ухода Уфимцева и толпы вояк мы трое, Надя и Ульяна умотали в самое дальнее помещение пещерного лабиринта. А там я забрал у Светы еще один пакет с ядрами и протянул экс-горничной:
— В нем — Искры с самыми главными родовыми умениями Беркутовых-Туманных, то есть, туман, разряд и оглушение. «Болтушку» употребишь после этого разговора, а раскачивать первое и третье умения начнешь только после того, как на хорошем уровне освоишь водомерку. Причем под руководством Неясыти. На этом все. Беги тренироваться.
— Спасибо, мой господин! — благодарно выдохнула она,
прижала кулак к груди и умчалась к ветеранам. А я подарил ее хозяйке окоченение, пообещал при первой же возможности рассказать, во что можно превратить этот навык. Потом отпустил Олю со Светой отдыхать и переключился на более важный вопрос. В смысле, вытряс из Недотроги предельно подробный доклад обо всем, что происходило в пещере в наше отсутствие. А после того, как уложил в голове приличный объем информации, задал пару уточняющих вопросов о деятельности Уфимцева и удовлетворенно кивнул:
— Что ж, нашими стараниями в роду появилась СБ, состоящая из одних Бояр. Для начала неплохо. Теперь надо притереть толпу одиночек друг к другу и превратить в единый кулак. Но я бы не хотел светить их возможности перед кем бы то ни было, поэтому на базе, на которой они восстанавливали форму, должны проводиться тренировки лишь по общевойсковым дисциплинам. А все, что может вызвать лишний интерес к нашему роду, включая медитации с медальонами, должно отрабатываться тут, в Пятне. Причем в межсезонье и, по возможности, в непогоду. Ибо теневиков вы, к сожалению, не чуете. Далее, после возвращения в Большой Мир возьми, пожалуйста, на особый контроль строительство тренировочного комплекса нашего родового поместья. Чтобы в него не напихали подслушивающей и подглядывающей аппаратуры. И будь готова к всякого рода провокациям в адрес своих подчиненных — почти уверен, что в какой-то момент к ним начнут искать всевозможные подходы…
Монолог, подготовленный Дайной, озвучивал порядка десяти минут. А после того, как закончил, криво усмехнулся:
— В общем, привыкай считать, что мы воюем против всей Империи. И почаще прислушивайся к своей паранойе.
— Уже… — без тени улыбки заявила она, поделилась кое-какими идеями, получила карт-бланш на их реализацию, хищно усмехнулась и завалила меня вопросами о нюансах рейдов в межсезонье.
— Об этом мы подробнейшим образом поговорим дома… — пообещал я, еще раз поблагодарил ее за добросовестность и послал раскачивать водомерку. Ну, а сам прогулялся до «мастерской» Уфимцева, обнаружил, что он собирает инструменты, и вопросительно выгнул бровь:
— Готовлюсь к выходу в обратный путь… — сообщил артефактор, отложил в сторону какую-то хитрую приблуду и подробнейшим образом доложил обо всем, что создал за время нашего отсутствия. А после того, как завершил эту мини-лекцию, виновато развел руками: — По-хорошему, я должен объяснить вам принцип работы каждого комплекса и научить грамотно использовать хотя бы треть их возможностей, но на это дело уйдет несколько дней, а мне еще осваивать водомерку. Поэтому предлагаю назначить ответственным за все вышеперечисленное Светлану — она выросла в моей мастерской, неплохо знает артефакторику и помогала на первых этапах создания защиты этой пещеры.
Я, естественно, возражать и не подумал. Вот Валерий Константинович и расслабился. Правда, всего на несколько секунд. А потом снова посерьезнел и поднял, пожалуй, самый серьезный вопрос из тех, которые в принципе мог поднять:
— Игнат Данилович, в августе вы помогли мне удержаться на ногах очень приличным объемом дорогих заказов и Искрами, стоившими целое состояние, а потом пригласили на заимку Вронских и позволили прорваться в следующий ранг. В конце сентября прикрыли от происков Спиридонова, подкинули еще один чрезвычайно дорогой заказ и поделились приличным объемом знаний по артефакторике. А в этом месяце привели сюда и показали такое количество умений из категории «тайна рода», что нет слов. Впрочем, больше всего меня удивило не все вышеперечисленное, а ваше отношение к родичам и рядовым сотрудникам создающейся службы безопасности: вы видите в них личностей и вкладываетесь в развитие каждой добросовестнее некуда. И теперь меня уже не смешит уход под вашу руку Ксении Станиславовны и Надежды Олеговны: да, вы еще очень молоды, но поставили себе достойную цель, двигаетесь к ней с неудержимостью горнопроходческого комбайна, всего за один год заставили заговорить о себе и своей команде всю Империю, заручились поддержкой Воронецких и, вне всякого сомнения, очень скоро заставите считаться с собой и своими родичами самых влиятельных аристократов страны…
Тут он с делал небольшую паузу, собрался с мыслями
и продолжил в новом ключе:
— В то же самое время я, взрослая и, вроде как, состоявшаяся личность, чувствую себя мухой, попавшей в паутину: аристократы, желающие наложить лапу на чужие знания, навыки и таланты, заваливают меня предложениями, больше похожими на ультиматумы, пытаются загнать в долги и обкладывают ловушками, в том числе и медовыми. А необходимость воевать со всем светом и одновременно работать, не покладая рук, превращает мои шансы добиться независимости и… в ближайшие годы прорваться в Богатыри в призрачные. Так что я хочу объединить усилия, попросившись под вашу руку: амбиций и жажды власти во мне давным-давно нет; дочь, в которой я души не чаю, живет одними вами; женщина, которую я мечтаю повести под венец, ни за что на свете не перейдет из вашего рода в мой, а вас я по-настоящему уважаю и знаю, что власть, как таковая, не нужна и вам…
…Ближе к концу изрядно затянувшейся беседы я попросил артефактора подождать, сходил в пещеру, оккупированную девчатами, достал из термоса по ядру с оглушением и туманом, вернулся обратно, положил пакет на верстак и пообещал, что третье из трех главных умений рода подарю после того, как доберусь до Бухты Уединения. Потом предложил Валерию Константиновичу оценить эффективность оглушения на себе, шарахнул предельно ослабленным навыком прямо через марево и… утвердительно кивнул:
— Да, это умение игнорирует защиту. Поэтому его желательно раскачать до насыщения, встроить в наработанные боевые связки и… беречь, как зеницу ока. То есть, убивать противников, шокированных им. Причем с гарантией, дабы их не смогли реанимировать.
— Принято… — по-военному четко ответил Уфимцев и снова превратился в слух.
К этому моменту желание отключиться основательно затуманило мозги, поэтому я приложил себя бодрячком, вспомнил, что хотел обсудить еще один важный вопрос, и начал издалека:
— Откровенно говоря,
