— Тоже тебя люблю, родной. Очень. — Сглотнула. Немного помолчала, боясь испортить момент, но, взяла себя в руки и все же озвучила то, что не давало сердцу покоя. — Но если обстоятельства сложатся против нас, и ты выберешь Лариэль, я покину Белолесье.
Он рывком отстранился.
— Покинешь?
— Придется. Просто не смогу видеть тебя с другой, а любовницей я не стану…
- Тихо, девочка, — мужчина прижал палец к моему рту, — не нужно. Я что-нибудь придумаю.
— Мы оба знаем, выхода нет, — с усилием отвела глаза от нахмурившегося короля, потупилась. — Брак с лунной принцессой примирит ваши народы. Долг превыше любви. Не говори, что ошибаюсь.
По тому, как раскалились мужские ладони, поняла, эльф злится. Недолго думая, он приподнял мое лицо, всматриваясь в глаза и собираясь что-то ответить, но из-за деревьев выскочил бледный как привидение Том. Зашарил по поляне глазами и, никого не увидев, жалобно позвал:
— Леди Олин?
Краткий миг уединения был безвозвратно утерян. Вэн разжал руки, выпуская меня и развеивая защиту. Думала, Том удивится, увидев нас вместе (тем более я оправляла изрядно измятую блузку), начнёт задавать вопросы, но адепт кинулся навстречу в сильном испуге.
— С Милли беда! Она все время шла рядом, а когда я отвлекся, пропала.
Красивое лицо Агарвэна заледенело.
— Где?
— Неподалеку от Озера нимф.
— Оставайтесь, — велел владыка, подавая сигнал страже.
Сделал широкий шаг, но я перехватила мужчину за руку.
— Она моя ученица. Хочешь или нет, я тоже пойду.
* * *
— Сюда.
Том вёл благоухающей тропинкой, уводящей к едва приметному вдалеке озеру с сапфировой гладью.
— Милли пропала на том берегу.
Давно перевалило за полночь, но лес по-прежнему загадочно сиял.
Источником освещения служили полянки серебряных колокольчиков, что вспыхивая металлическим пламенем, рассыпали искры, когда ветер прижимал их к земле. Стелящиеся вдоль тропы незнакомые колдовские травы. Сияющая сквозь шепчущие кроны синеватая луна.
Я шагала за Агарвэном, все сильнее передергиваясь от недоброго предчувствия.
Несмотря на обилие множества ароматов, вокруг витал мощный, очень устойчивый звериный запах. А Том… только сейчас сообразила, что в темных волосах адепта белела седая прядь. Такая же, как у невзрачного парнишки-слуги на недавнем балу.
— Милли там, — продолжал разыгрывать волнение, «Том» уводя в непроходимые дебри.
Шагов через двадцать нестерпимо запахло псиной. Во мраке один за другим стали вспыхивать алые огоньки. Шесть, восемь, двенадцать пар… Воздух задрожал, разрываемый ворчливым рыком. Нас окружила ощерившаяся в боевых ипостасях волчья стая.
Звери выступили дружной оравой. Мех лоснился в бликах ночного светила. Из распахнутых пастей торчали смоченные слюной огромные клыки. Когти нещадно вспарывали мягкий мох.
Когда я осознала ловушку, Вэн был уже готов. Оттеснил меня назад, прикрывая своей широкой спиной. Бесстрашно скрестил руки и уставился на «Тома» немигающим взглядом.
— Ну. Сама сдашься или придется применить силу?
Чужак криво усмехнулся.
— Попробуйте, Ваше Величество.
Издалека послышались голоса невредимой Милли и настоящего адепта Тома. Дернувшись, я окончательно убедилась, что перед нами морок. Вот только, кто его напустил (как и на балу) совершенно не догадывалась.
Зато прекрасно видела, что оказалась в окружении разъярённых звериных магов! Я о волках думать забыла, оставив за чертой эльфийского королевства.
Как умудрились найти?!
14.4
Йонни торжествовал.
Когда помощник Фарко принес весть, что разыскал девчонку в приграничных землях, вожак без промедления отправил стаю по обнаруженному следу.
То ли боги за что-то прогневились на анимагов, то ли принцесса родилась под счастливой звездой, но к моменту прибытия на место, Изабеллу уже охраняли элитные эльфийские маги.
