Потом от совместного обсуждения Александр Иванович увиливал. Сценарий вернуть отказался, заявив, будто тот нужен ему, чтобы избежать дублирования.
Подобные маневры настораживали. В довершение ко всему в апреле 1971 года вышел фильм Медведкина «Ночь над Китаем». Его содержание рассказал Михаилу Ильичу один из соавторов сценария готовящейся роммовской картины С. Зенин, посмотревший новинку. Тут Ромм не на шутку встревожился и написал председателю Госкино СССР А. В. Романову.
Вкратце изложив предысторию событий, режиссер писал про «Ночь над Китаем»:
Это полнометражный документальный фильм, в который, к нашему удивлению, включены основные материалы и центральные эпизоды из нашей картины. (Я сужу по подробному рассказу тов. Зенина, т. к. фильм показан мне не был.)
Речь идет не о совпадении отдельных кадров, совпадают узловые главные эпизоды, на которых строится сюжет, такие, например, как строительство карликовых домен, истребление воробьев, пресловутый заплыв Мао Цзэдуна по Янцзы, сцены «культурной революции», материалы о IX съезде КПК и т. д., и т. п.[71]
Узнав о жалобе, Медведкин отправил по этому адресу и свою. Он сразу делает упор на то обстоятельство, что сам Ромм его фильм не видел, а пересказывает с чужих слов. При таком способе знакомства неизбежно вкрадываются искажения. Это резонное замечание.
Далее Александр Иванович пишет, что действовал не подпольно, а совершенно официально. Написал в Госкино творческую заявку и 17 июня 1969 года получил разрешение на съемку. То есть вроде бы стал разрабатывать эту тематику раньше Ромма. Это уже камешек в огород Госкино, одна из задач которого координировать тематические планы.
В данном случае больших накладок не произошло, поскольку оба фильма оказались разделенными во времени. «Ночь над Китаем» вышла в 1971 году. Фильм же, начатый Роммом, лишь в 1974-м. Разрыв этот возник из-за трагических обстоятельств — 1 ноября 1971 года Михаил Ильич скончался.
До поры до времени Михаил Ильич не жаловался на здоровье. Однако вот уже лет пять как сердце нешуточно беспокоило, случались инфаркты. Часто оказывался в больницах. Грешил на два последних фильма, дававшиеся с большим напряжением сил. Работу над вторым из них, «Мир сегодня», был готов прервать. Появилось желание «сменить пластинку» — снять для разрядки какую-нибудь комедию. Уже на примете есть любопытный материал: в руки попала пьеса ленинградского драматурга Александра Володина «Две стрелы». Под видом детектива первобытного общества рассказывается о проблемах наших дней.
Действие происходит в каменном веке. Двумя стрелами убит некий демократ по прозвищу Длинный. В убийстве подозреваются четверо человек, глава рода ведет расследование. А как его вести? Ведь еще никто этим не занимался. Не у кого спросить, не с кем посоветоваться. Ведь впервые в мире. До всего нужно доходить собственным умом. Поэтому «пионеры сыска» выглядят комично. Вот первая подозреваемая в истории человечества — вдова убитого. Она говорит, что даже не умеет стрелять из лука. А как проверить, правда ли это? Ну, с грехом пополам догадались дать ей лук. Она сразу попала в указанное дерево. Говорит, что это случайность. А как проверить, правда ли это?
Медицинская справка о здоровье Михаила Ромма
Февраль 1971
[РГАЛИ. Ф. 844. Оп. 3. Д. 244. Л. 1]
И так на каждом шагу. Пьеса метафорическая. В персонажах просматриваются диссидент, пропагандист-провокатор, недалекий обыватель, номенклатурщик. Веселая и вместе с тем трогательная комедия.
Страна скорбела об утрате. Некролог и статья в «Литературной газете», посвященные Михаилу Ромму
3 ноября 1971
[РГАЛИ. Ф. 844. Оп. 3. Д. 250. Л. 1]
Прочитав ее, Ромм загорелся — нужно ставить! Набросал план. С постановочной точки зрения картина несложная. