– Туда, хозяин. Там сухо.
– Кажется, там находились кухни, – сказала она, пытаясь припомнить расположение после своего предыдущего посещения, но тогда в щелях росли полевые цветы и яркий солнечный свет прогнал прочь все призраки. А сейчас ветер проносился среди оставшихся башен, завывая как одинокий волк. Она содрогнулась.
– Что бы там ни было прежде, там, наверное, лучше, чем здесь, – заметил Александр.
– Лобо, в соседней комнате, наверное, хватит места для мулов. Давай соберем немного хвороста, разожжем огонь, чтобы они согрелись, к тому же мы сможем растопить снег и напоить их.
Лобо, наморщившись, внимательно слушал. Когда Александр закончил говорить, молодой человек помедлил, переваривая его слова, затем, засияв, кивнул и направился к кровле.
Катарина снова вздрогнула, на этот раз только от холода, и принялась потирать руки.
– Я тоже не возражаю против того, чтобы согреться.
Он с шутливым возмущением посмотрел на нее.
– Боже мой! Лошадь для солдата – это его жизнь. А жена всего лишь…
– Женщина, – закончила она за него и ударила его по голени.
Александр усмехнулся и сказал:
– Замечательные сапоги. Ничего не почувствовал.
Он жестом указал на кухни, давая понять, что намерен сопроводить ее туда, и преувеличенно захромал. Катарина разразилась смехом, мелодичный звук эхом отдавался от каменных стен, а он подхватил ее на руки и понес к кухням.
– Видишь? – сказал он. – Алте-Весте оказывает нам радушный прием.
Они с Лобо быстро управились с животными, затем Александр вышел из кухни, поднял факел и показал на южную стену.
– Осадные орудия должны быть там. Я…
– Мы.
– Мы осмотрим их прямо сейчас, – закончил он. – Не стоит ждать наступления утра.
Он протянул ей факел, и она, не подумав, взяла его и пошатнулась, настолько тяжелым он оказался. Но полковник уже шел по двору.
– Смотри себе под ноги, – бросил он через плечо. – Кажется, саперы, словно муравьи, прорыли здесь всю землю туннелями.
Она поспешила было за ним, но, услышав его предостережение, резко остановилась.
– Что ты имеешь в виду? – спросила она, пристально вглядываясь в почву под ногами, ставшую вдруг ненадежной. Она с трудом сдерживала желание привстать на цыпочки.
Ближайшее орудие было наполовину засыпано грудой булыжника. Александр быстро его осмотрел и принялся отбрасывать камни.
– Саперы – это военные инженеры, – рассеянно принялся объяснять он ей, не прерывая работы. – Они роют окопы для солдат, откуда те могут стрелять, находясь в укрытии. Они укрепляют землю, куда должны установить пушки. И… – Он прекратил работу и выпрямился, прислонившись к огромной, почти освобожденной от камней пушке. – И они строят туннели под крепостными и городскими стенами.
Он удовлетворенно улыбнулся и вернулся к работе, заканчивая расчищать орудие.
– Значит, здесь есть туннели? – пискнула она, пристально разглядывая землю в поисках явных признаков… чего? Гигантских сусликовых насыпей? – Повсюду вокруг?
– Вполне возможно, – ответил он, очищая пушку рукой в перчатке. – Пожалуйста, посвети поближе.
Она осторожно выставила ногу вперед, словно пробуя лед на пруду, неуверенно приблизилась к нему, затем протянула факел, чтобы осветить пушку. Меньше чем через минуту рука задрожала от напряжения, ей пришлось поддержать ее другой рукой, но в конце концов она вынуждена была подойти поближе.
Он вполголоса выругался и отошел.
– Бесполезно, – бросил он, показав на длинную трещину, проходившую вдоль ствола. – Слишком много пороха.
Она покорно закивала, пытаясь сдержаться и не стучать зубами, затем поплотнее обернула шарфом шею.
– Может, мы более тщательно осмотрим все завтра, – предложила она, но увидела, что он не слушает, а нахмурившись, отошел от пушки.
– Ты заметила нечто странное? – спросил он. Катарина покачала головой. – Она не туда прицелена, – сообщил он. – Она должна быть направлена вниз по склону, а она вместо этого нацелена… туда.
Он направился к тени более темной, чем все остальные, неясно маячившей на несколько дюймов выше его головы. В груди у Катарины что-то сжалось.
– Александр! – окликнула она. – Будь осторожен!
Но ее слова утонули в резком звуке раскалывающегося камня, затем грохот обваливающихся булыжников и треск ломающихся деревянных подпорок оглушили ее.
– Александр! – закричала Катарина, откашливаясь и пытаясь вглядеться сквозь темное облако пыли и снега. Она стремительно вытянула факел вперед… и его выхватили из ее руки.
Александр, подняв кверху факел, стоял рядом с ней и бил по дымящемуся черному пятну на своем плаще.
– Не слишком ли поздно, чтобы охотиться на еретиков, мадам?
Она скрестила руки на груди и, не скрывая негодования, бросила:
– Не слишком ли поздно, чтобы скакать по саперным норам, как кролику!
– Кролику-еретику, с вашего позволения, – усмехнувшись, уточнил он и принялся отряхивать пыль с плаща.
Она фыркнула.
– Именно то, что нам необходимо. Новая секта кроликов-вальденсов.
Он откинул голову назад и расхохотался, затем обхватил ее рукой и повел к кухне.
– Ах, моя дорогая, дорогая Кэт!
В кухне Александр вставил факел в канделябр, обнял ее обеими руками и поцеловал.
Некоторое время спустя, после холодного ужина, состоявшего из хлеба и сыра, Катарина сидела у огня и с улыбкой прислушивалась к доносившемуся из соседнего помещения похрапыванию Лобо, где он устроился вместе с мулами. Александр только что вышел за дверь, чтобы при тусклом свете появившегося месяца осмотреть руины, оставшиеся от наследства семьи его матери.
Она думала о падающих камнях и о страсти своего брата к разрушению и знала, что он разрушит их в еще большей мере, сотрет в пыль и увлажнит ее кровью солдат, которых небрежно бросит в бой. А затем он проделает то же самое с Леве. Из глубины души всплыло проклятье.
Вошел Александр, откинув в сторону импровизированную дверь, которую они соорудили из одного из привезенных с собой одеял. Он стал топать ногами, чтобы стряхнуть снег с сапог, а Катарина с изумлением подумала, что он как будто принес с собой свет. Наверное, он просто прогнал тьму, навеянную мыслями о Бате.
Он уселся рядом с ней. Снег таял и стекал с его одежды, так что вскоре вокруг него образовались крохотные лужицы.
– Я слышал, что теперь модно строить вдоль Рейна жилье рядом с такими каменными пещерами. Большая часть Алте-Весте не разрушена, и, имея достаточно денег…
– Имея достаточно денег, ты смог бы купить Рейн со всеми окружающими строениями, – с некоторой долей раздражения бросила она.
