Аранша, расстегнув на Айфере куртку, осматривала искалеченный бок. Сокол нагнулся, чтобы перевернуть мертвого великана и высвободить Саймингу. А над ним, безоружным, возник последний уцелевший силуранский воин. Тяжелая булава взметнулась в лунном свете…
Арлина не колебалась ни мгновения. Она обернулась с арбалетом в руках и, не целясь, выпустила стрелу. И стрела так точно нашла путь к вражескому горлу, словно девушка взглядом, волей, любящим сердцем направила ее полет.
Тут же опомнившись, Волчица обернулась к пещере… как раз вовремя, чтобы увидеть, как черная тень скользнула от кустов по открытому каменистому склону и исчезла в темном провале.
33
Понурые и несчастные, сидели на сосновых корнях победители, проигравшие битву. Сидели герои, позорно провалившие боевое задание.
Как ни странно, бодрее других выглядел Айфер - бледный, искалеченный, прислонившийся здоровым боком к большому валуну. Только что с помощью Аранши наемник дополз до тела гиганта, осмотрел своего недавнего противника и убежденно заявил, что это не человек. («Я так и знал! Где уж человеку меня свалить! Это какой-то поганый великан из какой-то поганой сказки! Ты, Аранша, когда про эту драку врать будешь, так и говори: с Айфером нелюдь зачарованный бился!») И сейчас, прислонясь к камню, он преспокойно отдыхал и не мучил себя лишними размышлениями. Он свое дело сделал неплохо, а что будет дальше - про то пусть другие думают, мозги вывихивают…
Сильнее всех переживала Арлина, хотя ни у кого не повернулся язык упрекнуть ее: в конце концов, два ее прекрасных выстрела спасли Айфера и Ралиджа… Девушка обеими руками притянула к себе ветви дикой смородины и зарылась лицом в мокрую листву, словно надеясь смыть с себя ужасы этой ночи…
Хранитель, серьезный и сосредоточенный, перебирал в уме все способы спасти положение.
- Эрвар, а эта пещера… Нельзя перехватить в ней колдуна?
- Какое там… - рассеянно отозвался Эрвар, разглядывая вмятину на своем шлеме. - Он уже вовсю несется к Дымной Проруби…
- Что-что? - встрепенулся Сокол. - К какой еще проруби?
- К Дымной… - так же рассеянно повторил Охотник.
- Так ты знаешь, - загремел Хранитель таким голосом, что и дарнигар бы позавидовал, - куда лежит путь этого мерзавца? Какого ж болотного демона ты молчал?!
- А меня никто не спрашивал.
- Теперь я спрашиваю! Что еще за прорубь?
- Есть в Подгорном Мире озерко, в любую погоду покрыто вроде как льдом, только это не лед и не стекло. Посреди озера - прорубь, над ней всегда густой дым. Не пар, а дым, как от костра. Большая в том озере колдовская сила!
- Как в источнике, из которого пили Двенадцать Великих? - жадно спросила Арлина, вынырнув из своего зеленого убежища.
- Нет, госпожа, - ухмыльнулся Эрвар. - Был бы в том ущелье такой источник - остались бы там не двенадцать магов, а двенадцать трупов. Озеро убивает любого, кто ступил на лед, - человека ли, зверя ли… А вот если в руках у человека волшебный предмет, хоть завалящий какой, - тут уж к проруби можно подойти безнаказанно, а вещица та волшебная вволю напьется чародейской силы…
- Ясно, - сказал Хранитель, поднимаясь на ноги. Уныние прошло, весь он был, как сталь Сайминги. - Вот туда ты, Охотник, нас и поведешь.
Все молча уставились на Сокола. Арлина выпустила из рук темные ветви, те гибко распрямились, словно спеша отстраниться от этих сумасшедших людей.
- Это… это невозможно! - возопил Эрвар. - Мой господин надеется на небольшую приятную прогулку? Да столько новичков погибло в первой своей вылазке в Подгорный Мир, что и не счесть!
- А сколько выжило? - парировал Орешек. - И ты, и напарник твой, Керумик, и все Охотники, что по кабакам золотом звенят и языками машут!
- Но я не могу… - уперся Эрвар.
- Что ж, - неожиданно легко уступил Хранитель. - Тогда я пойду один.
Эрвар расхохотался неестественным, деревянным смехом.
