разногласий внутри патриотизма как некоей рациональной концепции, феномен патриотизма раздирается изнутри эмоциональными противоречиями. Патриотизм как настроение тесно связан с психическим состоянием индивида. В его основе лежат такие позитивные эмоции, как альтруизм, эмпатия, необходимые для сплочения группы, выработки чувства солидарности. При этом, будучи групповым, социальным настроением, патриотизм включает в себя и так называемые «негативные» эмоции, связанные с противопоставлением «своих» и «чужих». В определенных случаях патриотизм способен вырабатывать по отношению к «другим» гнев и ненависть. В условиях войн, когда «чужими» оказываются военные враги, это чувство способствует мобилизации общества, нации, но в периоды внутриполитических кризисов происходит патриотический раскол общества, начинается «война патриотизмов», когда одни «патриоты» записывают во внутренних врагов, «чужих», других «патриотов» – своих же соотечественников. Как правило, «война патриотизмов» – это конфликт неравных. Учитывая эмоциональную подоплеку патриотизма, то, что одна из его главных функций заключается в поддержании эмоциональной стабильности индивида, последний интуитивно стремится идентифицировать себя с той группой, которая, согласно принципу конформизма, предлагает ему бо́льшую защиту. В результате чего более сильная группа, как правило представленная правящими кругами, присваивает патриотизм и начинает стигматизацию «иных» патриотов. Это может выражаться в виде эмоциональных репрессий либо судебного преследования по административным или уголовным статьям и в любом случае являться формой политических репрессий. Репрессии лишь повышают градус психологической напряженности в обществе и усиливают гражданское сопротивление, чреватое революцией. Как правило, после нее происходит патриотическая инверсия: вчерашние национал-патриоты становятся новыми национал-предателями, и наоборот.
Одно из самых распространенных патриотических чувств – чувство национальной гордости. Его парадокс заключается в том, что человек, испытывающий это чувство, гордится не своими заслугами или заслугами своих ближайших родственников, а заслугами своих соотечественников – знаменитостей прошлого или настоящего. И если возбуждающие эти чувства соотечественники (ученые, деятели искусства, спортсмены, общественные деятели и др.) сами имеют основания для гордости, то «патриот», приобщающийся к позитивным эмоциям других, в этом случае паразитирует за их счет. Патриотическая гордость как позитивное чувство выступает в том числе эмоциональной компенсацией для человека, испытывающего определенную неудовлетворенность или даже комплекс неполноценности. Это особенно важно для людей, живущих в малом материальном и духовно-культурном достатке, которым больше нечем гордиться, как достижениями более успешных и знаменитых соотечественников. Патриотизм в этом случае объясняется тем психотерапевтическим эффектом, который он дает, и на коллективном уровне сближается с феноменом постправды – ситуации массового самообмана, в которое общество добровольно (порой неосознанно) впадает ради сохранения психологического комфорта, предпочитая фактам пропагандистские мифы.
С чувством национальной гордости связана и другая проблема – проблема национальной обиды, коллективной травмы. Ставка на эмоции всегда сопряжена с опасностью ущемления чувств, в ряде случаев «чувствительный патриот» готов оскорбляться, когда иные не разделяют его эмоций. Накануне Великой войны публицисты разных стран писали об оскорблении их чувства национальной гордости, что нагнетало напряженность международной обстановки, добавляя политическим противоречиям националистический подтекст. В этом случае апеллирование к истории, давнишним международным спорам, то есть использование истории в качестве пропагандистского ресурса, не способствует преодолению противоречий, а наоборот, усугубляет их. Так как национальный патриотизм часто связан с национальной травмой, очень важно принять последнюю, признать поражения и ошибки, допущенные в прошлом, чтобы освободить дорогу к будущему.
