она только что была, из земли начинают лезть старые голые кости. Руки, ноги, они цепляются за одежду Барута, замедляя его движения, а чернокнижник плетет уже новое заклятье. Но красавчик проговаривает несколько слов, кости рассыпаются, и вот уже наш маг стоит, оплетенный ветками и корнями. И тянутся они к запястьям Терина, тянутся. К счастью, последний успевает отмахнуться, правда, как-то с натяжкой, и ветви жухнут и опадают, на лету превращаясь в перегной.
Дуся
Терин встряхнул руками, с них посыпались искры, как мне потом разъяснили, это остаточная магия так осыпается. Красивенько… а руки-то у брюнета моей мечты дрожат. Эх, маг мой недолеченный, ну хоть бы подмигнул, что ли? Подал бы какой-нибудь знак, что устал, и что мне вмешаться надо. Ладно, будем считать, что дрожащие руки были условным знаком. Осталось только сосредоточиться и вспомнить, как там я своим тапулечкой Журеса уделала?
Терин, заметив мое движение, рукой небрежно на меня махнул, и я отлетела в объятия стоявшего поодаль Вальдора, едва не выронив тапок. Я так офигела от поступка брюнета моей мечты, что даже забыла выругаться. А Вальдор меня покрепче схватил и прошипел:
— Не вмешивайся, дура!
— Сам дурак, — огрызнулась я. — Отпусти, пока по морде не получил!
— В дуэли вмешиваться нельзя! Даже в магические.
— Но он же… ну и пусть сдохнет! — сдалась я, мстительно пихнула принца локтем под ребра, чтобы отпустил, и отошла в сторонку.
Я решила и вовсе не смотреть, как Терин самоубийством занимается, отвернулась и старательно изучала пейзаж окружающей местности. Если ему так хочется биться из последних сил и в итоге подохнуть, то это его личное дело. Пусть подохнет! Найду некроманта путевого, подниму этого засранца и по роже ему надаю, чтобы неповадно было так со мной поступать.
Смотрю, неподалеку Василий возник и принялся яростно землю рыть. Чего это он? Уже готовит могилку хозяину своему ненормальному? И ведь не просто копает, а еще и орет дурным голосом, будто ему на хозяйство его котовское наступили. Интересно, этот кошачий концерт Терина не отвлекает от самоубийства? Не выдержала я и посмотрела.
Оказывается, Терин тоже обратил внимание на поведение своего кота, протянул руку в его сторону… ну да, дрожащую руку… придурок, так и врезала бы! Земля вокруг Василия пришла в движение, начала бугриться маленькими холмиками, которые раскрывались, выпуская на свет… ой, мама! Кажется когда-то давно, очень давно, здесь было кладбище домашних животных. Кошек, в частности. Вон их сколько повылазило в виде скелетиков. Все гладкие, без остатков плоти, сразу видно, что давненько почили. Василий сел, сощурил зеленые глазищи и издал протяжный вой, перешедший в рык. Ну, прямо-таки генерал, отдающий команды своей армии. И армия команду выполнила. Несколько десятков кошачьих скелетов одновременно взвились в прыжке. Вот тут бы мне зажмуриться или отвернуться… ну или, на худой конец, в обморок упасть, но нет. Я продолжала смотреть, как скелеты рвали Барута, стараясь целиться в лицо, чтобы не успел заклинание произнести. Один из трупиков вцепился клыками в кадык словесника. Да уж, в таком положении не поговоришь.
— Дусь, не смотри, кошмары ведь замучают.
Спасибо Вальдору! Я вышла из ступора и зажмурилась. В обморок, что ли, упасть, для полноты картины?
— Можешь открыть глаза.
Я недоуменно посмотрела на принца. Нет, не ехидничает. Весь такой серьезный и без намека на насмешку любезно оповещает меня о том, что Барут повержен и уже можно смотреть. С ума сойти, что творится! Я не стала комментировать это событие вслух и осторожно посмотрела туда, где недавно кошки так свирепо драли Барута. Я думала, там кучка чего-то непонятного от него осталась и очень удивилась, когда увидела, что Барут живой и относительно невредимый стоит на коленях перед Терином. На руках у него по кошке висит, одна на плече сидит и угрожающе у горла зубами щелкает. Барут что-то говорил, но с того места, где мы стояли, слов было не разобрать.
— Он сдается, — объяснил Вальдор. — Дуэль окончена.
Как бы в подтверждение его слов, Терин махнул рукой, и кошки отцепились от потрепанного блондина. Он поднялся с колен и, прихрамывая, понуро поплелся к поджидающим его трем магам. Едва он приблизился, старушка отвесила ему затрещину (для этого ей пришлось подпрыгнуть) и велела отправляться к ней домой и ждать ее возвращения. Мол, она закончит здесь и полечит его, бедолагу.
Ну, раз все кончено, пришло время решить кое-какие личные вопросы. Вот, например, вопрос о том, с какого перепугу эта волшебная задница, этот Терин недобитый, посмел поднять на меня руку? Нет, ну он и раньше оплеухами меня награждал, но сегодня перегнул — магией своей по мне влупил. И это — когда я ему, дураку несчастному, помочь хотела. Ну, он у меня сейчас пожалеет, что жив остался!
Я от всей души врезала Терину. Кулаком. Думала, в глаз попаду и будут они с Вальдором как два брата-близнеца одинаковых с лица. А вот фиг! Зря размечталась, Дуся. Терин шагнул в сторону и кулак мой поймал. Нежно так в ладони сжал и попросил:
— Успокойтесь, Дульсинея.
— Обойдешься, — буркнула я и с размаху ему на ногу каблуком наступила.
— Дульсинея, что Вы делаете? — зашипел Терин, а у самого глаза аж загорелись от злости. Больно наверняка. Ну и мало ему, будет знать, как нападать на беззащитных девушек, которые ему помочь пытаются.
— Покалечить тебя хочу, — объяснила я с самой невинной улыбкой на свете.
Маг отпустил мою руку и отошел на всякий случай подальше, бросив на меня зверский взгляд. Ах, эти гневные эмоции, да в мирных бы целях! Я представила, что он с такой же вот приблизительно страстью на меня смотрит, когда…
Смущенный кашель старушки сбил меня с мысли.
— Ну, знаете ли, Терин Эрраде, Вы во всех областях отличились. Вот даже невесту Его Высочества совратили.
Терин разве что не позеленел от этих слов, зубы так стиснул, что я удивляюсь, как это мы не услышали их скрежета?
— Дульсинея, — процедил он, явно с трудом подавляя желание задушить меня на месте. — Не могли бы Вы держать свои фантазии при себе?
Я недоуменно нахмурилась. Это типа, что? Эта старая вешалка мои мысли читает?
Вальдор надо мной сжалился и весьма ехидно объяснил, что эта бабка — эмпат. Причем нехилой силы, что является большой редкостью. Она не просто эмоции легко считывает, а практически читает мысли.
— Телепатка что ли? — уточнила я.
— Телепатов уже несколько тысяч лет не рождалось, — отмахнулся Вальдор, — есть специальные амулеты, которые не позволяют глубоко считывать эмоции. Не понимаю,
