пойду соберу свои вещи на чердаке.
– Но почему? – взмолилась Кете. – Мы ведь могли так славно отметить Рождество!
– Не в этом году, мама, – сказал Карл. – Через полчаса я уйду.
– Но куда ты пойдешь? – спросила Магда.
– Найду куда. У нас своя сеть в Аугсбурге. Там есть люди, к которым можно обратиться. Не переживайте за меня. Забудьте обо всем, что я вам рассказывал. Берегите себя.
Глава тридцатая
Париж, Рождество 1944 года
Близилось Рождество, и «рены» изо всех сил старались создать в замке Д’Энмо атмосферу праздника. Джой вместе с другими машинистками и телеграфистками собрали на территории поместья дубовые ветви и убедили одного из механиков срубить ель и установить ее в холле. Елочных игрушек и лишних свечей у них не было, поэтому они вырезали белые звезды из бумаги и повесили их на ель.
– Пойдем посмотрим! – воскликнула Джой, заглянув в кабинет Имоджен.
– Не могу, – шепотом ответила та, зажимая ладонью трубку телефона. – Я жду, сейчас мне нужно будет поговорить с кем-то из Брюсселя. Адмирал собирается туда после Рождества.
– Тогда приходи, когда сможешь, – проговорила Джой. – Елка – просто загляденье!
– Она и правда очень милая, моя дорогая, – сказала Имоджен полчаса спустя. – Вы молодцы, но здесь так холодно. Может, больше не будем ждать и растопим камин?
– По-моему, мы израсходовали все дрова, – ответила Джой. – Одна девушка пригрозила, что, если у нас не будет дров, мы пустим в ход мебель.
– Ну, мы могли бы сжечь рождественскую елку, – предложила Имоджен.
– Нет, пока еще рано… нужно дождаться полуночи.
– Ой, Джой, – сказала Имоджен, – ты такая сентиментальная.
* * *
Снег лежал глубокими сугробами. Однажды утром, когда девушки ехали на работу в замок Д’Энмо, их автобус занесло на крутом повороте, и они едва не угодили в реку. Им пришлось выйти и выталкивать автобус обратно на дорогу. Когда же они наконец добрались до места, Имоджен обнаружила у себя на столе телеграмму:
ВНИМАНИЮ РЯДОВОЙ МИТЧЕЛЛ ЗПТ ЖЕНИХ ТРЕБУЕТ СРОЧНОЙ ВСТРЕЧИ У ЭЙФЕЛЕВОЙ БАШНИ 24 ДЕК В 1600 БЕН ТЧК
Телеграмма, которая должна была стать приятным сюрпризом, и в самом деле сильно взволновала Имоджен. Они с Бенджамином не виделись с того дня, как она уехала в Портсмут. С тех пор много чего произошло, а он писал ей, словно ничего не изменилось. Возможно, для него все так и было. Но с каждым днем чувства Имоджен по отношению к Бенджамину становились все более неоднозначными. Она перечитала телеграмму и попыталась осмыслить все.
В самом начале их отношений рядом с ним она чувствовала себя защищенной, но после переезда в Портсмут, а затем во Францию Имоджен научилась полагаться на собственные силы, и ей больше не нужна была мужская защита. Бенджамин был красивым и обаятельным, но было ли этого достаточно, чтобы поддерживать отношения? Кроме того, существовала одна серьезная проблема: его работа. Что бы там ни было, но она создавала вокруг него непроницаемую стену, и это заставляло Имоджен усомниться в том, знала ли она своего жениха в действительности. Он по-прежнему во всех смыслах оставался для нее загадкой. И эта жизнерадостная телеграмма, требующая «ее присутствия», вместо того чтобы обрадовать, вызвала у нее возмущение: по его мнению, она должна была бросить все и поспешить в Париж на встречу с ним.
* * *
Имоджен ждала в холле автобус до Парижа, когда по лестнице с радостным видом сбежала Джой.
– Джинни, ты уезжаешь, даже не попрощавшись?
– Ой, прости. Я просто не хотела опоздать на автобус.
– Дай взглянуть на тебя, – сказала Джой, отходя немного в сторону и с восхищением рассматривая подругу. – Ты сегодня надела брюки? На встречу с женихом?
– Ох, не так уж и важно, что на мне надето. – Имоджен посмотрела на свои морские расклешенные брюки и меховые ботинки. – Сегодня холодно, и я не хочу замерзнуть и умереть.
– Думаю, ты права. А где твое кольцо? Ты его даже не надела!
– А что в этом такого? – раздраженно спросила Имоджен.
– Ну, думаю, что тебе все же стоит его надеть.
Имоджен с неохотой сняла кольцо с цепочки и надела на палец. Ей показалось, что оно стало еще свободнее, чем прежде.
– Наверное, я похудела, – сказала она, снова снимая кольцо. – Оно упадет, если я оставлю его на пальце, – с этими словами Имоджен снова повесила его на цепочку.
– Надеюсь, чувства Бена не слишком пострадают от этого.
– Если такое случится – значит, ему просто не о чем больше переживать.
Когда Имоджен добралась до Эйфелевой башни, она увидела, что над ней развевается французский триколор. Флаг был возвращен на свое законное место после отступления оккупировавших город немецких войск. Как молодой архитектор и дочь инженера Имоджен с восхищением смотрела на башню. Ходили слухи, что Гитлер хотел уничтожить Париж, когда союзники начали наступление, и оставить от него только развалины. Но немецкий генерал Дитрих фон Хольтиц, сдавший город «Свободной Франции», отказался выполнить этот приказ. Теперь Имоджен стояла в снегу, в тени башни, и чувствовала благодарность генералу за этот акт неповиновения. Она думала, что иногда любовь к какому-то месту бывает сильнее любви к своей стране. Постучав ногами о землю, чтобы согреться, и подув на свои замерзшие руки, она посмотрела на часы. Было уже начало пятого, а Бенджамин все еще не появлялся. Имоджен уже начала злиться на него из-за того, что он выбрал для встречи такое ветреное место, как вдруг увидела, что Бенджамин идет ей навстречу. Он показался ей даже выше ростом, чем она запомнила. Воротник его пальто был поднят, как и в первый вечер их знакомства.
– Имоджен, дорогая, – сказал он, обнимая и целуя ее. – Поверить не могу! Мы так давно не виделись! Дай посмотреть на тебя.
Бенджамин взял ее за плечи и стал изучать. Внезапно Имоджен испытала чувство неловкости: ей показалось, что все это выглядит ужасно глупым.
– Бен, – начала она, – я рада тебя видеть, но, может, пойдем куда-нибудь в тепло? Я вся промерзла.
– Конечно, – ответил он. – Я хотел узнать, можно ли нам подняться наверх… – Бенджамин посмотрел на вершину Эйфелевой башни.
– Что? В такую погоду? – спросила Имоджен.
– Что ж… если ты замерзла, мы не будем этого делать.
– Даже здесь, внизу, холодно, и я представляю, какой арктический мороз наверху. Я знаю здесь одно кафе, – сказала она. – Оно находится в Шестом округе и называется «Дё маго». Не слышал про такое?
– Да, – ответил он, – я его хорошо знаю.
Они пошли вдоль Сены. Над рекой дул ледяной ветер, создававший на
