— Я прикрою ваши разумы, — негромко произнесла Диана. Она и Авенир не сводили друг с друга глаз. Кто знает, может это последний раз?
— За Варию! — чародей с усилием отвел взгляд и схватил Лайара за руку. В зале медленно заструилась сила, соединяясь с мощью других замков. И она вливалась в Завесу, заставляя ее крепнуть…
— За детей, — льярка глубоко вздохнула и мягко скользнула в мир богатых красок эмоций, ставя щиты против Лиссандры.
— За Землю, — успел шепнуть Влад, перед тем как стал единым целым с остальными коллегами.
Через истончившуюся Завесу пытались пробраться те, кто жили лишь в кошмарах и на нижних уровнях Варии.
У себя в замке Дэмиан подал знак, и сотни вампиров кинулись на тварей, привлеченных безумной силой Лиссандры.
Эльфы отстреливали всех, кто пытался пробиться сквозь Завесу.
Люди спешно собирали оружие и шли на монстров, ошалело глядя на небо. А там уже закручивались воронки бури и сверкали странно-зловещие вспышки. Пространство то и дело начинало искажаться, и тогда можно было видеть неясные обрывки городов и природы Земли.
— Какая прелесть, — Селар меланхолично наблюдал за светопреставлением. Он вместе с Владой находились в комнате Киры. Та безмятежно спала, скованная сонными чарами.
— Готов? — берегиня кинула взгляд в окно и тут же отвернулась. Это походило на картины безумных художников.
— Всегда готов, — мужчина подкинул медальон в воздух, поймал и осторожно положил на край кровати.
— Там сейчас настоящий шторм. Магия вызывает возмущение в атмосфере обоих миров, — предупредила Влада. Селар снисходительно покосился: можно подумать, он этого не знает.
— Ничего, мы как-нибудь проберемся. Главное, найти щелочку, куда не пролезет льярка, но просочиться наглый правитель Шааба.
— Тогда топай, правитель! Маги каждую секунду тратят кучу энергии, — у берегини сердце сжималось от страха за Землю и за Влада. Голова кружилась и болела с той минуты, как начался взлом Завесы.
Зеленоглазый блондин кивнул, но продолжал смотреть на бледную Киру, продолжавшую изображать Спящую Красавицу.
— Скажи ей, — голос не был похож на привычный насмешливый тон — Что я…нет, лучше сам потом скажу. Ладно. Давай сюда медальон.
На мете правителя Шааба оказался мелкий зверек с рыжей шерстью.
— Удаси, — Влада аккуратно надела зверьку на шею медальон. Перевертыш пискнул, ухватил саму подвеску пастью и ртутным шариком исчез за дверью…
Дэмиен не выдержал и сам ринулся в битву, что разгорелась в горах Истры. Лиссандра звала самых страшных тварей, которые вылезали отовсюду и тупо пытались прорвать трещавшую Завесу.
Лоэрн криками подбадривал свои войска, что теснили стаи слуа, мечущихся между небом и землей.
Люди сошлись в битве с теми, кто ожил, хотя должен был смирненько лежать и никого не трогать. Увы, проклятие Лисс творило страшные вещи.
Какая же прелесть: стоять вот так и хохотать, наслаждаясь битвой! Конечно, сила, выпитая у Кукольника, не так уж и велика. Но ее нити в Завесе подкармливают от души, которой у нее нет. От подобного каламбура Лиссандра снова захохотала.
И дернула нити сильнее. Для нее они не были незримыми и бесплотными, как для обычных людей.
В центре одного из европейских городов люди, наблюдавшие диковинные световые трюки, вдруг с воплями стали разбегаться. Плотоядно рычащие слизни преследовали, сверкая острыми иголками зубов. Льярка привлекала всю мерзость, которая питалась ее безумием и обретала силу, вырываясь из магических оков. А чародеи были слишком заняты, чтобы уделить им сейчас внимание.
В городе Влады и Киры рваными черными тучами летали слуа, которые прорвались сквозь завесу. Эльфы отважно последовали за ними, невзирая на бурю, что бушевала на границе миров.
Из-под прикушенной губы давно уже текла струйка крови, капая на платье. Диана не замечала, отдавая все силы, всю себя на защиту тех, кто из последних сил держал завесу. Никаких лишних мыслей, чувств — только сосредоточие силы и внимания. Черт бы побрал это проклятие! Если выживут, то она уничтожит все страницы, где оно написано, сотрет все воспоминания!
И оторвет Дэмиену уши.
Юркий зверек ловко пробирался, плотно прижавшись к земле. Прячась от бешеного ветра за камнями, он упрямо шел к цели. Даже когда мелкие камни пробили кожу в нескольких местах, и потекла кровь, перевертыш просто продолжал бежать, залечивая на ходу старые и новые ранки. Золотая цепочка тускло блестела на шее.
Лиссандра тихо зарычала. На этот раз от злости. Магов защищала эта чистенькая льярочка. Эта тихушница с открытым взглядом. Эта…эта…
И она очень сильна!
— Ну давай, девочка, посмотрим, кто тут главный, — пробормотала она, и огненные нити, словно кнут, прочертили оба пространства, концами доставая Диану. Но та лишь еще сильнее закусила губу и укрепила щиты.
— С-с-сучка! — обиделась Лисс, занося руку для нового удара. Немного осталось. Проклятие, усиленное магией Завесы, пожирало изнутри, заставляя двигаться и мстить.
Всем отомстит, всех заставит страдать, как когда-то страдала она.
— Лисс! — сквозь бушующее безумие прорезался голос.
Слишком знакомый.
И от того еще более невероятный.
Льярка даже хватку ослабила, вглядываясь в того, кто приближался сквозь снежный буран.
Светло-русые локоны до плеч, мягкий взгляд серых глаз и улыбка, которая навсегда увела за собой сердце.
— В-в-в… — голос отказывался произнести имя. То, что все эти века горело внутри, требовало мести.
— Зачем ты подняла меня? — мягкий музыкальный голос. Именно он пел ей и рассеивал грусть.
Она в оцепенении смотрела, как он приближается. Открытый и чуть уставший. Каким был тогда, в последний день.
— Меня убивает эта злоба вокруг, — он не жаловался, а лишь делился мыслями. — Лисс, моя милая и добрая, неужели это ты все сотворила? Неужели твоя месть подняла меня?
Лисс почувствовала, что ее и без того съехавшая крыша окончательно унеслась в дальние дали. Голос Виля, внешность Виля, только он непробиваемый.
Может, это нормально?
— Я хочу отомстить за тебя, — в горле стало что-то жечь. Словно огонь мести хотел вырваться наружу.
— Мне больно, — проговорил Виль, продолжая подходить. Льярка замерла, боясь пропустить хоть слово. Буран медленно угасал, белыми хлопьями падая вокруг двоих.
— Твоя месть сжигает меня, — тихо продолжал менестрель, не отпуская взгляд Лиссандры.
— Но она подняла тебя, — прошептала льярка. Ее безумие сражалось с любовью. Проклятие требовало завершить начатое.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
