Я пыталась, — защищаюсь.
— Я тоже. Только вот я помогаю ему, а ты всё портишь. Что ты от него хочешь? Он уже всё отдал. Нравится видеть его таким? — спрашивает он, наступая на меня, а я отхожу спиной назад.
— Мне нет, но я не могу отвечать за его поступки. Не могу. Я больше не могу тащить на себе вину за всё. Знаю, что ошиблась, но я старалась всё исправить, помочь, поддержать, убедить его, что не вру. Я была рядом. А вот ты где-то шлялся по приказу ублюдка, коим стал и сам. Нравится убивать, да? Нравится? Так что же ты прибежал сюда, раз нравится видеть трупы? Подождал бы ещё немного и увидел.
— Заткнись. Ты ни черта не понимаешь. Я его друг и всегда был рядом с ним, пока ты не влезла, — рычит Каван.
— О-о-о, ты ревнуешь? Как мило. Ты по мальчикам? Разочарую, Слэйн предпочитает девочек, — язвительно смеюсь.
— Ошибаешься, он предпочитает шлюх, и ты именно она.
Мою улыбку стирает от оскорбления.
— Сходи в библиотеку и найди там словарь. Твой уже истончился, хотя зачем убийце большой набор слов? Ему достаточно кулаков, оружия и задания, не так ли? Где ты был? Если бы ты не бросил его, то никто бы не пострадал. Где ты был? — спрашиваю и от отчаяния ударяю его кулаком в грудь.
— Думаешь, я был рад пребывать там, где находился? Нет. Я пытался прийти раньше. Пытался остановить его. Пытался помочь. Ты всё портишь. Портишь. Уходи. Оставь его в покое. Уходи, Энрика. Ты сделаешь только хуже.
— А может быть ещё хуже? Слэйн чуть не убил Фарелла и сам чуть не умер. Его семья пытается его убить, а меня посадить за это. Это, по-твоему, хорошо?
— Поэтому и сваливай отсюда. Слэйн тебя вышвырнул. Наконец-то, образумился. До него дошло, что ты одна большая грязная проблема, и он не должен марать свои руки из-за тебя. Ты уничтожаешь его.
— Я люблю его. И если для него любовь уничтожение, то мне очень жаль.
— Ему не нужна твоя грёбаная любовь. Слэйн не верит в неё. Он вышвырнул тебя. Где твоя гордость, чёрт возьми? А если он скажет тебе жрать дерьмо? Ты будешь его жрать? Где твоё достоинство? Ты стала ноющей тупой шлюхой и называешь это любовью.
Меня ранят его слова. Я сама не знаю, что конкретно делаю здесь.
Краем глаза замечаю, что пульс Слэйна на мониторе увеличивается.
— Каван, — шепчу я.
— Не унижайся, Энрика. Никто не стоит унижения. Никто не стоит потери своего достоинства. Любовь — миф, чтобы ломать людей. Прекрати строить иллюзии. Поняла? — Он хватает меня за горло, перекрывая кислород.
Каван закрывает мне обзор, но там… за его спиной что-то не так. Со Слэйном что-то не так.
— Послушай меня. Слушай внимательно. Открой все запертые двери. Открой их и освободи монстра. Освободи его, — быстро шепчет мне в лицо Каван. Мои глаза распахиваются шире. Я хватаюсь за его руку на моём горле, пытаясь оторвать.
— Хочешь любить его, полюбили его темноту. Полюби его ошибки. Полюби его злодея. Иначе сдохнешь ты. Я предупреждал тебя. Я помогал, а ты дура. Почему нельзя было свалить? Зачем ты вернулась? Идиотка. Чем дальше пойдёшь, тем больше боли найдёшь. Слышала о таком? Только это тебе и светит. Хочешь жестокости? Ты её получишь. Ты сама её выбрала. Открой запертые двери. Сломай замки и всё узнаешь. Но ты не выживешь, Энрика. Сдохнешь…
Внезапно на шею Кавана ложится рука и хватает его в крепкий захват. Я пищу от страха, когда вижу глаза Слэйна, покрытые неконтролируемой злостью. Он тащит его на себя.
— Энрика, шприц… Энрика. На столике. Скорее, — хрипит Каван.
Я не могу шелохнуться. Просто не могу. Смотрю на мужчину, за которого болит сердце, и вижу монстра. Животное. Оно швыряет Кавана в стену и с рычанием хватает его за футболку, которая рвётся. Слэйн ударяет Кавана кулаком в лицо.
