В следующее мгновение он очутился возле нее, закутал в накидку и взвалил себе на плечо, точно куль с зерном.
– Бекет!
– Быть может, мадам, я не оставил вам ничего, кроме жизни. Но ее вы сохраните, клянусь Богом.
Глава XXI
Прошагав с ней через гостиную, Бекет пинком распахнул дверь, обнажил шпагу и вырвался в коридор. Сила и ярость клокотали в нем. Он почти не ощущал на плече веса Катье. Крики отталкивались от богатой обшивки стен, обезумевшие дамы путались под ногами. Кавалеры вытаскивали свои парадные шпаги и бежали на звуки выстрелов, провожая удивленными взглядами англичанина и его бархатную ношу.
– Где пистолет? – Катье выпростала руки и лихорадочно ощупывала его поясницу.
Пистолет был заткнут за пояс бриджей. Трясущимися руками она приподняла полу мундира. Пальцы ее сомкнулись вокруг рукоятки, и выгравированный герб Торна вдавился в ладонь.
Бекет свернул за угол и очутился лицом к лицу с двумя чумазыми французскими солдатами. Он взмахнул шпагой.
На другом конце коридора еще один солдат щелкнул затвором фитильного ружья, целясь в голову Бекета.
– Бекет! Сзади! – взвизгнула Катье и ударила кулаком ему в спину.
Потом, как могла, выпрямилась и стиснула пистолет обеими руками. Солдат ухмыльнулся, глядя на нее. Его короткопалая рука медленно скручивала горящий фитиль, чтобы поднести его к запалу. Катье спустила курок.
Грохнул выстрел, отдаваясь болью в ее ладони. Солдат завалился на бок.
Из-за угла выбежали два лакея Клода, прогремели еще два выстрела, и атаковавшие Бекета французы тоже попадали.
Один из лакеев повернулся, сжимая в руке новенькое кремневое ружье, и с полнейшей невозмутимостью, словно англичане, расхаживающие по замку с дамами на плече, для него самое что ни на есть привычное зрелище, отвесил поклон.
– Мсье, простите, что помешал вашему поединку, но Его Высочество распорядился побыстрее выбить отсюда этих собак. Восточное крыло свободно.
– А детская? – В голосе Бекета слышались командные ноты.
Лакей пожал плечами.
– Не знаю. Его Высочество приказал защищать только важные части замка.
– Петер! – завопила Катье.
Бекет опустил ее на пол. Вырвал из руки разряженный пистолет и снова заткнул за пояс.
– Пошли! – Он потащил ее за собой по коридору. Они вбежали в старую часть замка и, наконец, добрались до коридора детской. Торн зорко озирал каждое помещение, прежде чем проникнуть туда.
Перед дверью детской раздавались громкие голоса. Бекет выглянул из-за угла и увидел, как двое людей, нанятых им для охраны Петера, уговаривают Флада отпустить их с поста: им не терпелось примкнуть к схватке.
Бекет прижал к себе Катье.
– Мадам, – шепнул он, – поберегите ваши проклятия до того, как мы выберемся отсюда. Что бы вы ни думали про меня – оказаться во власти герцога Мальборо приятнее, чем получить пулю в лоб. Уверяю вас, генерал-капитан почтет за честь позаботиться о близких мне людях. – Он заглянул в настороженные, полные невысказанных вопросов серые глаза. – Как и мой отец.
– Твой оте...
Гарри наконец поддался на уговоры.
– Ладно, черти. Пошли прочь!
Не успел он договорить, как тяжелые башмаки слуг загрохотали по коридору. Пробегая мимо Бекета и Катье, оба вытянулись в струнку, торопливо отдали честь полковнику и помчались дальше.
Бекет подошел к денщику, а Катье вихрем влетела в комнату сына.
– Слава те Господи! – запричитал Гарри. – Я уж заждался. Мадам, тут боле нет никого...
У Катье вырвался отчаянный крик, она вцепилась в Гарри.
– Где Петер?! Где мой сын?!
– Так я уж и говорю, мадам. Найал увез его с нянькою в аббатство.
– Едем, Катье! – Бекет потянул ее к черной лестнице. Втроем они спустились в сад. Бекет держал наготове шпагу; Гарри вытащил из-за пояса пистолет. Кивнув денщику, полковник отодвинул запор.
В саду царило столпотворение. К вечеру здесь накрыли для гостей легкий ужин. Теперь стулья и столы были опрокинуты, а изысканные кушанья превратились в месиво. Тут и там на траве валялись трупы.
Бекет решительно повел ее в обход этого разгрома. Трупы в основном были в голубых мундирах; рука одного покойника сжимала обрывок кружев, похожих на те, что окаймляли вырез ее платья. Катье затошнило.
Они обогнули тисовые заросли и увидели француза, склонившегося над мертвым телом.
Рулон.
Катье вскрикнула. Бекет заслонил ее собой.
Граф спешно запихнул в карман кольца, сорванные е пальцев убитого, и принял боевую стойку, нацелив на Бекета острие шпаги.
Бекет тоже выставил вперед одно колено.
Рулон пнул ногой труп.
– Гийон по небрежности забыл шпагу.
– Не стрелять, Гарри! – скомандовал Бекет.
Денщик презрительно сплюнул.
– Да ни Боже мой, полковник. Стану я свинец переводить на энту собаку!
– Итак, бравый полковник Торн бежит с поля битвы, – усмехнулся Рулон. – То-то будет мне о чем порассказать в гостиных!
– Не будет, Рулон.
Из кустов вылезли два пехотинца и вытянулись рядом с графом.
– Что стали, ублюдки?! – взвизгнул Рулон. – Наступайте!
С гортанными криками те бросились на англичанина. Шпага мелькнула в воздухе, и оба упали как подкошенные.
Бекет шагнул к Рулону.
– Ваша битва проиграна, граф, – процедил он, напрягая мышцы предплечий.
Француз выставил свое оружие. Сталь зазвенела о сталь.
– Турок обещал мне много золота, если я доставлю вас живым, – выдохнул Рулон. – Уж и не знаю, заплатит ли он столько же за мертвого.
Он ловко орудовал шпагой, но движениям его не хватало собранности, и, уж конечно, он не мог тягаться с англичанином в силе. Один за другим Бекет отражал все удары француза, а стоило ему перейти в наступление, у того начинали дрожать руки.
В очередной раз его шпага просвистела в воздухе.
– Вы стоите у меня на дороге, Рулон.
Граф сделал неожиданный выпад, лезвие скользнуло по руке полковника, но тем самым грудь француза открылась.
Именно этого Бекет и дожидался.
– Adieu[8], ваша собачья милость, – сказал он и пронзил графа прямо в сердце.
Потом выдернул шпагу из его тела, и оно повалилось на труп Гийона. Из карманов голубого мундира посыпались кольца. Катье стояла там, куда отпихнул ее Бекет; перед глазами плыли круги, но, увидав, что он продолжил путь, она бросилась за ним; следом затрусил Гарри.
Они промчались мимо опустевшего сторожевого поста, обогнули небольшой холмик. Под раскидистым дубом стояли три коня. Рядом с черным иноходцем распростерлось тело.
Ахерон ударил копытом в землю и всхрапнул, зазвенев сбруей. Гарри подбежал к телу с нацеленным пистолетом, но туг же отпихнул труп в сторону и убрал оружие.
