воздушного судна. Однако к началу 1995 года стало понятно, что многие коллеги по цеху воспринимали это в штыки. Дело приняло достаточно серьезный оборот, чтобы обратиться в суд с иском против авиакомпании. Скотт полностью поддержал жену, хотя судебный процесс оказался более серьезным испытанием, чем они оба предполагали. «Мне нравилось летать, но я больше не могла. Я любила Скотта и детей больше всего на свете, но в 1995 году у меня началась сильная депрессия, и я не могла уделять семье столько внимания, сколько требовалось».
Без дохода Джинни денег стало не хватать. С самого начала брака Скотт и Джинни понимали, что могут рассчитывать на зарплату пилота, чтобы покрывать расходы семьи. Компания Скотта всегда как-то держалась на плаву, но того, что он зарабатывал в «Горном безумии», было недостаточно, чтобы полностью оплачивать счета. Профессия горного проводника, даже имеющего собственный бизнес, редко была прибыльной. Менеджер Карен Дикинсон обращала на это внимание соискателей, желавших работать в компании.
«Мы даже не думаем о том, чтобы нанимать людей без опыта, – говорила она им. – У вас должен быть огромный опыт работы, было бы неплохо, если бы вы говорили на одном или двух языках, кроме английского. Вы должны досконально знать место, куда ведете клиентов, владеть навыками скалолазания и уметь отлично общаться с людьми, и тогда мы почти ничего не будем вам платить». Самая высокая плата, которую предлагало «Горное безумие» в то время, составляла сто долларов в день, и это только за те дни, когда гид находился «в поле».
Иногда кто-то из лучших альпинистов Северо-Запада соглашался руководить поездками и курсами скалолазания «Горного безумия», но с точки зрения постоянного стабильного дохода почти любая другая карьера была более выгодной. «Если хочешь заниматься скалолазанием, то совершишь гораздо больше восхождений, когда не работаешь гидом, а просто ходишь в горы для удовольствия», – отмечала Карен. Но ее слова отпугнули не всех. Том Никельс, молодой уроженец Сиэтла, вернувшийся в родной город из большого путешествия по миру, был настолько заинтересован в изучении бизнеса, связанного с путешествиями, что вызвался помогать в «Горном безумии» и постепенно занял свое место в компании.
Скотт сел разрабатывать новые программы приключений, чтобы увеличить доходы. Рассматривая маршруты, которые «Горное безумие» будет предлагать в 1995 году, Скотт размышлял, насколько целесообразно провести коммерческую экспедицию на Эверест. Его друзья Роб Холл, Пит Этанс, Уолли Берг, Эд Вистурс и другие снова поведут клиентов на Эверест весной и, похоже, уже поставят это дело на широкую ногу. С другой стороны, организация такого восхождения требовала огромных временных и денежных затрат. Нужно было купить разрешение, нанять носильщиков и гидов, приобрести и доставить в Гималаи сотни килограммов снаряжения и провизии. Немалых денег стоил и искусственный кислород.
Несмотря на это, Скотт обратился в Министерство туризма Непала за разрешением на 1995 год, но к тому времени, когда он получил положительный ответ, ему показалось, что уже слишком поздно заниматься организацией такой экспедиции. Вместо этого Скотт дополнил брошюру «Горного безумия» поездками в горы Тихоокеанского Северо-Запада, Восточной Африки, Аргентины и России, а также семинарами по скалолазанию недалеко от дома. Он намеревался возглавить три больших восхождения – весной на Мак-Кинли, поздним летом на Броуд-Пик в Пакистане и экспедицию по сбору средств на Килиманджаро в середине зимы. Для восхождения на Мак-Кинли Скотт пригласил Роба Хесса в качестве одного из гидов. Скотт наслаждался восхождениями с Робом и считал, что они хорошо дополняют друг друга, особенно с учетом пристального внимания, которое Роб уделял техническим деталям экспедиции.
Том Никельс тоже смог выкроить время для участия в той поездке. Однако подкачала погода. Клиенты и гиды «Горного безумия» подняли снаряжение и провизию в лагерь на высоте примерно 4300 метров и несколько дней ждали, пока утихнет буря. Когда распогодилось, они дошли до отметки 5100 метров и установили новый лагерь. Отсюда до вершины оставалось еще около километра по вертикали. С учетом непогоды альпинисты сложили защитные стенки вокруг палаток из плотного снега, как оказалось, вовремя – в следующие пять суток шторм не дал никому и носа показать из палаток. «Наверху было очень тяжело, – вспоминал Роб Хесс. – Корейцы сложили непрочные снежные стены, которые не выдержали, и их палатки порвало и поломало. Нам пришлось приютить их».
«Роб был великолепен на том восхождении, заботился обо всех, просто потрясающе, – вспоминает Том Никельс. – Он научил меня очень многому – хитростям, приемам, поиску решений на горе». Когда буря утихла, альпинисты «Горного безумия» отправились в связке на штурм вершины. Корейцы увязались за ними, но подошел новый фронт. «Очень холодно и очень ветрено, видимость была нулевая, – вспоминает Том. – Когда решили уходить вниз, то непонятно было, куда спускаться».
Гид из соседнего лагеря понял, что альпинисты «Горного безумия» могут застрять, и вышел наверх помочь им. На следующий день небо прояснилось, и альпинисты Скотта снова отправились на вершину, но им было не по себе. «Мы вымотались, и клиенты вымотались, – говорит Роб Хесс. – Было крайне трудно. В конце концов мы обсудили ситуацию и поняли, что лучше бы нам выпить пива в Талкитне, и ушли с горы».
В нижнем лагере их встретили члены корейской команды, накормили лапшой, напоили чаем. «Бури были очень сильными, и корейцы удивились, что кто-то, кто был выше по склону, вообще выжил», – сказал Том. Никто из команды «Горного безумия» не достиг вершины Мак-Кинли, но все остались живы-здоровы. Другим повезло меньше. Когда альпинисты продолжили спуск, то увидели вертолет над ледником – спасатели извлекали тела трех альпинистов, укрывшихся в трещине и погибших от переохлаждения.
«Я вернулся с Аляски, – написал Скотт Лин Гаммельгард после приезда в Сиэтл. Они поддерживали переписку с момента их встречи в Гималаях несколькими годами ранее, и Скотт знал об интересе датчанки к горным приключениям. – И знаешь что? Мак-Кинли победила на этот раз. Это была худшая погода на моей памяти».
Скотт привык больше работать в офисе, занимался логистикой предстоящих экспедиций и проводил время с детьми. Финансовая проблема становилась все острее, поскольку судебный процесс Джинни шел медленно. Желая сэкономить, они со Скоттом обсуждали продажу дома в Западном Сиэтле и переезд в Норт-Бенд, в тридцати милях к востоку от Сиэтла. Для Скотта этот город был привлекателен еще и тем, что находился ближе к горам. Они стали ездить по окрестностям Норт-Бенда, осматривая дома.
Новости весеннего сезона 1995 года в Гималаях, возможно, позволили Скотту немного выдохнуть – он переживал, что не стал рекламировать коммерческое восхождение на Эверест. Экспедиция «Консультантов по приключениям» под руководством Роба Холла и Эда
