(…) Мирный демонтаж тоталитарного государства Горбачев считает своим главным историческим достижением. Он указывает на провал августовского путча как на доказательство, что демократия начинает наконец приживаться на неприспособленной к этому русской почве. "Моей целью было сделать так, чтобы наша страна впервые в своей многовековой истории прошла важную поворотную точку без кровопролития", — говорит он.
Еще неясно, достиг ли Горбачев своей главной цели. Пока что вторая русская революция проходила относительно бескровно, учитывая размах и скорость свершения событий… Но события в бывшем Советском Союзе еще не завершены. Нынешний экономический хаос делает возможным практически любой исход, включая насильственную реставрацию какого-либо авторитарного или фашистского режима.
Где будет жить М. Горбачев?244
Он съезжает со своей квартиры на улице Косыгина (не по своей, конечно, воле, а по решению глав 11 государств). Ее не будет занимать Б. Ельцин, и не только потому, что не хочет жить по соседству с Язовым.
А вот подмосковную дачу "особого назначения" Горбачева Президент России скорее всего займет в самое ближайшее время, поскольку она оснащена средствами связи, управления, военными и прочими делами. Семья же Горбачевых получит меньшую, но тоже неплохую дачу.
Кроме того в распоряжении экс-президента будут две "Волги" (или "ЗИЛ" + "Волга"), ему оставлена также его нынешняя зарплата в виде пенсии, медицинское обслуживание и 20 человек челяди. По этой цифре возникли разногласия. М. Горбачев запросил вначале 200 человек на охрану и обслугу.
И еще по одному, исключительно принципиальному вопросу М. Горбачеву было отказано — в предоставлении неприкосновенности. "Если вы за что-то беспокоитесь, покайтесь сейчас, пока Вы Президент", — сказал Б. Ельцин во время девятичасового разговора.
Политическая борьба и драма народов
Сейчас, когда пишутся эти строки, первый и последний Президент бывшего СССР, отрекшийся от КПСС ее Генсек, любимец Запада и солидной части остального зарубежья вот уже третий месяц, как сошел и, по мнению многих, навсегда с большой политической арены. И напротив, его оппонент, долгое время игравший "вторую скрипку", сегодня — в ранге Лрезидента России, на вершине власти.
В то время как пресса многозначительно толкует о будущей деятельности "Горбачев-фонда", становится распространенным убеждение в том, что народ "быстро и с удовольствием" забыл главного архитектора катастрофической перестройки. Но так ли это? В оппозиционных средствах массовой информации, по преимуществу национально-патриотической ориентации, тема Горбачева в последнее время настойчиво зазвучала в совершенно новом аспекте. Создана и заявила о себе общественная комиссия "по расследованию антинародной, антигосударственной деятельности" М. Горбачева, обвиняемого в "сознательном уничтожении страны в интересах других держав", развале ее хозяйства и государственности, нарушении территориальной целостности, провоцировании межнациональных конфликтов и массового обнищания народа, в проявлении личной нескромности и своекорыстия.
Такова реальность. Понятно, что ответственность возлагается не только на Горбачева, не обходится вниманием и его ближайшее окружение. Насколько справедливы подобные, пока не лишенные эмоционального перехлеста обвинения, видимо, покажет будущее, когда общество получит доступ к исчерпывающей информации обо всем, что связано с замыслом и осуществлением перестройки. Но надо ли удивляться столь болезненной реакции народа, пострадавшего от непродуманных или неосуществленных, или не так осуществляемых реформ? Нет, удивляться решительно нечему — ведь Горбачев добился результатов, прямо противоположных тому, что декларировалось шесть лет назад, на взлете его политической карьеры. Лидер обещал советскому народу обновление общества, образно говоря, "сияющий Храм на зеленом холме", но храм социалистический, с его социальной справедливостью для всех, равными правами для всех, законами для всех, дисциплиной для всех, высокими обязанностями для каждого. Именно он повторял: все свои преобразования мы намерены осуществлять в соответствии с социалистическим выбором и это не прихоть вождей, это требование народа. "Народ просит только одного: не отходите от социализма". Такие и подобные по смыслу слова и Генсек и Президент повторял неоднократно с самых высоких трибун, суля "горькое разочарование" тем, "кто надеется, что мы свернем с социалистического пути", а уж тем более "перейдем в другой лагерь". Говоря, что "мы будем идти к лучшему социализму, а не в сторону от него", он считал необходимым постоянно подчеркивать честность и открытость такой позиции, отсутствие всякого лукавства как перед своим народом, так и перед заграницей (на это полезно обратить внимание, т. к. позже по данному поводу последуют обескураживающие признания).
