понял, – вновь заговорил эльф, – для ритуала подойдет кровь любого из членов двенадцати императорских семей, так?
Кхраш остановился, задумался и не хотя кивнул.
– Правильно, правильно, но так как я вхож в семью Ор’Музд то и лежат у меня Ор’Музды. Конечно, лучше бы было принести в жертву этого никчемного хвастуна Эйрика, но он никогда мне не доверял, проще было обвести вокруг пальца нашу милую малышку Лани.
Даилания снова всхлипнула, а я как молитву повторяла «только бы успели, только бы успели…».
– Замечательно. – Радостно воскликнул Макс. – Тогда я предлагаю обмен.
Кхраш замер и удивленно посмотрел на радостного эльфа.
– Что ты вытворяешь? – Зло прошипел Амадей.
А я понимала, что он прав. Если я раскроюсь, то могу поменяться местами с Даиланией и это спасет жизнь девушке.
– У тебя есть кто-то на примете? – С ехидцей обратился к Максу Кхраш.
– Есть. – Вдруг ответил эльф.
– Кто? – Снова хихикнул маг.
– Я.
У нас с девчонками одинаково отвисла челюсть. Да и Кхраш выглядел так же.
– Да кто ты вообще такой? Меняешь обличия как перчатки, больно умный и очень наглый!
Какая четкая характеристика.
– Эльронд из рода Амдир сын Глиндаля Владыки Элдайра.
Земля ушла у меня из-под ног.
***
Словно в тумане я видела, как вытянулось лицо Кхраша и удивлённый взгляд Ары. Даже Даилания затихла и молча лежала на холодном камне, ловя внимательно каждое слово.
– Не может быть, – выдавил маг, – эльфийский выродок командует армией и служит первым советником у своего отца. Он опытный вояка и не стал бы играться с детворой в какой-то Академии.
– Я рад, что ты такого высокого мнения обо мне, – с сарказмом в голосе проговорил эльф. – Тем не менее это я. Просмотри мою ауру и поймешь, что я не вру.
Кхраш прищурился и позабыв о принцессе подошел к камере Макса и Амадея от чего мы потеряли его из виду.
– Удивительно! – Воскликнул вдруг Кхраш. – Это действительно ты!
Затем так же шустро Кхраш вернулся к жертвеннику отстегнул Даиланию, запихнул ее к нам (вот интересное у него деление пленников – мальчики налево, девочки направо). Развернулся, щелкнул замок и к магу присоединился Максимилиан, то есть Эльронд. Прошествовав с гордым видом к жертвеннику, эльф обернулся, посмотрел прямо на меня и сказал тихое:
– Прости…
А я сидела… сидела и до сих пор не верила во все происходящее. Эльфийский принц, мой жених, от которого я сбежала пять лет назад, был рядом все это время. Знал ли он об этом? Судя по его «прости» знал. Мне стало плохо, в глазах все застилали слезы. Сейчас я чувствовала себя обманутой, как тогда пять лет назад, когда отец сообщил о моей помолвке. Я ведь действительно полюбила его, полюбила Максимилиана Лаузершского. Страдала, чувствуя себя изменщицей, разрывалась между долгом и чувствами. И что в итоге? Макс или скорее Эльронд, просто потешался, наблюдая за моими метаниями. Теперь понятно почему он никогда не ходил с нами во дворец ОрМуздов и менял обличие. Императорская семья могла узнать его и разрушить все веселье. А его признания в любви? Были настоящими или такими же лживыми как его личность?
Словно онемевшая я наблюдала как эльф ложиться на жертвенник, а Кхраш с громким щелчком застегивает кандалы на его запястьях. Кажется, меня кто-то звал и толкал в плечо, но я не реагировала. Неотрывно смотрела в ставшие такими родными голубые глаза. пока резкая пощёчина не вернула меня в чувства. С удивлением смотрю на смутившуюся Киссаэлу. Видимо она сама такого от себя не ожидала.
– Прости, просто ты сидела словно замороженная, – покраснев пояснила она.
Сидящая рядом Пульвитиара присвистнула:
– Да ты, Элочка, великий психолог.
Эла смутилась еще больше, а я протянула руку к горевшей щеке. А ведь больно! Ясновидящая тем временем присела возле меня и легонько обняла за плечи.
– Если тебе от этого станет легче, то он не знал.
– Что?
– Эльронд. – Пояснила она. – До сегодняшнего дня он не знал кто ты на самом деле и полюбил обычную адептку Даккере.
Я бросила взгляд на лежавшего на жертвеннике эльфа, перевела взгляд на ясновидящую и поняла. Она знала! С самого начала Киссаэла знала кто мы и что между нами происходит. Узнала же она о чувствах Ары и Дея. Именно Эла всегда приходила ко мне во время истерики и потихоньку подталкивала в его объятия. Но почему она ничего не сказала? Почему? Ведь все могла сложиться совсем по-другому…
– Я не могла, – словно прочтя мои мысли ответила девушка. – Видящие не могу вмешиваться в судьбы других. Но то что он не знал о тебе это правда. Эльронд хотел разорвать помолвку с принцессой Элиндой и соединить жизнь с Аматой. Именно ты его истинная любовь, а если эльф полюбит, то это на всю жизнь.
– Пора, – громко с нотками торжества сказал Кхраш.
И я снова вернулась к происходящему. Маг стал у стола с чашей и начал тихо читать заклинание на непонятном языке.
– Древний язык демонов, – прошептала Пульвитиара.
От рычаще-шипящих звуков мурашки бежали по коже, и я поежилась. Голос мага становился все громче. Разом вспыхнули свечи и зашипели магические угольки. Стало прохладно, а чувство страха становилось все сильнее, пробирало до самых костей и сковывало льдом бешено бьющееся сердце. Кхраш стал по очереди бросать в чашу травы, туда же стал лить тягучую жидкость из пузырьков. По пещере раздался противный запах, оседающий металлом на языке с горькой ноткой трав.
– Кровь, – прошептал Амадей и его шепот резанул по ушам.
Кхраш взял в руки кинжал, опустил его в чашу с углями. Зашипело, заискрило и острие раскалилось до бела. Резким движением маг опустил его в чашу с кровью. Снова зашипело, а противный запах усилился. Вынув острие Кхраш, бросая резкие слова, в воздухе начертил Знак Хаоса, следом знак Смерти накладывая их один на один. Кинжал оставлял после себя кровавый след и знаки все сильнее и сильнее начинали пульсировать, завораживая взгляд. Легкое движение руки и они поплыли к стене напротив. Как только древние руны соприкоснулись с камнем тут же исчезли. Стена стала покрываться черной дымкой. Ужас накрыл нас с новой силой. Тихо плакала от страха Даилания, молча роняла на пол слезы Эла, а вся побелевшая как мел Ара испуганными глазами смотрел на представление, я выглядела не лучше.
Все так же монотонно бормоча заклинание, Кхраш с чашей прошествовал к Эльронду и стал с левой стороны от него лицом к нам. Разорвав на груди рубашку эльфа и умокнув палец в кровь, стал выводить символы прямо
