Согласно показаниям пленных, русская подводная лодка «Нерпа», позывные которой передавались радиостанцией острова Фидониси, 2 дня тому назад покинула остров и, имея 13 мин и 6 торпед, направилась к Босфору. Приходилось поэтому считаться с наличием новых минных заграждений и присутствием неприятельской подводной лодки.
Черт. 26. Постановка мин «Бреслау» 24–25 июня 1917 г.
С 14 ч 16 мин «Бреслау» выпускал дымовые завесы, чтобы помешать наблюдению с шедшего за ним эскадренного миноносца, а также чтобы затруднить линейному кораблю пристрелку. Радиостанция развивала энергичную радиопомеху. Залпы линейного корабля продолжали оставаться недолетными. В 14 ч 30 мин приблизившийся эскадренный миноносец тоже открыл огонь, также на недолетах. «Бреслау» отвечал на предельных углах возвышения с дистанции 15,8 км (86 каб.) бронебойными снарядами, с тем чтобы, закрывшись всплесками своих снарядов, мешать стрельбе противника. С 14 ч 35 мин до 14 ч 40 мин было сделано 12 залпов и достигнуто 2 попадания в корму эскадренного миноносца. Последний отвернул на 4–6 румбов, так что дистанция до него увеличилась. Снаряды противника поднимали небольшие водяные столбы и не взрывались при ударе о воду, в то время как всплески «Бреслау» высоко вздымались кверху и были видны хорошо. «Бреслау» длительное время шел 25-узловым ходом, временами давая 26,5 узла, поэтому расстояние до линейного корабля увеличивалось. Тем не менее неприятель продолжал преследование, вероятно, в надежде, что в случае порчи механизмов на «Бреслау» последний явится легкою добычею. В то время как дистанция до линейного корабля возрастала, медленно сблизился еще один эскадренный миноносец. Командир, желая дать отдых машинной команде, временно уменьшил ход до 18 узлов. При этом он рассчитывал, что подошедший эскадренный миноносец попадет в район обстрела его 150-мм орудий. В 16 ч 19 мин последний приблизился на дистанцию около 17 км (93 каб.), и «Бреслау» сделал 3 залпа на предельных углах возвышения. Противник тотчас же отвернул на 8 румбов. Линейный корабль «Екатерина II» пошел теперь на сближение с «Бреслау». Дистанция уменьшалась еще вследствие изменения курса последнего, направлявшегося на главный фарватер. Командование выслало эскадренный миноносец «Басра» для встречи «Бреслау». В 16 ч 34 мин «Басра» показался и получил приказание идти в голове. Несколько минут спустя UC-23 обменялась опознательными с «Бреслау». Направляясь ко входу в Босфор, «Бреслау» был вынужден сильно уклониться на Ost; при этом линейный корабль и эскадренный миноносец заметно приближались. С 16 ч 58 мин до 17 ч 15 мин последний обстреливал «Бреслау» и эскадренный миноносец «Басра», присоединившийся тем временем к «Бреслау». Всплески ложились по обеим сторонам крейсера в расстоянии 100–300 м (½—1½ каб.). С 17 ч 1 мин к обстрелу присоединился и линейный корабль «Екатерина II» с дистанции более 25 км (136 каб.). «Басра» оказался только помехой для маневрирования «Бреслау», что могло иметь очень плачевные последствия: он мог идти только 18-узловым ходом. «Бреслау» был вынужден идти с такой же скоростью, прикрывая «Басра». «Бреслау» выпустил дымовую завесу, так что «Басра» смог укрыться с борта, противоположного ведшему бой. С 17 ч по 17 ч 15 мин «Бреслау» отвечал на огонь эскадренного миноносца, который приблизился на 14 км (76 каб.). Но вследствие уклонения неприятеля маневрированием попаданий достигнуть не удалось. В 17 ч 15 мин неприятель прекратил огонь, и «Бреслау» спокойно вошел в Босфор, следуя по створу прожекторов.
UC-23 не удалось атаковать неприятеля: она вышла только после того, как выяснилось, какой фарватер использует «Бреслау», опасаясь неприятельских подводных лодок, она не могла ждать в надводном положении у Босфора извещений по радио.
Непосредственным результатом операции явилась гибель русского эскадренного миноносца «Лейтенант Зацаренный» в 650 т водоизмещения, который, согласно русским официальным известиям от 7 июля, подорвался на мине, поставленной «Бреслау»[116]. Хотя это и не был вполне современный корабль, все же на нем имелись одно 120-мм и пять 75-мм орудий, и его превосходство над турецкими эскадренными миноносцами было значительно.