Поскольку в итоге все получилось, по популярному выражению, "с точностью до наоборот" — становится понятен и ясен гнев народа, во всяком случае той его части (а это, безусловно, весьма значительная часть), которая не смогла с легкостью иных политиков в одночасье отрешиться от так называемой социалистической ментальности.
Но было бы не верным утверждать, что в общественном мнении изжиты всякие следы позитивного отношения к деятельности М.С. Горбачева. В газетах еще появляются, правда уже очень редко, письма "простых людей", горячо защищающих Михаила Сергеевича, главным образом, за его благие намерения. Далеко не всеми осознаются масштабы национальной трагедии, к которой объективно, вне зависимости от первоначальных устремлений, подвели страну лидеры перестройки в слепом угаре тотального разрушения основ государственности, экономических и социальных связей.
Пытаясь объективно взглянуть на плоды реформаторства М.С. Горбачева, политологи признают за перестройкой определенные достижения, подчеркивая, что все они лежат в сфере духовной, идейно-психологической: плюрализм мнений, деидеологизация, гласность. Говорят (по преимуществу в сегодняшней правительственной прессе) об избавлении "от страха порабощенности партокра-тическим государством". Отмечаются успехи международной политики, приведшей к окончанию "холодной войны". При этом следует трезвая констатация того факта, что цена, уплаченная обществом за полученные духовные блата, оказалась непомерно великой, ибо на другой чаше весов распад государства, экономики, социальных и национальных связей, правовой беспредел плюс вместо "войны холодной" — очаги вполне "горячих" конфликтов.
Что касается вычленения негативных результатов перестройки, то здесь мы, пожалуй, не обнаружим какого-либо разброса мнений, во всяком случае среди отечественных политиков, не причастных к реализации ее курса, политологов, публицистов. А вот на отмеченные выше "достижения" имеется и иная точка зрения, сторонники которой также находят убедительные аргументы. С оптимистическим выводом М.С. Горбачева, сделанным им по итогам собственной деятельности, о том, что "общество получило свободу, раскрепостилось политически и духовно", считают они, согласен видимо только тот, кто еще не оказался за чертой бедности и не вкусил всех прелестей нищеты, не ввергнут в пучину межнациональной бойни, не рекрутирован в стремительно растущую армию безработных, кто глух к беспрецедентным унижениям нации на международной арене, не видит уготованных бывшей великой державе колониальных перспектив. Деидеологизация оборачивается просто заменой одной идеологии другой, с противоположным знаком, возможность свободно выражать мнения ограничивается "экономической удавкой", наброшенной на неугодные средства массовой информации. Таким образом, вопрос о политической и духовной раскрепощенности, утвердившейся демократии оказывается дискуссионным. И применительно к переживаемому моменту все чаще можно слышать об опасности растущей анархии, движущейся в лучшем случае к жесткой авторитарной системе, а то и к новому диктату, хотя и названному демократическим. Московские события 23 февраля нынешнего года дали новые основания для такого рода суждений (кстати, поборник демократии М.С. Горбачев оправдывает действия верхушки московского правительства с применением дубинок против ветеранов войны, стариков и женщин. Как это понять?).
Подвергается сомнению и тезис об избавлении от страха порабощенности тоталитарным партократическим государством. Испытывала ли такую "порабощенность" основная масса трудового люда, имевшего вполне приличный уровень жизни и спокойную уверенность в завтрашнем дне? И если все же такой страх был, то чем лучше пришедший ему на смену страх перед безработицей, нищетой, голодом, угрозой нового кровопролития в гражданской войне?
И, наконец, самый весомый "козырь" — заслуги на международной арене, прекращение "холодной войны". Но ведь о прекращении предпочитают говорить Горбачев и вдохновители его политической линии. Президент Буш у себя дома прибегает к другой формулировке: победа Запада в "холодной войне". А если есть победа, значит есть и поражение. Подобного рода сомнения также не могут не посещать многих и многих людей.
