРУ по кличке Фараон, – начал он свой доклад, глядя прямо в глаза хозяину кабинета. – Им является сотрудник Департамента Ближнего Востока Министерства иностранных дел России 38-летний Лев Валерьянович Вишнев. На данный момент мы располагаем несколькими уликами, изобличающими его как шпиона. Первое: в его личном гараже найден тайник, в котором мы нашли флэш-карту, где обнаружены шифры и инструкции, адресованные агенту Фараону. В этом же тайнике найден флакон с ядом-невидимкой, с помощью которого была отравлена сотрудница «Гособоронэкса» Юлия Жолташ. Она, как мы помним, была любовницей Вишнева и именно благодаря ей ему удалось получить доступ к секретным сведениям с ее компьютера. Судя по тем данным, которыми мы располагаем, Жолташ использовалась «втемную», то есть не догадывалась о шпионской принадлежности своего любовника. За что и поплатилась – была им отравлена, после того как оказалась ему опасна своими настойчивыми попытками женить его на себе. Вишнев впрыснул яд в одну из ее перчаток, после чего тот через поры проник в ее организм, что спровоцировало остановку сердца спустя пятнадцать минут после того, как Жолташ покинула квартиру на улице Липецкой в Восточном Бирюлеве. Кстати, в этой квартире найдены отпечатки пальцев, которые мы сравнили с теми отпечатками, которые Вишнев оставил вчера на стакане сока в ресторане: они оказались идентичными. Кроме этого, Вишнева по фотографии опознала соседка Жолташ по Липецкой, а в его гаражном тайнике нами был найден ключ, который оказался ключом от той же самой квартиры. Судя по всему, Вишнев просто не успел его выкинуть или же решил приберечь на память.

– Странный фетишизм для шпиона, – усмехнулся Круглов.

– Вишнев – шпион-новичок, поэтому с его стороны подобный прокол – вещь вполне объяснимая.

– То есть у нас есть убойные улики, изобличающие его одновременно как шпиона и убийцу?

– Совершенно верно. Вчера ровно в двенадцать часов ночи, усыпив жену с помощью снотворного, Вишнев вышел на связь с радиоцентром ЦРУ во Франкфурте-на-Майне. Наши люди сняли этот сеанс на видеопленку.

– Обычно вскоре после такого сеанса агенты должны отправлять в Центр очередную порцию информации. У Вишнева она уже собрана?

– Еще вечером в воскресенье он успел скачать с видеонакопителя, закамуфлированного под стакан для канцелярских принадлежностей, стоящий на рабочем столе Жолташ в «Гособоронэксе», значительный объем информации по поводу наших военных поставок в Сирию и Ирак. Думаю, в ближайшие день-два он попытается передать это американцам.

– А вдруг уже передал, например вчера?

– Нам известно, что вчера он до шести вечера был неотлучно на своем рабочем месте в МИДе, а потом до девяти часов крутил шашни с некой Светланой в ресторане на Плющихе. Отвез ее домой и сразу вернулся к жене, чтобы в двенадцать часов участвовать в сеансе связи. Так что никаких контактов с американцами у него, судя по всему, не было.