— Она моя.
Вздрагиваю от незнакомого, охрипшего и пугающего голоса Слэйна. Господи.
— Остановись, — шепчу я. Он ударяет Кавана в живот, отчего тот словно подлетает в воздух и с грохотом падает на пол.
— Слэйн. — У меня по щеке скатывается слеза.
— Энрика… шприц, — сипло просит Каван и получает ещё и ещё удары по телу. Они чередуются постоянно. Всё происходит быстро. Бросаю взгляд на тумбочку, где лежат заполненные шприцы, а потом на Кавана с разбитым лицом. Рычание Слэйна наполняет моё сердце страхом. Я никогда такого не видела. Это чрезмерная жестокость, и я понимаю, что он чуть не убил Фарелла из-за меня. От страха потерять меня. И сейчас он убьёт Кавана у меня на глазах, чтобы никто ему не мешал больше. Я не могу этого допустить. Как бы я ни ненавидела Кавана, но это ужасная смерть. Слэйн явно не понимает, что делает. Он дезориентирован. Он потерян и даже не узнаёт Кавана.
Отталкиваюсь ногами от пола и рассчитываю удары. Кулак Слэйна бьёт Кавана в челюсть, и его голова откидывается вбок. Ноги уже не держат мужчину, и его прижимает к стене Слэйн. Ещё один удар… я быстро подныриваю под рукой Слэйна, и мне удаётся встать между ними. Обхватываю лицо Слэйна своими трясущимися ладонями и целую его в губы. Не знаю, почему именно этот способ я выбрала, чтобы остановить его, но Слэйн замирает.
— Ты другой. Ты не монстр. Ты другой, — шепчу, поглаживая его лицо. Стеклянным взглядом он смотрит на меня.
— Ты другой, Слэйн. Ты другой. Я верю в то, что ты можешь остановиться. Остановись. Я здесь рядом с тобой. — Целую его сухими губами. Мои ладони ласкают его лицо, покрытое щетиной и ранами. За моей спиной Каван падает на пол и стонет.
— Энрика, — шепчет Слэйн. Его взгляд становится осознанным.
— Энрика. — Вспышка пугающей ярости проносится в его глазах. Его руки до боли сжимают моё тело, и я пищу. Не успеваю даже сказать ему, что он слишком сильный, как его губы накрывают мои.
Время для меня останавливается. Обрывки фраз и событий мелькают в моей голове. Они окружают нас, и я обнимаю Слэйна, желая защитить его от людей, боли, и от всего плохого. Его пальцы путаются у меня в волосах. Я приоткрываю губы во вздохе, и он втягивает в себя мой кислород, заменяя своими губами. Он до боли сжимает мои волосы, и я встаю на носочки, прижимаясь к нему. Аромат боли проникает в мою кровь. Он отравляет её. По щеке скатывает слеза, пока я целую Слэйна. Он кусает мою губу и прижимается к моему лбу своим.
— Ты здесь. Он не забрал тебя, — шепчет Слэйн. Он снова целует меня, куда-то идёт, и мне приходится двигаться спиной назад. Слэйн удерживает мою голову, наклоняя её. Его язык касается моего, и боль пронзает моё сердце. Мой ранимый зверь. Мой одинокий злодей. Мой любимый монстр. Я окончательно теряю себя в этот момент. Я становлюсь жалкой и ничтожной против этих чувств, которые горят в моём сердце для него.
Мои губы горят, когда я немного отодвигаюсь назад. Слэйн стоит с закрытыми глазами, и на его губах играет слабая улыбка. Он выглядит безумным, словно впервые увидел свет. Его яркие глаза сверкают глубокой синевой. Погибелью для меня. Я знаю.
Пальцами пробегаюсь по его щеке, и он ловит их губами, оставляя поцелуй. Слэйн обхватывает моё лицо и улыбается. Он как будто впервые видит меня и ласкает своим взглядом. И это новая точка нашей истории. Она другая.
— Что же ты творишь? — шепчу я.
— Умираю. Мне так больно. Так больно, Энрика. Было так больно. — Его внезапно начинает шатать. Я подхватываю его за талию, и он садится на койку. Слэйн хватается за свою голову и сжимает её руками.
— Дай мне это… Энрика, дай мне