Вероятно, вне связи с операцией «Бреслау» находилось появление 26 июня крупных русских сил в 40 милях к N от Босфора. Они состояли из 1 дредноута, 4 эскадренных миноносцев, 5 кораблей специального назначения (из них 3 авиатранспорта). Босфорские самолеты произвели атаку на противника, но попаданий не было замечено. Отряд исчез в направлении на NNO. Сильный ветер помешал неприятелю использовать самолеты и моторные минные баркасы.
До сих пор Константинополь и военные сооружения в его окрестностях, как-то: военные заводы, арсенал, верфь в Стении и военные корабли, не страдали от неприятельских воздушных атак. При небольшом расстоянии от английской базы до станции (Имброс — Константинополь — 150 миль) успешные воздушные атаки вызвали бы во время дарданелльских сражений большие волнения среди населения и могли иметь огромное влияние на правительство, сильно зависевшее от настроений столицы. К тому же в Константинополе и окрестностях тогда еще не имелось противовоздушной обороны. Весной 1916 г. впервые летчики пытались приблизиться к Золотому Рогу, но до серьезных атак не доходило. В ночь с 9 на 10 июля 1917 г. была произведена первая серьезная воздушная атака, которая сопровождалась заметным успехом для неприятеля. В светлую лунную летнюю ночь английские летчики перелетели через Дарданеллы, были там опознаны, и 5-я армия донесла об их появлении 1-й армии, в районе которой находился Константинополь. Здесь дальнейшая передача крайне важного тревожного известия задержалась, и поэтому самолеты беспрепятственно смогли достигнуть столицы. Только когда были сброшены первые бомбы у военных заводов Макрикой и Сан-Стефано — правда, безрезультатно, — началась воздушная тревога. Две бомбы упали близ Сераскериата (Военного министерства), находившегося в центре старого Стамбула, и причинили там незначительные повреждения, одна бомба упала в Золотой Рог у базы подводных лодок. В бухте Стения стоял «Гебен» и рядом борт о борт друг к другу — эскадренные миноносцы. «Бреслау» вместе с блокшивом, на котором жил личный состав с эскадренных миноносцев, стояли в наружном бассейне бухты. Биплан, не признанный за неприятельский вследствие неполучения донесения о воздушном налете, перелетел бухту с N на S и затем, направляясь с W, с высоты 150 м сбросил 2 бомбы вне бухты; третья бомба, по-видимому, предназначенная «Гебену», упав слишком рано, попала в носовую часть эскадренного миноносца «Ядигар»; поднялся столб пламени, и «Ядигар» получил пробоину. С пожаром было трудно бороться ввиду того, что все эскадренные миноносцы из-за недостатка угля не поддерживали паров, а «Гебен» имел только небольшое давление в своей противопожарной системе, питаемой вспомогательным пароходом. Постепенно носовая часть «Ядигара» наполнилась водой, а когда сдала переборка носовой кочегарки, эскадренный миноносец затонул, несмотря на полуторачасовые тщетные попытки спасти его. У стоявшего рядом эскадренного миноносца «Нумуне» осколками была изрешечена вся наружная обшивка носовой части, но течь удалось остановить, и потребовались только небольшие исправления. На «Ядигаре» имелись тяжелые потери: было убито 29 человек турецкого личного состава, 11 человек — тяжело и 6 — легко ранены. В каких-нибудь 50 м находился на «Гебене» командующий флотом. Попадание бомбы в носовую часть «Гебена» вызвало бы тяжелые потери в личном составе в носовых помещениях. Сообщения английского Адмиралтейства указывали, что, по мнению противника, бомбы попали в «Гебен». В итоге воздушного налета пришлось рассредоточить корабли в бухте Стения, а эскадренные миноносцы поставить на бочки в Босфоре. Вследствие невозможности обойтись без верфи, которая давала электрический ток и пар, «Гебену» и «Бреслау» пришлось остаться в бухте Стения; на окружающих высотах были установлены противоаэропланные орудия, а вся сеть службы наблюдения и связи была расширена. При получении в лунные ночи сведений из Галлиполи или с наблюдательных постов побережья о появлении самолетов противника вся противовоздушная оборона приходила в действие, и неожиданностей нечего было опасаться.
С 9 по 15 июля UC-23 выходила для короткой операции в залив Орфани в Эгейском море (черт. 27). Здесь она поставила 2 минные банки по 9 мин в каждой. Дальнейшее выполнение оперативного приказа — крейсировать на подходах к Салоникам, к W от Мудроса — пришлось приостановить ввиду того, что с первого дня похода правый дизель-мотор вышел из строя. Даже постановка мин производилась под одним мотором. С 22 по 31 августа UC-23 предприняла операцию в Салоникском заливе, а 25 августа там ею было поставлено 4 заграждения, по 5 и по 4 мины в каждом. На обратном пути подводная лодка потопила 10 греческих парусников с различным провиантом (общий тоннаж 280 т).
