Да она с ним натурально флиртует!
В этот момент меня перемкнуло. Вместо морепродуктов захотелось крови и отвести душу.
— Вы в курсе, что ему пятнадцать? — шагнув вперед, ровно и достаточно тихо спросил я. — Нам всем здесь пятнадцать. Подобное откровенное, вульгарное поведение в принципе неприемлемо в нормальном обществе, но в отношении несовершеннолетних это — статья. А уж со стороны профессиональной героини…
Леди Гора, в миру что-то там Такеяма, вытаращилась на меня как на матюкнувшийся лосось из сашими, а потом лихорадочно проверила, не пишет ли рядом кто запись. Рядом страдальчески застонал Мидория.
— Ну что ты, что ты… Это п-просто мой натуральный шарм… — тряхнула белокурыми локонами и постаралась улыбнуться девушка. — И-и, вообще-то, не такая уж и большая разница в возрасте между нами…
— Просто огромная, — ухмыльнулся я. — Вы старая.
У Леди дернулся глаз, а затем она уже уязвлено рявкнула:
— Что-то я не заметила, чтобы кто-то из вас, школьников, был против, когда Полночь на сцене своими буферами размахивала! Небось слюнями всю форму залил!
— Да, тут вы правы… — осклабился я еще шире. — Просто Полночь красивая, понимаете?
Удивительно, я давно не получал столько удовольствия, сколько сейчас, доводя другого человека до белого каления. И в то же время все больше бесился. Любопытно.
Гора на последнюю реплику задохнулась и натурально потянулась к моему горлу:
— Ах ты маленький, наглый… — тут она запнулась, глядя снизу вверх и скользнув взглядом по моей фигуре… — невоспитанный переросток! Еще молоко на глазах, тьфу, на губах не высохло, а уже дерзит… старшим!
Мидория грустно вздохнул и бросил попытки попросить автограф.
— Как вы правильно заметили, разница не такая уж и большая, — едва не заржав, парировал я.
Такеяма внезапно успокоилась и паскудно ухмыльнулась:
— Ну, в таком случае, не надо завидовать, что красивая девушка, — она демонстративно медленно очертила контур своего тела, и, совершенно не смущаясь, легонько «пробежалась» пальцами по рукаву формы Тодороки, слегка прильнув к его плечу, — проявляет интерес к твоему талантливому однокласснику. Самому-то, небось, нечем привлечь к себе внимание… ни наследственности, ни сильной причуды, ни особых заслуг… два скучных приятеля-ботаника, на которых девчонки даже не смотрят, я угадала?
Я только поднял бровь. Хватит себя топить, женщина.
Зачем она Изуку-то расстроила? И… эта «леди» серьезно называет себя профессионалом? Героиня, которая средь бела дня заводится с пол-оборота и ругается с малолетками? Смех, да и только.
… и да — я, вообще-то, качок, на меня не то что девушки, даже парни иногда заглядываются!
— Вы… ты говоришь с человеком, который намерен выиграть этот фестиваль, — холодно отозвался я. Девица — а я, учитывая совокупный возраст, вполне мог так ее называть — удивительно сильно действовала мне на нервы. — И затем правильно построить свою успешную профессиональную геройскую карьеру. А не… уповать на выгодный брак, как некоторые.
Тут я выразительно посмотрел на Тодороки, который отреагировал нейтральным взглядом дохлой воблы.
А вот Леди-Гора чуть сбледнула с лица. Знает кошка, чье мясо съела.
Впрочем, она бы наверняка отбрехалась, но тут, будто бы решив добить несчастную горную козу, Старатель-младший повернулся к ней и выдал:
— Вы не правы. Шода, несомненно, силен, это доказывает по меньшей мере то, что я рассматриваю его как одного из основных противников на Фестивале. И еще — я не заинтересован в подобном браке, по крайней мере в ближайшие пять лет и с женщиной вашего положения и сферы интересов.
Такеяма совсем скисла.
Ого! Он не только понял про брак, он еще и комплимент мне сделал! А я говорил, что на меня даже парни смотрят, не зря качался!
