место в самолётах было отдано под топливо. И даже транспортники пилотировали не их экипажи, а лётчики из экипажей «крепостей». Потому как «Скаймастеры» после заправки должны были быть нами уничтожены. Заправка затянулась на несколько часов. Близился вечер, и командовавший перелётом полковник Лемей решил, что стоит здесь задержаться до утра. Зря он так решил. Хотя лететь дальше без отдыха тоже было плохой идеей. Ночной полёт над океаном с уставшими пилотами – та ещё рулетка. Перекусили, выставили кое-какое охранение из бортстрелков, а пилотов отправили спать. Под утро к нашему лагерю выскочило несколько джипов с австралийскими рейнджерами. Завязался бой. Нам повезло. Несколько борт-стрелков, в том числе и я, успели добраться до своих турелей в самолётах. А против нескольких крупнокалиберных «браунингов» пяток джипов и два десятка местных охотников не пляшут. Правда, в результате этой стычки эскадрилья потеряла пятерых лётчиков и бортстрелков, два «В-17» сгорели и ещё один имел повреждения в двигателе. Ещё три «Скаймастера» тоже сгорели, но им и так эта участь была уготована. Из показаний пары пленных австралийцев мы узнали, что в прошлом году в семидесяти километрах отсюда был открыт карьер по добыче асбеста. И приехавшие к нам гости – из его охраны. Какой-то местный пастух видел накануне нашу посадку и сообщил администрации карьера эту новость. Охрана по радио связалась с местными военными, и те попросили проверить информацию пастуха о посадке американских самолётов. Если подтвердится, то военные пришлют сюда что-нибудь. Пленных полковник Лемей приказал расстрелять. Не тащить же их было с собой. Да и по всем законам они не были военнопленными и попадали в категорию бандитов. Мы похоронили своих погибших, распределили по самолётам «безлошадные» экипажи (так к нам в экипаж попал полковник Лемей) и взлетели.
– И куда же вы полетели?
– Остров Диего-Гарсия. Тогда там ещё не было русской базы. До войны он числился за англичанами, но по нашей информации выходило, что когда мы в конце зимы 43-го эвакуировали свои части из Персии в Австралию, то по пути вытряхнули невеликий английский гарнизон оттуда, и вроде бы там должен теперь быть наш гарнизон. Из-за утреннего боя мы вылетели на полтора часа позже и поэтому к Диего-Гарсии мы подлетали уже после заката. На острове нас не ждали. Мы ведь вообще никому не сообщили о нашем перелёте. Была опасность, что джапы или англичане попробуют нас перехватить или с аэродромов в Австралии, или авиагруппами своих авианосцев. И вот мы прилетели, кружим в небе, орём в радиостанции, а с земли ни ответа ни привета. Молчок. Взлётная полоса не подсвечена. Как садиться? Там взлётка хоть и длинная, больше двух километров, но начинается у самого берега и обрывается тоже в воду. Топливо заканчивается. Лемей приказывает Барри пройти на бреющем над взлётной полосой, а бортстрелкам приказывает пускать сигнальные ракеты. И тут на земле проснулись. Сторожевик там у пристани стоял. И с него по нам вмазали из зенитных пулемётов. По нам не попали. Но один из наших самолётов шарахнулся от этой пулемётной очереди и столкнулся с другим. Слава господу, на острове были наши, и они разглядели, что самолёты свои и прекратили огонь. Но у нас ещё два экипажа в минусе. В общем, взлётку нам подсветили, и оставшиеся в нашей эскадрилье семнадцать «летающих крепостей» сели на остров. Это было 4 июля.
– День независимости!
– Да, символично. Мы вырвались. Но на острове нас ждало разочарование. Там был совсем крошечный гарнизон. Взвод зенитчиков при трёх зенитках, один сторожевик и три торпедных катера. И раз в месяц приходил какой-нибудь небольшой транспорт с продуктами и топливом для генераторов и катеров. И ни капли нужного нам авиационного топлива. Мы, конечно, связались с командованием в Штатах, и оно обещало прислать нам топливо. Но когда это будет, никто точно сказать не мог. И началась наша робинзонада. Четыре месяца мы купались, загорали, ловили рыбу и сшибали кокосы. Курорт, скука. Про нас, похоже, все забыли. Мы бы, наверное, так там, на Диего-Гарсии, и до конца войны просидели…
– Но ведь не просидели?
– Да, Фил, не просидели. Благодаря жадности одного индийского раджи.
– ?
– Ну всем известно, что после гибели наших парней на Северном Острове практически весь 44-й год почти не было боевых столкновений между нами и японцами. Нам нечем было до них дотянуться. Новые корабли начали входить в строй только во второй половине того года, а у тогдашних наших самолётов не хватало дальности, чтобы просто дотянуться до Японии, не говоря про то, чтобы вернуться после этого обратно. Русские тогда с джапами не воевали и не пропускали через свои территории наши боевые самолёты. Был вариант воспользоваться территориями, контролируемыми китайским Гоминьданом. Но и до Китая можно было тогда только через Индию долететь, ведь Бирма, Таиланд, Индокитай были под японцами. А в Индии идёт гражданская война. Все воюют со всеми. Хрен разберёшь – кто хороший, а кто плохой. Но наши умники из разведки как-то умудрились договориться с одним тамошним раджой. Раджа соглашался принять наши самолёты на контролируемом им аэродроме. За это ему отдавали тысяч двадцать старых винтовок и уйму патронов к ним. Вот тогда и родилась в Вашингтоне идея ударить по Японии из Китая. Из Штатов, через Бразилию, Либерию и Танзанию, в Индию вылетела авиагруппа из сотни новеньких «В-17» серии G. Перед этим, естественно, на все промежуточные аэродромы кораблями забрасывалось топливо и техники. До Индии не долетело из-за разных причин шесть машин. Там последняя остановка у парней была перед Китаем. Но аппетит приходит во время еды. Индийский раджа увидел прилетевшую к нему мощь и отказался выпускать самолёты, пока ему не доплатят. А плату требовал химическим оружием.
Пока они там торговались и ругались, пока из Штатов пришёл транспорт с бочками иприта, прошло два месяца. Но тут вдруг тамошний раджа погибает в каком-то боестолкновении. А его наследники заявляют, что ни о чём с американцами не договаривались. Один наследник заявлял, что всё, что находится на индийской земле, принадлежит индусам. Другой – что согласен выпустить самолёты, только если половину бомбардировщиков ему подарят. Слово за слово. Несколько боёв вокруг аэродрома, и побеждает второй наследник, но в результате тех боёв уничтожено сорок машин из девяноста четырёх. А новый раджа требует половину от изначального числа. Семь бомбардировщиков в Китай отправлять? Несерьёзно. Новые гнать? Это опять история на пару месяцев. Вот тогда в Вашингтоне и вспомнили про нас. С раджой удалось договориться, что ему останется в подарок тридцать пять машин. И, соответственно, в Китай полетят девятнадцать новеньких
