Наиболее интенсивным атакам советских войск подвергался северный фас Ельнинского выступа. Неудивительно, ведь именно отсюда могло начаться немецкое наступление навстречу 3-й танковой группе. Позиции на северном фасе дуги на фронте в 38 км занимала дивизия СС «Дас Райх». Фронт был достаточно широким, но не будем забывать, что немецкие дивизии были несколько более многочисленными, чем 10-тыс. соединения приграничных армий. Также для поддержки корпуса под Ельней немцы использовали авиацию. Как указывается в отчете XXXXVI корпуса: «Наша авиация неоднократно вмешивается в наземные бои южнее Ельни, принося существенное облегчение войскам, уничтожая скопления войск и батареи противника».
24 июля эсэсовцы из «Дас Райха» столкнулись с атаками танков Т-34. В истории дивизии описывается поединок «тридцатьчетверки» с артиллерией «Дас Райха». Первого попадания из 105-мм гаубицы немецкие артиллеристы добились с дистанции 1500 м. Однако видимого эффекта это не произвело. 37-мм противотанковая пушка была просто раздавлена. Даже после попадания 105-мм гаубичного снаряда с дистанции 15 м (им даже был ранен командир орудия) советский танк не остановился. Казалось, еще секунда, и орудие будет раздавлено. Однако последний снаряд с 6 м попал в люк механика-водителя. Люк провалился внутрь танка, и Т-34 встал как вкопанный и загорелся. Вскоре от пожара взорвался боекомплект.
На следующий день последовало новое советское наступление. О нем в немецком отчете было сказано: «Вражеские танки доходят до Ельни и вызывают беспорядок в тыловых службах». Однако двум дивизиям все же удается удержать позиции. За день по отчету корпуса было подбито 78 советских танков. Тем не менее немцы были в тот момент далеки даже от осторожного оптимизма, в отчете указывалось: «Командование корпуса не может игнорировать тот факт, что положение становится все критичнее с каждым днем».
Гудериан вновь принимает решение погнаться за журавлем в небе. 17-я танковая дивизия соседнего XXXXVII моторизованного корпуса направляется под Ельню и 26 июля берет на себя прикрытие левого фланга XXXXVI корпуса. Альтернативой такому использованию было, как нетрудно догадаться, наступление навстречу танковой группе Гота. С 27 по 31 июля на фронте XXXXVI корпуса продолжаются бои. В последние дни июля на фронт корпуса прибыла первая пехотная дивизия. Бои продолжались уже достаточно долго, чтобы на выдвинутый так далеко на восток фронт подошли пешими маршами первые пехотные части. Однако интенсивность боев не снизилась. Особенно неприятным для немцев становится сильный артиллерийский огонь, поддерживавший советские атаки. По мнению участвовавших в тех боях ветеранов Первой мировой, канонада напоминала «ураганный огонь 1917–1918 гг.». Так или иначе, германский танковый корпус оставался скованным боями под Ельней, в то время как на внешнем фронте полуокружения 16-й и 20-й армий под Смоленском разворачивались весьма драматичные события.
Контрнаступление 21-й армии на Бобруйском направлении
12 июля командование Западного фронта, стремясь использовать пассивность противника на Бобруйском направлении и ослабление его фланга за счет переброски части сил на Могилевско-Смоленское направление, решило нанести контрудар. 21-я армия получила приказ перейти в наступление, с тем чтобы выходом на коммуникации противника сорвать его наступление на Могилевском направлении. Также 21-я армия получила задачу наступлением частью сил на Комаричи, Быхов. В директиве командующего Западным фронтом Тимошенко задачи и наряд сил для этого наступления были описаны следующим образом:
«21 армии перейти в наступление силами 63 ск (61, 167 и 154 сд) с 42 и 503 ап, 696 гап, 13 сад с фронта Рогачев, Жлобин в направлении Бобруйск и 232 сд на Шацилки, Паричи с задачей овладеть гор. Бобруйск и районом Паричи. Одновременно наступлением 102 и 187 сд из района Таймоново, Шапчицы в направлении Комаричи, Быхов уничтожить группировку противника, действующую в Быховском направлении»[303].
