Ставлю Оливье в холодильник, хоть пару минут, но пусть постоит там. Решаю еще овощной салат сделать и фрукты на тарелочку разложить. Чем занят Матвеев, мне и в голову не приходило. Но когда услышала шум с гостиной, любопытство взяло вверх. Тем более я почти управилась. Выхожу из кухни и замечаю поистине неожиданную картину.
По телевизору транслируется «Ирония Судьбы», а Даниил сидит на полу и развешивает игрушки на зеленую елку. Он едва слышно напевает песню, которую играет под гитару герой Мягкова:
«Оркестр гремит басами,
Трубач выдувает медь.
Думайте сами, решайте сами,
Иметь или не иметь».
И я вдруг вспоминаю детство. Вспоминаю папу, нашу с ним елку и эту песню, которую он однажды сыграл на гитаре. Мама тогда улыбалась так, будто это признание в любви, а не обычная песня под гитару. Потом мы ели вкусные салаты, зажигали бенгальские огоньки. Было так весело, а главное было ощущение праздника. После того, как ее не стало, ни один Новый год не трогал меня за душу. Казалось, что это совершенно обычный день. Да, мы собирались за столом, да ели вкусную еду, даже фильм этот пересматривали, но все уже было другим.
И вот сегодня я снова вернулась в те дни, когда хотелось улыбнуться, когда с трепетом ждала боя курантов и поздравление Президента по телевизору.
- Ну как? – Возвращает меня в реальность Даниил. Сажусь на краешек дивана и рассматриваю его творение. Елка невысокая, даже кончики палок уже слегка желтоватые. Видимо давно срезали и отправили на продажу. Зато игрушки ей к лицу, да и гирлянды тоже.
- Красивая, - неловко выдыхаю и пытаюсь скрыть улыбку.
- Первый раз наряжал, - сообщает Матвеев довольный собой и, наконец, поднимается с пола.
- Первый?
- Угу. До пятнадцати лет нам декораторы привозили готовую, а потом родители развелись, и приколы с елкой отъехали на ненужный план. – Его голос звучит немного тоскливо. Хотя я удивлена, что Даниил поделился со мной такими подробностями. Еще раз оглядываю роскошную комнату и подкрадывается чувство, что здесь пахнет одиночеством. Неужели он живет один?!
- Ой, надо же стол поставить, - развеивает мои грустные мысли Матвеев. Он останавливается напротив балкона и сообщает, что будем мы ужинать именно в этом месте, потому что вид на город открывается отличный. Затем удаляется на кухню и приносит оттуда стол со стульями. Я же возвращаюсь к поварским делам. Проверяю мясо на готовность, дорезаю овощной салат с помидорами и иду сервировать стол.
К одиннадцати тридцати Даниил уже в ожидании ждет в гостиной. Запахи так разнеслись по комнате, что хозяин квартиры пару раз забегал ко мне с вопросом, «а когда». Схватил несколько клубник с тарелки и удалился с видом ни в чем не повинного ребенка.
За пятнадцать минут до полуночи я, наконец, заканчиваю и переношу вкусности на стол. Так увлечена едой и предвкушением курантов, что окончательно забываю про телефон, мачеху и отца. Не совру, если скажу, что на тот момент, у меня даже настроение поднялось. Еще и эта елка, которая переливалась разноцветными огоньками, ну как не улыбнуться.
Усаживаемся окончательно без десяти двенадцать. Я накладываю Матвееву еду, а он ищет стаканы под шампанское на кухне. Идея выпить мне изначально не понравилась, но потом как-то договорились, что за праздник по традиции, иначе совсем не по Новогоднему будет.
- Нашел, - появляется Даниил в гостиной с двумя фужерами.
- Я тебе салат положила и мясо, - скромно сообщаю ему, стараясь не смотреть в глаза. Робею и смущаюсь отчего-то. Совсем не верится, что сижу тут вместе с парнем, в которого влюблены столько девушек нашей гимназии. Наверняка, сейчас уже подготовили листики и ручки для желаний, ведь о чем, как не о любви писать девчонкам.
- О, спасибо, - Матвеев усаживается за стол и сразу тянется к еде. Закидывает кусок мяса и ложку с салатом. А я замираю. Хочется узнать, понравилось ли, вкусно ли получилось.
- Ну… как… - почти шепотом интересуюсь. По телевизору уже показывают российских звезд в передаче «Голубой Огонек», все друг друга поздравляют, радуются, шутят.
- А можно еще? – Протягивает мне тарелку, и я замечаю как неожиданно добрая, и приятная улыбка вырастает на его лице. До этого я видела только лед в его глазах, до этого он казался мне таким закрытым и отстранённым. Но сейчас передо мной будто другой человек сидел.
- Конечно, - тихо отзываюсь. Беру тарелку и накладываю еще порцию. В этот самое мгновенье ловлю себя на мысли, что мне так тепло сейчас, так уютно, как давно не было. И смотреть, как парень напротив кушает мою стряпню, как тает его взгляд, как он нарежет елку, как тихо подпевает песню с экрана телевизора, мне нравится, чертовски нравится. Страшное чувство, но такое сладкое.
