— Вы вообще меня слушаете? — нахмурилась я. — Мы с вашим сыном просто друзья.
— Да как ты смеешь говорить со мной в таком тоне, пигалица?! — рявкнула Анастасия Павловна, всплеснув руками. — Ты еще жизни не видела! Я вдвое старше тебя, и ты должна уважать меня!
— Вы сначала научитесь людей уважать… Вы обо мне ничего не знаете, поэтому прошу не оскорблять, — ледяным тоном ответила я.
— Ты! Ты… — начала она подбирать слова, но на кухню вошел Максим и Анастасия Павловна натянула дежурную улыбку.
— Сынок, а ты знаешь, что у этой особы двое детей? Смотри, а то она повесит спиногрызов на тебя и квартиру отберет, — заявила она, посмотрев на меня с яростью.
— Я в курсе о том, что у Милы близнецы. Она не такой человек, чтобы отнимать квартиру. И перестань оскорблять ее! А что касается детей, то они мне, как родные. Мы с Олей несколько лет пытались зачать малыша, но врачи сказали, что это у меня проблемы… Я не могу дать новую жизнь… Не лезь в мои отношения! Я взрослый мужчина и в твоих советах не нуждаюсь. К тому же мы с Милой просто хорошие друзья, — зарычал Максим, гневно смотря на мать.
В тот момент у меня душа сжалась в комочек и сердце замерло. Мне стало понятно, почему он мне помогал и привязался к детям. Гаврилов осознал, что своих детей не будет, а мои росли без отца…
У Анастасии Павловны открылся рот и округлились глаза. Судя по всему, она не знала про проблемы сына.
Второй раз с Анастасией Павловной я встретилась через год. Мы как раз с Максом и детьми гуляли в парке. Она проходила мимо и замерла, зачарованно смотря на моих детей. Саша и Маша напоминали ангелочков. А еще мои хитрецы знали, как влюбить в себя окружающих… Наверное, все дело в особенных генах…
— Ой, какие у тебя детки… Как ангелы, — выдохнула она, смотря с интересом на Сашу и Машу. — Побыла с вами и столько положительных эмоций набралась! Взяли бы и привели ко мне малышей в гости. Я бы за ними присмотрела, поиграла, а то мне так одиноко сейчас, сыновей постоянно дома нет, один работать устроился, другой мотается с друзьями…
— Вы же в прошлый раз сказали, что няньчить никого не будете, так как хотите для себя пожить… Поэтому не хочу вас утруждать, — спокойно ответила я.
— Что ты такое говоришь?! Я не могла так сказать! Не наговаривай на меня! — рявкнула она, поджав губы.
У меня возникло ощущение, что Анастасия Павловна и тетя Венера из одного теста.
На Пандоре и на Земле хватает как положительных так и отрицательных личностей. Заметила то, что когда нам судьба устраивает испытание, то какая-то невидимая сила отправляет к нам на помощь добрых, надежных людей. Они становятся нашей опорой, нашим спасением. Всегда будут встречаться по жизни те, кто нас поймет и те, кто осудит… Те, кто посочувствует и протянут руку помощи и те, кто пройдет мимо… Мы все разные, и у каждого своя уникальная душа. Я старалась оградить себя от тех, кто мог ранить меня, и тянулась к тем, кто помогал двигаться дальше.
— Мила, с тобой все хорошо? — услышала я голос Максима и вздрогнула. Ушла в себя, забыв о реальности.
— Спасибо за праздник! — улыбнулась я, посмотрев на него с благодарностью.
Максим сжал мою руку, глядя на меня пристально, буквально прожигал взглядом. У меня сердце грохотало. Гаврилов чуть поддался вперед, следя за моей реакцией. Неосознанно потянулась ему навстречу. В тот же миг Макс запустил руку в мои волосы, пальцами сминая пряди на затылке, а горячими губами впился в мой рот. Показалось, что молния ударила в сердце, посылая разряд электричества в каждую клеточку. Огненная лава медленно заполняла вены, обжигая изнутри. Нежный, мягкий, но в тоже время страстный поцелуй. Сначала целовал без напора, нежно и изучающе. Крепче прижал меня к себе, свободной рукой сжимая талию. У меня дух захватило. Не могла поверить в то, что наши желания совпали. Обхватила пальцами крепкую шею, отвечая на его ласки, открывая перед ним свои чувства. Все было иначе… В голове пульсировала мысль, что Максим совершенно не похож на Бальтазара… Скорее всего, Макс точно так же успел сравнить меня с Олей… Но в данный момент времени нам было хорошо друг с другом. Мне нравились его прикосновения, они вскружили голову, заставили сердце учащенно забиться. Почему бы не отпустить прошлое? Пора двигаться вперед! Прошлое не изменить, не прожить заново… Оно осталось позади… Есть только настоящее… В котором присутствовал Максим. Его руки медленно, но с упором поглаживали мою спину, а я тонула в волне наслаждения. Мне не хватало воздуха, вцепилась пальцами в его рубашку, боясь потерять связь с миром.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Свет в зале включился, и мы с Максом прервали поцелуй. У меня щеки пылали, а волосы были растрепанными. Мы сделали вид, что ничего не произошло, хотя бросали друг на друга пленительные взгляды, от которых мышцы стягивало в узел.
