Читаем без скачивания Возвращение в темноте - Эрик Ластбадер

— Эй, постой! — вдруг сказал первый полицейский. — Кажется, я где-то уже видел этого парня. Рей, это не его фотографию мы получили по срочной связи пару часов назад?

— Ты думаешь, это он? — Рей стал расстегивать кобуру. Но не успел он вытащить свой револьвер, как Кроукер уже скрылся в толпе.

— Эй, ты! Стой! Остановись! — неслось ему вслед.

Тем временем он благополучно добрался до своей машины, завел мотор и уехал с места происшествия.

Гоня машину прочь от взорванного ресторана, он достал свой сотовый телефон и набрал нужный номер. Услышав знакомый голос, он невольно обрадовался. Однажды Каменное Дерево сказал ему: «Когда дело касается людей, нужно забыть о гневе, неприязни и страхе. Эти чувства всегда путают разум, мешают правильно оценить ситуацию и предпринять адекватные действия».

— Привет, Бенни! Я по тебе чертовски соскучился!

— Льюис?

— Послушай, нам надо поговорить насчет того, что произошло между нами там, в больнице, — сказал Кроукер, обгоняя «форд».

— А что случилось, почему тебе вдруг приспичило поговорить об этом?

— Многое случилось, — сказал Кроукер. — Во-первых, меня ищут полиция и ФБР.

— Что ты сказал? — В голосе Бенни прозвучало искреннее удивление. А может, Кроукеру это лишь показалось?

— Во-вторых, я теперь знаю, зачем тебе понадобился мой катер. Бенни, тебе удалось заполучить их?

— Что заполучить? — насторожился Бенни.

— Кости, Бенни.

— Кости? Что за чертовщина?

— Не надо водить меня за нос. Кости твоего деда! Ведь вся эта кровавая война между тобой и братьями Бонита разгорелась именно из-за них, так? Они убили Хумаиту, они же украли его кости после кремации. А ты все это время стремился отобрать эти кости у Хейтора и Антонио. Так?

— Да ты спятил! С чего это я должен портить себе жизнь из-за какой-то кучки обгорелых костей?

— Да с того, что вся сила хета-и, которой владел твой дед, теперь заключена именно в его костях.

Молчание было ответом на его слова.

Наконец, Бенни сказал:

— Кто это тебе рассказал?

— Те, кто, по твоему мнению, не должен был рассказывать мне об этом.

Некоторое время в трубке было слышно лишь дыхание Бенни. Потом он сказал:

— Ты прав, амиго, нам действительно надо поговорить и как можно скорее. Где ты сейчас?

Кроукер назвал ему улицу, по которой проезжал в тот момент.

— Отлично! — сказал Бенни. — Я сейчас в национальном парке Эверглейдс. Совсем недалеко, на острове Фламинго. Скорее тащи свою задницу сюда, да смотри не приведи за собой хвост!

— Не волнуйся, — улыбнулся Кроукер. — Я не делаю таких ошибок, особенно теперь, когда мне в спину дышит ФБР.

— Ну смотри! — сурово сказал Бенни. — От этого зависит теперь и моя, и твоя жизнь.

2

Залив полный бак, Кроукер отправился в национальный парк. По обеим сторонам шоссе светились неоновые вывески маленьких семейных ресторанчиков, зазывая туристов, направляющихся в национальный парк. Однако уже через полмили признаки цивилизации стали пропадать. Домов и огней становилось все меньше, зато появились барачные поселки эмигрантов, занятых сезонными полевыми работами. Еще три мили, и он был в национальном парке.

Остров Фламинго находился в самой южной части парка. Это был настоящий рай для натуралистов и рыбаков. На двести квадратных миль вокруг простирались мангровые заросли, прорезанные многочисленными каналами и протоками, по которым можно было выбраться в океан.

Всю дорогу Кроукер тревожно поглядывал в зеркало заднего вида. На шоссе было довольно много машин, но ни одной полицейской. И все же Кроукер пару раз совершал неожиданные маневры — просто так, на всякий случай, параноиком он не был.

Машин становилось все меньше, и вскоре Кроукер мчался по шоссе в полном одиночестве. Фары освещали ровную влажную поверхность шоссе. Через некоторое время Кроукер заметил позади себя яркий свет фар и решил съехать на обочину. Он заглушил двигатель и выключил фары. Из-за поворота показался темный грузовик, весь заляпанный грязью. Замедлив ход, он остановился рядом с машиной Кроукера.

Он напрягся, ожидая дальнейшего развития событий. Открылась водительская дверца. Из грузовика выпрыгнул мужчина в джинсах, пыльных сапогах и потрепанной ковбойской шляпе. На бедре у него болтался пистолет. Подойдя к машине Кроукера, он заглянул в открытое окошко.

— Привет!

— Добрый вечер.