К моменту, когда 63-й стрелковый корпус генерала Л.Г. Петровского занял оборону вдоль Днепра в последние дни июня 1941 г., протяженность его фронта обороны составляла свыше 70 км вместо уставных 16–24 км. Прочность его обороны была вскоре проверена атакой XXIV моторизованного корпуса. В середине дня 5 июля после артиллерийского обстрела и ударов авиации немцы форсировали Днепр северо-восточнее Рогачева, в районе деревни Зборово. Это было очень удобное место у излучины реки, которая далеко вдается на север. Петровский сразу же организовал контратаку, но плацдарм был вскоре эвакуирован — соединения XXIV корпуса отправились выше по течению Днепра. Что было главным, смена планов командования или энергичная контратака советских частей, сейчас уже сказать сложно. Также именно 63-й корпус проводил «жлобинскую операцию», о которой уже рассказывалось выше. После этих двух эпизодов на какое-то время боевые действия на этом участке фронта замерли.
63-й стрелковый корпус начал наступление в 18.00 13 июля и медленно продвигался на запад. Глубокой ночью 13 июля через Днепр тихо переправились группы разведчиков соединений корпуса Л.Г. Петровского. В это же время полки первого эшелона дивизий подтягивались и скрытно располагались на восточном берегу, готовя различные средства переправы: рыбацкие лодки, сплавной лес и плоты. Штатных переправочных средств в 21-й армии в тот период не было. В районе Жлобина для переправы через Днепр удалось восстановить взорванный ранее пролет железнодорожного моста. «Черный корпус», как позднее назвали корпус Петровского немцы, снялся с позиций на широком фронте и собрался компактной группой, нацеленной на Жлобин. Он словно сжался в кулак и пошел вперед. Уже 14 июля Жлобин был взят. Наступление 21-й армии произвело неизгладимое впечатление на командующего 2-й танковой группой Г. Гудериана. Он в своих воспоминаниях назвал его «наступлением Тимошенко» и насчитал в составе атаковавших его советских войск 20 дивизий — почти столько же, сколько было во всем первом эшелоне всего Западного фронта. Командующий группой армий «Центр» отреагировал на начало наступления «черного корпуса» 15 июля 1941 г. записью следующего содержания: «Русские начинают наглеть на южном крыле 2-й армии. Они атакуют около Рогачева и Жлобина».
К исходу дня 14 июля 63-й стрелковый корпус продвинулся далеко вперед и вышел в район в 25–40 км южнее и юго-западнее Бобруйска, непосредственно угрожая коммуникациям немецких войск на Могилевском направлении. Относительно развития наступления 21-й армии в журнале боевых действий фронта 14 июля указывалось: «Противник, оказывая слабое сопротивление, отходит». Это утверждение сменяется на «упорное сопротивление противника» только 16 июля. В свою очередь, в итоговом донесении группы армий «Центр» за 17 июля о контрударе 21-й армии было сказано: «LIII АК был атакован превосходящими силами противника и вынужден перейти к обороне». А также: «На участке XXXXIII АК противник крупными силами атаковал вдоль дороги Паричи, Бобруйск 134-ю пехотную дивизию».
С точки зрения советской стратегии в целом это было даже на руку. Вместо того чтобы просто продефилировать на восток мимо занявших оборону на Днепре соединений 21-й армии, немцы были вынуждены вести с ними напряженные оборонительные бои. Однако для 63-го корпуса столкновение с противником также означало невыполнение поставленных перед ним командованием задач. Корпус Петровского столкнулся с упорным сопротивлением со стороны частей LIII армейского корпуса 2-й армии.
Обычно это контрнаступление связывают с 63-м корпусом, но в действительности в нем участвовали и 66-й корпус, и 67-й корпус 21-й армии. 232-я стрелковая дивизия 66-го стрелкового корпуса 13 июля начала наступление на Паричи, Бобруйск. К исходу 14 июля передовыми подразделениями она вышла в район 25–40 км южнее и юго-западнее Бобруйска. Развить свое наступление 232-й дивизии не удалось, так как уже 16 июля с запада начали подходить пехотные соединения немецкого XXXXIII армейского корпуса. Под натиском 134-й пехотной дивизии, наступающей от Бобруйска, и угрожающих действий 131-й пехотной дивизии на Паричи 232-я дивизия была принуждена к отходу.
17 июля последовали первые сильные контратаки со стороны немецких пехотных частей. На следующий день передовые соединения 21-й армии продолжили попытки развить первоначальный успех в направлении Бобруйска. Однако под ударами противника они вскоре были вынуждены перейти к обороне. К 20 июля 21-я армия продолжала вести упорные бои с подходившими частями двух армейских корпусов противника. От попыток наступать на Бобруйск пришлось отказаться, и все усилия были направлены на удержание занятых рубежей. В последующие дни под угрозой полного окружения сильно поредевшие части 63-го корпуса и действовавших совместно с ним дивизий отошли к реке Днепр на участке от Жлобина до Рогачева.
