всяческий мелкий товар».{489}
В 1993 году в силу практической необходимости решения целого ряда экономических, социальных и иных задач, не решаемых исключительно в режиме рыночной самоорганизации, Правительством принимаются первые федеральные целевые программы – начинается процесс возвращения планирования в практику государственного управления.
В 1995 году принимается Закон «О государственном прогнозировании и программах социально-экономического развития Российской Федерации».
Важными вехами в становлении системы государственного планирования становятся Указ Главы государства от 12.05.2009 г. № 536 «Об основах стратегического планирования в РФ» и Федеральный закон от 28.06.2014 № 172-ФЗ «О государственном стратегическом планировании в Российской Федерации».
Важнейшим – основополагающим шагом в становлении системы целевого («телеологического») государственного планирования становится формирование «института майского Указа». Указы Главы государства и в мае 2012 года, и в мае 2018 года фактически устанавливают на 6-летний политический цикл важнейшие национальные цели развития («большие цели») и контрольные цифры по широкому кругу наиболее актуальных вопросов развития России, которые 21 июля 2020 года продлеваются Указом Главы государства на 10-летний «плановый период» – до 2030 года.
Текущее положение дел. Институт «майского Указа» устанавливает в системе государственного управления большие цели и длинные горизонты стратегического планирования. Фактически внедряет на верхнем уровне управление по целям. При этом в предвыборных статьях 2011–2012 годов и в Послании Главы государства Федеральному Собранию 2018 года сформулировано основание этих больших целей и длинных горизонтов: по сути сформулирована идея развития России – быть государством с гарантированным суверенитетом – одним из мировых лидеров экономического, технологического, социального развития с положительной демографической динамикой.
Вместе с тем на сегодняшний день прогнозы социально-экономического развития России, которые готовят Центральный банк, Минфин, Минэкономразвития, базируются исключительно на концепции естественного («генетического») роста экономики. «Естественные» прогнозы развития России констатируют текущий уровень структурного, технологического, демографического отставания и экстраполируют прошлые тенденции в будущее. Не нацеливают на поиск эффективных моделей и методов опережающего развития, на переход к более совершенной структуре экономики и более прогрессивному технологическому укладу. Не предполагают активных действий и организующей роли государства для достижения целей опережающего экономического роста. В лучшем случае в них закладываются уже запланированные самим государством инвестиции. В результате вместо продуманных планов и выверенных механизмов достижения поставленных Президентом национальных целей и качественной, профессиональной организации экономического роста – пассивные прогнозы.
Кроме того, после запуска в 1993 году федеральных целевых программ положение дел в области практического государственного планирования претерпевает значительные изменения: с 2005 года запускаются первые национальные проекты, с этого же 2005 года запускаются ведомственные целевые программы, с 2010 года – государственные программы, с 2017 года – «пилотные» государственные программы, построенные по проектному принципу, с 2018 года – новые национальные проекты, включающие в себя федеральные проекты, и отдельно комплексный план модернизации и расширения магистральной инфраструктуры. Параллельно принимаются многочисленные документы государственного планирования на региональном и местном уровне.
В результате на сегодняшний день одновременно действует более 72 000 документов государственного стратегического планирования, в том числе 12 национальных проектов, 20 федеральных целевых программ, 46 государственных программ, 62 ведомственные целевые программы, 67 федеральных проектов, 73 федеральные стратегии. В целом увеличение количества и видов государственных планов приводит к 30-кратному увеличению нормативных актов, устанавливающих порядки их разработки, реализации, мониторинга и соответствующему – на порядки – увеличению отчётности и различных контрольных мероприятий.
Практика применения данных планов показывает, что большая часть этих документов не имеет практической ценности.
Отсутствует единство и целостность системы государственного планирования, имеет место значительное несоответствие национальным целям развития фактического содержания планов, их системная рассогласованность, противоречивость, фрагментарность, хроническая неактуальность из-за длительности бюрократических процедур корректировки и согласования, до сих пор применяемого «бумажного» формата данных.
Рис. 79. Примеры формул распределения субсидий регионам из федерального бюджета
Широко распространённой практикой является «подгонка» ключевых плановых показателей под выделенные в федеральном бюджете деньги, при этом, как правило, достижение необходимых целей подменяется показателями расходования имеющихся бюджетных денег. В результате конкретные цели верхнего уровня пропадают на уровне рабочих документов.
Например, в соответствии с Указом Главы государства от 21.07.2020 г. № 474 «О национальных целях развития Российской Федерации на период до 2030 года» необходимо обеспечить темп роста валового внутреннего продукта страны выше среднемирового, а государственная программа РФ «Экономическое развитие и инновационная экономика» даже цели по достижению показателей опережающего экономического роста страны не содержит, соответственно не содержит и механизмов достижения этой цели.
Указом Главы государства от 7 мая 2012 года № 596 ставится задача Правительству Российской Федерации принять меры по увеличению объема инвестиций не менее чем до 27 % ВВП к 2018 году. В 2018 году Правительство Российской Федерации утверждает план по ускорению темпов роста инвестиций в основной капитал и повышению до 25 % их доли в ВВП. По факту в 2018 году данный показатель остается на уровне 2011 года (20,7 %), а государственная программа «Экономическое развитие и инновационная экономика» даже цели по достижению этого показателя не содержит, соответственно не содержит и механизмов достижения этой цели.
Планы развития частностей есть, а интегрального плана развития нет. Например, приняты стратегии развития отдельных секторов промышленности (стройматериалов, автомобилей, работы с отходами производства и потребления), а стратегии развития промышленности в целом нет. Утверждена Стратегия развития экспорта продукции автомобильной промышленности в Российской Федерации на период до 2025 года, но отсутствуют аналогичные стратегии экспорта продукции других более развитых секторов отечественной промышленности.
Одни планы составлены до 2025 года, вторые – до 2030, третьи – до 2024, четвёртые – до 2027, пятые – до 2026 и т. д.
Не развито территориальное планирование. Региональные стратегии зачастую не соответствуют национальным целям, региональным планам привлечения частных инвестиций и ключевым показателям эффективности губернаторов, практически не используются в реальной работе в силу их декларативного характера, не учитываются при формировании федеральных программ и межбюджетных отношений. Целевое развитие регионов подменяется распределением субсидий из федерального бюджета между регионами по разнообразным формулам, часто дающим неадекватный результат.
Так, например, по данным формулам на 2019 год Ненецкому автономному округу распределяется 13,1 тыс. рублей на поддержку культуры, Астраханской области – 60,8 тыс. рублей на развитие рыбоводства и товарного осетроводства, Еврейской автономной области – 278,7 тыс. рублей на жильё молодым семьям.
Таким образом, в целом полный отказ в 1992 году от государственного планирования длится недолго, с 1993 года в силу практической необходимости решения стоящих перед страной задач государственное планирование как таковое не отрицается и осуществляется. Более того, на верхнем уровне достаточно последовательно предпринимается попытка целевого планирования и управления по целям. Однако на последующих уровнях государственного управления целевое планирование не обеспечивается. И в существующем аморфном, слабо организованном виде является неэффективным.
Система государственных закупок. Здесь важно отметить, что неэффективность государственного планирования в значительной мере усиливается существующей системой государственных закупок – Федеральной контрактной системой, которая является серьезным дополнительным барьером на пути к целевой организации развития экономики, выполнению конкретных задач в определённые сроки, тормозом в системе государственного управления и генератором больших