Учитывая необходимую для патриота эмоциональную связь с отечеством, тест на патриотизм – это эмоциональный тест, который должен подтвердить способность патриота переживать всю гамму чувств: от стыда за свое отечество до гордости. В случае эмоционального крена в сторону одних только «положительных» эмоций можно говорить о недоразвитости патриотического чувства.
Помимо идейного и чувственного состояния патриотизма существует еще состояние действия, ведь далеко не каждый, кто заявляет о своем патриотизме, является патриотом, равно как патриотом может быть человек, предпочитающий не употреблять этот термин как дискредитированный. Патриотизм как деятельность ставит новые трудные вопросы. Какая именно деятельность считается патриотичной, а какая нет? Патриотическая идея, как правило, предполагает жертву, способность патриота подчинить интересы личные интересам отечества как общества/государства/класса/нации. Но о каких именно жертвах может идти речь в мирное время, когда человек просто работает на благо себя, своей семьи и, автоматически, на благо общества и государства? Возможно, любой честный труд уже есть достаточное условие для констатации патриотического действия. Вероятно, патриотическим является такое поведение, которое предполагает гражданскую ответственность индивида, помогает ему избавиться от искушений, которые могут нанести материальный или моральный (не говоря уже о физическом) ущерб другим людям. А раз так, не является ли понятие патриотизм устаревшим, не следует ли его заменить на понятие гражданской сознательности и ответственности? Последнее предполагает критическое отношение к действительности, включая и действия тех людей, которые влияют на политическую ситуацию. Гражданский активизм, от системной оппозиционности демократического режима до нелегальной революционной деятельности в условиях самодержавного, авторитарного государства, в ряде случаев демонстрирует наличие осознанной гражданской позиции и чувства ответственности. С этой точки зрения и декабристы, и народники, и революционеры начала XX века показывают пример патриотической деятельности.
По всей видимости, достичь общественного консенсуса в этих и других связанных с феноменом патриотизма вопросах в ближайшее время, пока среди сограждан слишком высок градус патриотических страстей, не удастся. Однако проговаривание внутренних проблем патриотической идеологии, общественная рефлексия на тему сосуществования порой взаимоисключающих патриотизмов в конечном счете помогут снизить общую эмоциональность и перейти от чувственного к рационально-аналитическому разрешению противоречий.
Крайне важно вернуть патриотической дискуссии гуманистическое измерение, признать живого человека и создаваемый им «маленький мир» важнейшей патриотической ценностью. В противном случае патриотизм лишится связи с тем «дымом отеческого очага», из которого изначально вырос, растворившись в высотах абстрактных и демагогических споров и образовав осадок в виде национал-шовинизма. Неверно понимаемый патриотизм на государственном уровне ведет к ложным ценностным установкам и национальным стратегиям, следствием которых становится война. Об этом предупреждали отечественные и западные мыслители XIX–XX веков, это тем более необходимо понимать в XXI веке.
Краткая библиография
Аксенов В. Б. Слухи, образы, эмоции. Массовые настроения россиян в годы войны и революции (1914–1918). М., 2020.
Асташов А. Б. Русский фронт в 1914 – начале 1917 г.: Военный опыт и современность. М., 2014.
Асташов А. Б. Городская Россия в Великой войне: Всероссийский союз городов. 1914–1918 г. М., 2022.
Булдаков В. П. Красная смута. Природа и последствия революционного насилия. М., 1997.
Булдаков В. П. Хаос и этнос: Этнические конфликты в России. 1917–1918. М., 2010.
Булдаков В. П., Леонтьева Т. Г. Война, породившая революцию. М., 2015.
Гурный М. Великая война профессоров. Гуманитарные науки 1912–1923. СПб., 2021.
Колоницкий Б. И. Символы власти и борьба за власть: к изучению политической культуры российской революции 1917 года. СПб., 2001.
Колоницкий Б. И. «Трагическая эротика»: Образы императорской семьи в годы Первой мировой войны. М., 2010.
Колоницкий Б. И. «Товарищ Керенский»: Антимонархическая
