Мое лицо вспыхивает самыми яркими цветами красного. Рэнделл смотрит на меня с улыбкой.
— Ну что ж, собирайтесь и наслаждайтесь уик-эндом у твоей сестры. Увидимся в понедельник.
Рэнделл выходит и прикрывает мягко за собой дверь, оставляя меня стоять всю красную от стыда и с открытым ртом от удивления.
Глава 23
Зак
Мойра молчит на протяжении всей поездки в Северную Каролину. Когда Рэнделл пошел разговаривать с ней, я ждал у дверей ее спальни.
Он улыбнулся и похлопал меня по плечу.
— Она особенная девушка, Зак. Заботься о ней, будь ласков.
Я просто кивнул ему, соглашаясь, но в душе почувствовал себя долбанным мудаком. Я предал ее доверие, открыв наш секрет, но я настолько устал смотреть и чувствовать ее страх, что уже не было сил терпеть. Я знал, Рэнделл не будет против наших отношений, он был бы только рад этому. Но у меня не получалось заставить ее увидеть это, поэтому я взял все в свои руки. Я прекрасно понимал, что она будет ужасно зла на меня. Все трудности стоили этого, я не мог больше скрываться, я люблю ее, она моя.
Слова Рэнделла отдавались в моей голове: «будь ласков с Мойрой». Затем я чувствую сокрушающую боль, будто мне со всего размаху впечатали под дых, потому что сама мысль, что я могу обидеть ее, выворачивает меня наизнанку. Я прекрасно понимаю, что делаю ей больно сейчас, и сделаю еще больнее, когда покину современный мир и вернусь в джунгли.
Мне нужно возвратиться в Карайку, нужно. Здесь нет для меня перспективы. Или все же есть? Но что мне тогда делать? Она будет содержать меня? Или может мне платить ей за ее доброту оргазмами? Мне нечего предложить этой потрясающей женщине, кроме охоты, навык, который полностью бесполезен в этом обществе.
Я мягко открыл дверь ее спальни и увидел, что она складывала одежду в чемодан. На короткий миг мне показалось, что Мойра не прислушалась к словам Рэнделла. Внезапно, она, словно почувствовав мое присутствие, развернулась и произнесла:
— Тебе нужно идти собирать чемодан, если ты все еще хочешь поехать со мной к Лизе.
Широкая улыбка расцвела на моем лице, облегчение накрыло меня, она все-таки не собиралась покидать свою работу.
Бросать меня.
Мойра посмотрела на меня вопросительным взглядом.
— Как долго ты будешь злиться на меня? — проговорил я.
— Я еще не решила, — ответила она, нахмурившись, но моя улыбка стала от этого только шире. Я решил дать ей немного времени подуться, словно капризной девчонке, но это не продлится долго, а лишь до того момента, пока мы вечером не отправимся в кровать. Я ее так оттрахаю, что она просто забудет о таких глупостях, как обиды. И красивая, веселая улыбка озарит ее восхитительное лицо.
Я пытался пару раз начать диалог на протяжении всей нашей поездки, спрашивая у нее про Лизу и ее семью. Она отвечала довольно кратко, но не была груба. Можно сказать, что Мойра давала мне минимальную информацию, но все же, волны негодования были направлены в мою сторону.
Эрекция была словно самый крепчайший гранит, пока мы ехали оставшийся путь до Каролины. Я четко обдумывал план, как забраться к ней в трусики, чтобы она вновь стала со мной доброй и милой.
Когда она заезжает на подъездную дорожку к дому своей сестры в Уилмингтоне, впереди мы видим прекрасный коттедж, который покрыт серой черепицей и отделан в белом цвете. Мойра глушит двигатель и уже хватается за ручку двери, когда я провожу пальцами по линии ее скулы, затем аккуратно кладу ладонь на щеку. Нежно разворачиваю лицо и жду, пока она посмотрит на меня, потом говорю:
— Прости.
Я притягиваю ее ближе, накрываю губами ее губы и шепчу ей искренне:
— Прости меня.
Чувствую от нее некое напряжение, поэтому понимаю, что пока я не прощен. Я целую ее еще раз.
— Прости.
Отодвигаясь от меня, она смотрит обиженным взглядом.
— Ты чуть не разрушил мою карьеру, Зак. Ты поставил ее существование под угрозу.
Злость заполняет меня, я чертовски устал быть ее испытуемым объектом. Я знаю, она так не думает, когда я глубоко вонзаюсь в нее.
— Ох, бл*дь, ради всего святого, Мойра! Меня совершенно не волновала твоя работа, но я знал одно, что Рэнделл не будет против нас. Я был прав.
— Это к делу не относится, — бормочет она, но я целую ее еще раз, чтобы заглушить поток слов.
Я отстраняюсь от неё и резко хватаю за лицо ладонью.
— Я больше не твой питомец, не твое исследование! Мне больше не нужна помощь в процессе адаптации к обществу и к современному миру! Давай посмотрим правде в лицо. Я отлично справляюсь. Следовал всем твоим идиотским правилам и нормам. Я ем при помощи столовых приборов, больше не бросаюсь на людей с криком. Я принимаю твои правила. Но, блять, я устал прятаться, скрываться ото всех. Это убивает меня медленно и верно. Знаешь ли ты, насколько тяжело не прикасаться к тебе, лишний раз не смотреть на тебя, когда того требует моё сердце? Я на хрен устал от чувства страха, который ты внушаешь мне, что кто-нибудь может узнать о нас. Прекрати стесняться меня! И знаешь, что я тебе скажу, я счастлив, что сказал все Рэнделлу, потому что будь у меня ещё один шанс, то я бы поступил точно также! Если хочешь, злись на меня сколько тебе угодно, но запомни девочка, это продлится лишь до того момента, пока ты не ляжешь в нашу кровать. Я вытрахаю из тебя всю твою глупую обиду!
Гнев выплескивается словно раскаленная лава, Мойра ошеломленно смотрит на меня огромными глазами. Ее грудь вздымается и опадает в унисон с моей.
— Ты больше не нуждаешься во мне? Я совершенно не нужна… — спрашивает она подавленным голосом.
Крепко обнимая ее, так, чтобы она уткнулась носом в ложбинку у основания шеи, я хрипло рычу ей на ушко:
— Да, на хрен, я как никогда в своей жизни нуждаюсь в тебе. Больше, чем готов это признать. Но не как в антропологе. Я желаю тебя видеть рядом как мою женщину.
— Но… но я не понимаю, у тебя и так есть это, — тихо бормочет она. — Я уже отдала тебе всю себя без остатка.
— Как ты не поймешь, что может мне этого больше недостаточно?! Может, я желаю большего для нас, — говорю ей эмоционально, а вдруг сейчас именно тот момент, когда пришло время расставить все по своим местам? А может, настало время прекратить думать и анализировать, а просто нужно последовать за своим сердцем? Открыть все чувства?
— Большего? — спрашивает она растерянно, когда отодвигается от меня, взгляд ее изумрудных глаз убивает меня, потому что я даже толком не знаю, как ей дать «уверенное будущее». В ее взгляде светится удивление и счастье. Я не готов отпустить рыжеволосую красавицу прямо сейчас, поэтому я сделаю все, чтобы не потерять мою Мойру. Да, не думайте, что я хороший парень, я эгоистичный мудак.