Наступила неловкая пауза. Мужчина молча жевал табак, внимательно разглядывая салон, словно надеялся найти контрабанду.

— С машиной все в порядке? Может, нужна помощь?

— Все в полном порядке, — улыбнулся Кроукер. — Просто я целый день провел за рулем, устал и решил немного отдохнуть.

Мужчина мрачно кивнул.

— Мудрое решение. Плохо, если заснешь за рулем, особенно здесь. Запросто перевернешься, и никто не придет тебе на помощь. Далеко еще ехать-то?

— До туристического центра. Нужно забрать подружку. — Кроукер изо всех сил старался выглядеть рубахой-парнем, глуповатым и безобидным. — Мы с ней повздорили пару дней назад.

Наступила еще одна неловкая пауза. Мужчина, ничуть не стесняясь, разглядывал Кроукера и жевал свой табак. По его каменному лицу нельзя было догадаться, о чем он думал в тот момент.

— А я бы не стал возвращаться, — проговорил он, наконец, лениво сплевывая коричневую массу себе под ноги.

— Да я и сам уже передумал, — улыбнулся Кроукер.

Мужчина снова мрачно кивнул и побрел назад к своему грузовику. Кроукер не спускал с него глаз, пока тот заводил двигатель и трогал грузовик с места. Проехав с полмили, грузовик свернул на боковую дорогу и вскоре вовсе исчез из виду.

Дальнейшее путешествие до острова Фламинго прошло без особых приключений. Когда Кроукер въехал на территорию туристического центра национального парка Эверглейдс, принялся моросить мелкий дождик. Он медленно проехал мимо ряда небольших жилых домиков, выстроенных еще в пятидесятых годах, мимо небольшого ресторанчика, давно закрытого на ночь, потом пересек пустую автостоянку и осторожно спустился по бетонной дорожке к пристани. На будке лодочника горел одинокий фонарь. Еще один, такой же, горел у дальнего конца пристани, где были привязаны лодки и катера, которые днем выдавались напрокат всем желающим. Они были с небольшой осадкой, так как вода в каналах и протоках была мелкой — от одного до пяти футов. Пейзаж был почти пасторальный. Неудивительно, что Каменное Дерево предпочитал жить именно здесь, в этой заповедной глуши.

Как только он вышел из машины, от стены будки лодочника отделилась темная фигура. Фонарь осветил лицо Бенни. Он был одет во все черное, что делало его похожим на того агента АКСК, который пытался расправиться с Кроукером на недостроенном мосту. В левой руке он держал бинокль ночного видения.

— Ну, скажу я тебе, не ожидал такого поворота! — проговорил он.

— Заткнись, — с ласковой грубостью ответил Кроукер.

— Все, молчу. — Бенни достал сигару, хотя вряд ли ему удалось бы закурить при таком ветре и все усиливавшемся дожде. — Знаешь, я на тебя не в обиде... Ты был в таком странном состоянии...

— Это что же? Приветственная речь? — улыбнулся Кроукер.

Бенни рассмеялся, держа в зубах незажженную сигару.

— Ты слишком вспыльчив. Ты уверен, что в тебе нет латиноамериканской крови? Темперамент у тебя явно не англосаксонский!

— Хватит болтать. Дело очень серьезное, мне и так уже здорово досталось.

Дождевые капли падали Кроукеру за воротник и стекали по спине, словно капельки пота.

— Ты же знал Майера, подлец ты этакий! Ты знал, что он вынудил меня согласиться на убийство Барбасены, и палец о палец не ударил, чтобы помочь мне. Потому что ты тоже хотел смерти Барбасены!

— Это зачем же?

— Твоим наставником в Асунсьоне был Хавьер Маркеза. Барбасена женился на его дочери, а потом убил ее.

— Да, знание — сила! Верно, амиго? — Казалось, Бенни вовсе не удивился словам Кроукера. — Все верно, я жаждал его смерти, но никак не мог найти способ осуществить эту мечту. Слишком быстро он стал недосягаемым.

— Сегодня ночью твоя мечта осуществилась. Барбасена мертв. Когда он наслаждался рисом и овощами в вегетарианском ресторане, там взорвалась подложенная Хейтором бомба.

— Наконец-то! — На лице Бенни появилось блаженное выражение, какое бывает, когда стихает долго мучившая боль. — Слава Богу, ты остался жив и невредим!

— Помилуй, Бенни. — Кроукер поднял воротник. — Ведь ты подставил меня! Ты работаешь на федеральное правительство?

Лицо Бенни вновь посерьезнело.

— Я никогда бы не поступил так с тобой, ведь мы друзья!

— Должно быть, у тебя весьма оригинальное представление о дружбе!

— Вполне возможно. Честно говоря, у меня никогда еще не было настоящего друга, такого, как ты.

Они молча уставились друг на друга. За спиной Кроукера тихо урчал мотор его машины.