сейчас неплоха, но она далека до того, что есть у нас. И даже в подметки не годится тому на что способны кузнецы Родословной...
- Старшая, я впервые про такое слышу.
- Ещё услышишь Ухыр, сейчас просто знай, что они есть. И малыш, мне очень грустно об этом говорить, но твой запах изменился. - Я вздрогнул, чувствуя смутную догадку о том, что это могло значить.
- Старшая, вы о чем?
- Тебе девять лет, малыш или тридцать два сбора по нашему. Ты и сейчас мне интересен, но не так как раньше, так что пришло время расстаться. - Мне разом стало как-то грустно. Гергена - колдунья-людоед... Но как же с ней было хорошо, и как много важного я узнал обучаясь у неё. Мне не хотелось расставаться с ней, причем больше даже не как учителем, а как с другом или женщиной.
- Старшая, а ваше племя, вас долго не было... Там точно всё в порядке? - Моё беспокойство такое нелепое, но такое искреннее. Горько.
- Ты все такой же милый, - гоблинша поцеловала меня в лоб и ласково погладила волосы, - не волнуйся малыш, я не оставила бы племя без присмотра. Кроме того мои куколки, не просто какие-то отпечатки, а нечто большее. Не скучай, я всё так же остаюсь в числе Старших Горы. Придет время и я надеюсь ты присоединишься к нашему тесному кругу, и тогда нам будет что вспомнить, и о чём поговорить. До встречи, Ухыр. - Я не узнал от Гергены ни одного нового заклинания, но научился варить зелья; направлять Родословную уже в два пальца, пускай и на одной руке; делать амулеты и кровавые отпечатки. Теперь магический язык гоблинов не был для меня набором слабо понятных символов, и я видел путь как записать на нём мои врождённые заклинания, и как превратить заклинания в кровавые отпечатки, а то и вовсе в ритуалы. Я все ещё где-то в начале пути, в плане изучения магии, но теперь я вижу тропинки по которым мне стоит идти. Почему же тогда, так горько?
И словно в насмешку над всеми моими старания, несмотря на регулярную подпитку кровавой магией, заботу, а с некоторых пор и лечением безопасными зельями, женщина, что подарила мне жизнь, умерла на следующий день после ухода Гергены, я так и не решился попросить у колдуньи помощи в её лечении...
Забытая Интерлюдия Жуткий Мудрец
Узг осторожно наблюдал за действиями своего Старшего. Гоблину было известно, что по годам он был старше молодого колдуна, но мудрость Ухыра поражала. Порой он не понимал очевидного, временами казалось проявлял чрезмерное милосердие, но с каждой ночью, молодой воин всё лучше понимал Колдуна, которого он будет охранять покуда растёт мох и на небе восходит ночное светило.
Молодой Коготь знал многое о колдунах и шаманах своего рода. Во всяком случае знал куда больше рядового гоблина и это знание было понятным. Про колдунов и шаманов ходили разные слухи, от относительно безобидных, вроде склонности к каннибализму, до воистину ужасающих слухов про колдунов травоедов и грибоедов. Про последнего Узг даже слышал, хваля предков, что он не стал Когтем, Крыха Гниющего - любителя "особых" грибочков.
Гоблина передёрнуло, отгоняя воспоминания про поросшего грибами колдуна, Узг вспомнил свои тренировки у матёрого Когтя, возраст которого перевалил за пять сотен сборов. С сердечной теплотой он вспоминал своего мудрого покрытого шрамами учителя, который взял его и ещё десяток безымянный двенадцатисборовых гоблинят под свою руку отобрав всех по умению выбивать зубы и мозгам. Варвары-вершки наверняка считают гоблинов идиотами вроде самих себя, но в отличие от неразумных юдишка, гоблины несут в себе высокую культуру своей древней расы. Кроме совершенствования умения драться и убивать, Узга учили гоблиским частушкам и анекдотам, особым тайным меткам воинов, мастерству создания костяного оружия и брони. Когда Узга и его названого брата Энга, закончивших тридцать четыре сбора обучения приставили к молодому слабому колдуну, гоблин был спокоен. Конечно их отправляли в какую-то дыру, но что в этом плохого? В конце концов каждый великий разрыватель начинал среди молодняка и помоев, так что первые сборов сто, они будут наводить порядок и учиться драться лучше, их кровь станет гуще, а когти острее, и уж тогда-то они наведут шороху. Время показало, что покой им не грозит, а молодой колдун оказался не по возрасту деятельным, и слегка так, на всю голову долбанутым.
Любопытный, был милосердным, только глядя на его милосердие Узг чувствовал как у него немеют члены. Изувечить десяток гоблинов вместо того, чтобы просто убить и сожрать? Милосердно, нечего сказать! Вырвать срамной уд куче рядовых гоблинов в качестве наказания? Милосердно, только упаси великие, заслужить такое "Милосердие"!
Чадили небольшие фитили помещённые в глиняные чаши наполненные топлённым человеческим жиром. Старший чертил непонятные фигуры и раз за разом убивал выхлей. Фитили горели пожирая жир, в то время как Ухыр что-то тихо шептал.
Тени вокруг зашевелились и закипели как вода в котелке. Ухыр засмеялся безумным смехом упоротого шамана, от которого Узг ощутил холодок, пробежавший по спине. Но как и положено Когтю, держал лицо высеченное из камня.
- Похоже нужно будет лучше обустроить это место, добавить черепов, костей и крови, много крови. Как считаешь, Узг? - колдун улыбнулся от чего гоблина внутренне передёрнуло.
- Как вам будет угодно, старший, - ровным голосом произнес Коготь. Не важно бездумный или того хуже травоядный, молодой или Древний. Каждый колдун - избранный предками, и долг Когтя быть с ним до конца.
- Рад что ты со мной согласен, Узг. Будем искать скитальцев, которых не жалко будет проливать кровь и колдовать, - в ответ Узг лишь поклонился, и дождавшись, когда колдун Ухыр начал поиски одному ему ведомых камней, облегчённо вздохнул.
Возложив правую руку на левое плечо, а левую в область сердца или куда-то рядом с желудком - Узг был не слишком силён в анатомии, гоблин убедился, что его никто не услышит, после чего тихо произнес.
- Великие Предки, сохраните разум своему избраннику - Ухыру Любопытному, у него и так проблемы с головой с задницу Тролля. Куда же больше?!
Глава 26 Гнилой вкус
Раз. Раз. И раз! Когти скребут по камню оставляя борозды. И раз! Борозды Становятся глубже. И раз! Ток Родословной всё сильнее растекается по венам, делает крепче и