Не будь она Одарённой, он бы, возможно, рискнул. Пробрался в деревню ночью и перегрыз девчонке горло. К бессильной ярости волка, леди Олин оказалась способна за себя постоять.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Казалось, Йонни обречен преследовать мерзавку до конца Эпохи. Но неожиданно Судьба одарила волка толикой благосклонности.
На связь вышел старый знакомый. Маг смерти. Каким образом колдун бежал из темницы Мистириана, в которую был заточён по приказу князя Виларда, вожака не волновало. Ведь при встрече — темный предложил новую интересную сделку.
— Деактивирую щиты Белолесья и проведу стаю в королевство эльфов, где мы вместе расправимся с дрянью Олин. Идёт?
Зверь яростно кивнул.
Маг раздобыл артефакт иллюзий, способный наводить первоклассные мороки, да заимел зачарованный ледяной магией древний кинжал. Не иначе обшарил все злачные места таинственного и неприступного княжества Ольстен.
Такими союзниками не разбрасываются.
— Не забывайте, в Шепчущем Лесу Дар засыпает, и магия перестаёт работать, — объяснял маг накануне этой вылазки. — Действовать будем проще и жестче. Пока твои волки возьмут на себя девчонку, я всажу этот кинжал в сердце эльфийского короля. Договорились?
— Да, — рявкнул Йонни.
Колдун не обманул.
Изабелла взаправду явилась. Испуганная, лишенная магии, беззащитная против волчьих когтей и клыков. И владыка эльфов здесь.
Время кровавого пиршества пришло.
Вожак втянул пряный лесной воздух, сдобренный крупицей девичьего страха. Прижал уши к голове, оскалился и, припадая на передние лапы, издал один короткий рык.
«Атаковать».
14.5
Всё произошло невероятно стремительно.
Вэн прикрыл меня собой, и обменялся с мороком репликой. Судя по интонации, король хорошо знал хозяина «иллюзии», а вернее хозяйку и даже предложил ей сдаться. Но магиня (кем бы ни была) отказалась.
Дальше всё слилось в бушующий водоворот.
Звери дружно кинулись в нашу с Агарвэном сторону. Морок истаял в тумане, зато позади него возник вполне живой маг в мантии с капюшоном. Высокий. Сжимавший в руке длинный, острый предмет, блеснувший в свете луны серебряным лезвием.
Пускай Шепчущий Лес временно обрубил все текущие во мне магические потоки, после инициации я научилась воспринимать мир иначе. От кинжала веяло смертельным холодом. Неспроста внутри давно скреблось дурное предчувствие.
Раз чужак вскинул оружие в тот самый момент, когда волки сорвались в атакующий прыжок, это значило только одно: собирается метнуть в кого-то из нас. Попади овеянное «льдом» лезвие точно в сердце и даже самому сильному магу — не выжить. Ледяная магия мгновенно распространится по венам и заморозит жертву изнутри.
Я легко сообразила, кому предназначается убийственный бросок.
Окликнула Вэна, но эльф не услышал.
От мужчины дыхнуло нестерпимым жаром. Воздух вокруг замерцал, мгновенно испаряясь, и владыка обратился пылающим сгустком пламени. Ему (в отличие от всех остальных) блокирующий эффект Леса был нипочём.
Я в ужасе отпрянула, узнавая самое опасное из всех заклятий высшего порядка — «адский огонь». Во вскинутых эльфийских руках оформились огненные плети, опутали мужскую фигуру, растеклись от ступней живым пламенем…
Смутно помню, как испуганно захрипели летящие на нас волки, стремясь уйти от плеснувшей навстречу стены Огня. Не вышло. Вэн спустил огненную ярость. Беснующаяся стихия затопила озерное побережье, в считанные секунды выжигая дотла всё вокруг.
От анимагов остались кучки дымного пепла.
Темный маг (стоявший неподалеку) прикрылся защитой. Даже сумел продержаться около десяти секунд. Но действие смертоносного заклятия эльфийского короля оказалось сильнее. Щит чужака накалился; блеснул трещинами и звонко рассыпался.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Неизвестный метнулся бежать, но, подхваченный пламенем, пронзительно вскрикнул. Завертелся в водовороте и опрокинулся на берег обожженной бесформенной куклой. Занятно. Магический огонь выжег исключительно врагов, а вот сам лес не пострадал, все так же поражая колдовской красотой.