- Мой господин не сумеет даже отыскать обратной дороги к Вратам!
- Для меня главное - убить мага, а обратная дорога - это уже второе дело.
Подгорный Охотник оборвал смех, пристально взглянул в лицо Соколу и медленно произнес:
- Ладно. Провожу. И пусть в срок моей муки в Бездне мне не придется отвечать за гибель Сына Клана!
Ничуть не обескураженный этими зловещими словами, Хранитель обернулся к Аранше, хотел что-то сказать - но осекся, увидев в свете луны чужое, враждебное лицо.
Наемница стояла, опустив руку на эфес меча. Нижняя губа была закушена в кровь, запавшие глаза напоминали провалы глазниц черепа.
Что с девушкой? Действительно ли она так побледнела - или это луна придала жуткий, мертвенно-серый оттенок ее коже? Прямо покойница, хоть на костер клади! Не ранена ли она?.. Вряд ли, вон как напряжена - как тетива арбалета! Вот-вот сорвется и…
И тут с пронзительной ясностью Орешек понял, что происходит у него на глазах. Эта отважная девушка, эта лихая наемница была напугана - до черного ужаса, до взгляда в Бездну.
У меча есть предел прочности, у человека - предел смелости. Аранша встала бы, не дрогнув, против отряда силуранцев. Она доблестно держалась на стене крепости, отбивая приступ Людоедов. Но мысль о том, что придется спуститься в Подгорный Мир, до краев полный темных чар, ввергла девушку в со стояние, близкое к панике.
И еще Орешек понял, что у него на глазах может сломаться человеческая жизнь. Аранша сейчас заорет в голос и обратит оружие против товарищей по отряду - лишь бы не заставили идти в ужасную пещеру. А потом не простит себе этого, ведь самый глубокий, несмываемый позор для наемника - отказаться выполнить приказ командира. После этого она уже не сможет оставаться на службе, смотреть в глаза бывшим друзьям… пожалуй, не сможет и жить…
Хранитель заговорил сухо, резко и повелительно:
- Десятник Аранша, слушай приказ: остаешься здесь ждать нашего возвращения… Не сметь со мной спорить! Понимаю, ты рвешься на лихие подвиги в Подгорном Мире, но мало ли кто куда рвется! Должен же кто-то остаться с Айфером!
Если заявятся силуранцы, не госпожа будет с ними драться, верно? Так что не ворчи. Заодно за Вратами приглядишь, чтобы за нами еще кто-нибудь не увязался…
Глядя на него расширившимися глазами, наемница кивнула. Не сразу смогли непослушные губы вытолкнуть обычное. «Да, господин!»
Хранитель отвернулся к Эрвару и негромко заговорил с ним, давая Аранше возможность прийти в себя.
Жизнь понемногу возвращалась к девушке, лютый ужас отпускал скрученные, напряженные мускулы из своих ледяных когтей. Наемница медленно прошлась вдоль края пропасти, глядя в залегший внизу мрак и пытаясь убедить себя, что не так уж она и струсила… даже совсем не струсила, просто ей было немного не по себе, а потом она пошла бы в эту проклятую пещеру…
Со временем, наверно, она и сама в это поверит, но сейчас ей что-то не очень удавалось лгать себе. Но одно Аранша знала точно: она никогда не сумеет достойно отблагодарить Сокола за то, что он для нее сегодня сделал, но постарается вернуть ему хоть часть долга…
А Орешек, который и не подозревал, что на всю жизнь приобрел верную рабыню, зарядил арбалет, поправил перевязь с Саймингой, проверил нож за поясом и двинулся к пещере.
Эрвар задержался, чтобы дать последние наставления Аранше:
- Не жди нас до света. Сколько б мы в Подгорном Мире ни шастали - здесь до нашего возвращения пройдет не так уж много времени… только не спрашивай меня, почему так получается! Если через ползвона не появимся - значит, погибли. Тогда бери госпожу и Айфера и уходи в крепость… Если из пещеры полезет нежить - не строй из себя героиню, в кустах затаись…
- Кого учишь? - фыркнула Аранша, которая уже справилась с недавним потрясением. - Пугай госпожу, она у нас человек мирный. А я - боец опытный, в случае чего соображу, в какую сторону улепетывать!
Эрвар ободряюще улыбнулся и поспешил вслед за Хранителем.