Я решил выжать из ситуации максимум — либо заставить Гору ретироваться и дойти, наконец, до какого-нибудь мудреца, либо подзаработать. Попытался вспомнить, сколько у меня там на счету денег лежит, и…
— Тогда, раз сомневаешься, давай поспорим на… скажем, пятьдесят тысяч йен (примечание автора: примерно триста пятьдесят долларов), что я… — тут я вспомнил, что рядом со мной стоят сын героя номер два и наследник героя номер один, и решил не искушать судьбу и не провоцировать еще и их, — … дойду до финала. Легкие деньги, верно?
Блондинка, макияж которой, к слову, не в полной мере скрывал синяки под глазами (слишком много тусовок?), словила синий экран, отвесив челюсть едва ли не до бюста.
— Я… у меня… ээ… вы несовершеннолетние, и…
— Что, неужели у большой и взрослой тети меньше денег, чем у маааленького школьника?..- поддел я девушку. — Правду говорят, старость не радость…
— РрррАААааа! — натурально зарычала героиня, и мы…
Забились.
Действительно пожали друг другу руки, ее тонкое ухоженное запястье забавно смотрелось в моей хватке, и ткнутый локтем Мидория — с квадратными глазами — разбил.
Я ухмыльнулся. Как конфетку у ребенка отобрать, чесслово.
Ну а что? Если я проиграю, то сумма, в общем-то, небольшая, а если выиграю у нее гонорар от эротического журнала — ну так не беда, деньги не пахнут, а Леди Гора, чай, не обеднеет. Думаю, ее бюджет даже и не заметит такой потери, в конце концов, беспринципная популярность должна окупаться.
Пару секунд Леди с пустыми лицом и глазами, выражавшими будто бы отчаяние («не-ве-рю!»), смотрела на свою руку, а потом опомнилась — и снова яростно напала на меня. Словесно, к счастью. Я, не без удовольствия, ответил. Мидория бросил попытки понять, что происходит, и просто смотрел за свалкой как за теннисной игрой — подача сюда, подача сюда…
В какой-то момент он достал блокнот.
Вероятно, мы бы и дальше продолжали самозабвенно собачиться, но нас прервали.
— Мне необходим разговор с вами двоими, — заявил Тодороки, обращаясь к нам с Изуку и натурально оттеснив плечом продажную женщину.
Переглянувшись, мы пошли за ним, а Такеяма осталась ловить ртом воздух, как рыба.
Н уи я не удержался, повернулся в пол-оборота, улыбнулся и показал ей пять растопыренных пальцев, на что мне уже издали погрозили кулаком, потоком легкой брани и бессильной яростью. Потом Такеяма, которую, как я из разговора… вернее, из ругани узнал, зовут Юу — забавное совпадение — яростно развернулась и ушла прочь, злобно топоча землю.
И этой девке двадцать три, и она может становиться ростом с хрущевку.
Мило.
Она как злобный домашний питомец. Как тот трехголовый пес из Гарри Поттера, только еще и waifu material.
Нет, реально мило… хм. Нет, ну фигура и внешность у нее, конечно, зачетные, и весело я время провел, этого не отнять…
Тут я едва не споткнулся.
Но я что сейчас, всерьез допустил возможность приударить за… этой?
Эм. Это, как бы, тревожный звоночек. Это, наверное, намек, что мне стоит разобраться с личной жизнью… Сходить на второе свидание с Неджире и…
А с Неджире ли?
Так, лучше-ка я сейчас займусь насущными проблемами, а о девчонках потом подумаю.
— Первым делом, первым делом Тодороки… — пробормотал я.
Ну а девушки, а девушки — потом.
* * *
— Слушай, отлично ты ее отшил, — похвалил я насущную проблему по имени Шото Тодороки, который увел нас куда-то за стадион. — Хоть и поздновато слегка. Только можешь уже остановиться, даже для размеров и форм Леди это далеко…
— Я ее не отшивал. Как я и сказал, мне необходимо поговорить.
— Ага… — начал я подозревать, что сделал комплиментарный комплимент Тодороки зря.
— Это… это связанно с тем, что ты говорил про Всемогущего? — неуверенно предположил Мидория.
— Да, — ровно ответил отмороженный.
Затем мы дошли до одного из служебных выходов со стадиона…
И, вопреки моему растущему раздражению, Тодороки принялся толкать пространную речь о… подробностях своей биографии.
Следующие десять минут.
