закреплено положение дел и так фактически существующее в НДД на протяжении 10 лет.
Джеймс обрушился на Бишопа за то, что он якобы плохо реагирует на критику и по-прежнему ведет партию по «правому пути». Тем самым лидер партии относится свысока к мнению членов ЦК и презирает демократический централизм. Эту точку зрения поддержал и Стрейчен.
Собрание проголосовало за то, чтобы пригласить выступить Бишопа и Коарда. От Бишопа требовали подтвердить или опровергнуть, правда ли то, что недоволен докладом ЦК о прошедшем пленуме. Бишоп в своем выступлении явно не лез на рожон. Он заявил, что в принципе не имеет ничего против совместного с Коардом руководства партией, однако некоторые аспекты этой модели ему не ясны и требуют дополнительных размышлений. Например, почему некоторые члены ЦК, которые, как теперь выясняется, недовольны его, Бишопа, стилем руководства, не подняли этот вопрос на июльском пленуме ЦК? К тому же, если все так уж недовольны его стилем руководства, то зачем вообще оставлять его на посту лидера страны? Это ведь «гнилой компромисс». Как же он будет представлять НДД перед массами, если ему нет доверия со стороны ЦК того же НДД?
В итоге Бишоп сказал, что готов вообще уйти со всех постов и думает об этом серьезно.
Но люди Коарда не собирались давать Бишопу времени на размышление. Лейн придрался к словам премьера о нечестности некоторых членов ЦК (тех, кто в июле не высказывался по стилю руководства Бишопа). Что же Бишоп обвиняет ЦК в заговоре против собственной персоны? Но тем самым он еще раз выражает свое презрение по отношению ко всем, кто осмеливается его критиковать.
Бишопа поддержал Уайтмен: если Бишоп так плох, то что исправит модель совместного руководства? Его в свою очередь поддержал Фицрой Бейн[347]: налицо какая-то тайна групповщина в ЦК, которую надо сокрушить. Он же отметил, что на собрании почему-то нет Джорджа Луисона, известного критика идеи совместного руководства.
Похоже, что собрание членов партии было напугано таким резким конфликтом в руководстве, о котором многие и не подозревали. Выступающие стали просить Бишопа проявить сдержанность, признать «товарищескую критику» и помириться с Коардом.
Бишоп был тронут искренней заботой рядовых членов НДД о сохранении единства революционного руководства. Коард был вынужден также поддержать это настроение. Когда общее собрание попросило Бишопа и Коарда высказаться, то последний поблагодарил собрание за честное обсуждение наболевших вопросов в истинно марксистско-ленинском духе. Он, Коард, обещает отдать всего себя без остатка делу строительства коммунизма и не сомневается, что точно также поступит и Бишоп.
Растроганный Бишоп обнял Коарда и объявил: «Я признаю критику и буду выполнять решения (собрания) на практике»[348]. Совместное лидерство позволит, сказал далее Бишоп, повести партию и революцию вперед.
Собрание закончилось взволнованным пением «Интернационала». На глазах у многих стояли слезы, многие обнимались с соседями: ведь в последний момент удалось предотвратить раскол партии.
На следующий день Бишоп улетел с официальным визитом в Венгрию и Чехословакию, где он встретился с Джорджем Луисоном[349]. Последний был в ужасе от того, что Бишоп признал модель совместного руководства. Луисон считал, что это «совместное руководство» просто фраза, прикрывающая стремление Коарда к неограниченной власти. Бишопу следуй немедленно прекратить занимать примиренческую позицию и дать Коарду настоящее сражение, разоблачить его подлый, фракционный стиль внутрипартийной борьбы.
Между тем 3 октября 1983 года Бишоп прибыл в Прагу со своим последним, как оказалось, зарубежным официальным визитом[350]. Ему устроили подчеркнуто торжественную встречу. На аэродроме гренадского премьера приветствовал глава чехословацкого правительства Любомир Штроугал. Пионеры вручили цветы, Бишоп и Штроугал приняли парад почетного караула[351]. Центральный орган компартии Чехословакии газета «Руде право», напечатав краткую биографию гостя, отметила, что «с момента революции гренадский народ достиг значительных успехов в деле укрепления независимости страны и развития ее экономики».
4 октября прошли очень плодотворные переговоры, в которых с чехословацкой стороны помимо Штроугала, участвовал секретарь ЦК КПЧ Йндржих Поледник,[352] министр внешней торговли ЧССР Богумил Урбан, первый заместитель министра иностранных дел Йндржих Ржегоржек.
По итогам бесед было подписано новое торговое соглашение между ЧССР и Гренадой, значительно увеличившее товарооборот по сравнению с прежним аналогичным соглашением (подписанным 4 июня 1980 года в Праге). ЧССР обязалась поставлять на Гренаду больше товаров народного потребления, а также оборудование для производства электроэнергии. Гренадцы взамен обещали пряности и тропические фрукты.
Бишоп прямо признал, что Гренада пока еще является часть мирового капиталистического хозяйства и очень страдает от кризиса, в который оно попало.
Стороны подписали также соглашение о воздушном сообщении, очень важное для Бишопа. Дело в том, что международный аэропорт Гренады должен бы войти в строй в марте 1984 года и гренадцы были намерены максимально загрузить его международными рейсами, особенно в условиях грозящего американского бойкота. В Праге обещали наладить прямое воздушное сообщение с Сент-Джорджесом.
Наконец, КПЧ и НДД подписали соглашение о межпартийном сотрудничестве.
На торжественном обеде в честь гренадской делегации в великолепном Чернинском дворце Пражского града Штроугал, обращаясь к Бишопу, в частности сказал: «Хотя мы разделены большими географическим расстояниями, мы едины в своей мечте о том, чтобы „те, кто работают, те и правили“, как записано в программе Вашей партии… Мы поддерживаем историческую борьбу народов Кубы, Никарагуа и Гренады за лучшее будущее… Мы на вашей стороне, на стороне всех, кто подвергается запугиванию и угрозам, мы стоим плечом к плечу с вами против сил реакции и американского империализма»[353].
Бишопу очень понравилась Чехословакия, имевшая самый высокий жизненный уровень в социалистическом мире. В ответном слове он это и выразил: «Пример успешного строительства социализма, чему мы являемся свидетелями в вашей стране, для Гренады урок и указание на то, что возможно там, где трудящиеся владеют и контролируют национальное богатство».
Гренадский премьер прямо-таки пророчески отметил, что мир переживает один из самых опасных моментов в своем развитии, и четко назвал виновника такого положения: «В своем стремлении к мировому господству самые милитаристские и реакционные круги в Вашингтоне угрожают миру и стабильности… В Латинской Америке и Карибском бассейне, о котором Вашингтон говорит как о „заднем дворе“ и „четвертой границе“, империализм помогает каждому репрессивному и диктаторскому режиму… и одновременно дестабилизирует каждое прогрессивное и революционное правительства»[354].
Но тогда 4 октября в красивой «золотой» Праге Бишоп даже и не мог себе представить, что через две недели его уже не будет в живых, а еще через неделю американские солдаты захватят Гренаду.
5 октября Бишопа принял президент ЧССР и глава КПЧ Густав Гусак и стороны отметили, что