— Мила, с тобой все хорошо? Ты сияешь, — хихикнув, спросила Сима.
Мы вышли на улицу, остановившись на парковке автомобилей. На улице уже стемнело и дул пронизывающий холодный ветер. Я поежилась.
— Да, все хорошо. Очень здорово провели время. Спасибо, что пришли, — сказала я друзьям и родным, пряча глупую улыбку.
— Да, мы тоже хорошо провели время. Еще раз с днем рождения! — сказала Сима. Она прищурилась и посмотрела на Максима. Его глаза сияли, а с губ не сходила улыбка. — Колитесь! Что мы пропустили? Вы двое как бенгальские огни, буквально светитесь, — допытывалась Сима. Я бросила на Гаврилова вопросительный взгляд.
— А почему мы должны грустить? Отличный праздник получился, да и фильм незабываемые впечатления оставил, — заявил Максим, смотря мне в глаза.
Мы попрощались с друзьями. Гаврилов взял меня за руку и подвел к машине. Посмотрел как хищник, притянул к себе, сминая мои губы в страстном, глубоком поцелуе. Теперь он не церемонился, осознав, что на пути нет препятствий. Меня трясло то ли от холода, то ли от возбуждения, то ли от страха… Я боялась делать шаг в новую жизнь…
Всю дорогу ехали молча, но тишина не давила, наоборот… Нам не нужны были слова, мы понимали друг друга с полу взгляда. Когда вернулись домой, дети уже спали, а мама успела накрыть на стол. Мы продолжили отмечать мой день рождение втроем. Отлично провели вечер, бросая друг на друга жадные взгляды. Мама не смогла удержать улыбку.
— Уже поздно, а мне завтра рано на работу… Три операции намечается, нужна свежая голова… Так что мне пора, — заявил Максим, поднявшись с места.
— Я провожу, — протараторила и пошла следом за ним.
В подъезде мы снова обнимались и целовались, не в силах оторваться друг от друга. Гаврилов уперся своим лбом в мой лоб и посмотрел в глаза, отчего у меня мурашки забегали по спине.
— Спокойной ночи, любимая, — прошептал он мне на ухо, прикусывая мочку уха. Волна дрожи пробежала по телу. Прикусила губу, чтобы не застонать от будоражащих душу слов. — Как бы я хотел остаться… Но мне действительно пора… К тому же не хочу спешить. Пообещай мне, что если у нас не получится, мы снова будем друзьями. Я боюсь тебя потерять… Влюбился в тебя, но не знал, готова ли ты к новым отношениям, — признался он, крепко прижимая меня к себе.
— Обещаю, — выдохнула я. — Что бы не произошло, ты всегда будешь в моем сердце занимать особое место. Спасибо тебе за все, — прошептала, накрыв его рот своими губами.
Когда мы оторвались друг от друга, и Максим ушел, я вернулась домой, пряча глупую улыбку. Впервые за долгих два года на душе стало тепло и появилась надежда на то, что все у меня будет хорошо…
— Слава тебе, Господи! — прошептала мама, прижав руки к груди. — Наконец-то вы с Максимом перешли на новый уровень отношений. Я уже думала, что никогда не дождусь этого момента. Вы подходите друг другу. Дай Бог, чтобы все получилось, — протараторила мама и крепко меня обняла, поцеловав в висок.
— Спасибо за то, что посидела с детьми. Я так счастлива, что страшно спугнуть это чувство, — призналась, переминаясь с ноги на ногу.
— Все будет хорошо, — подбодрила меня мама.
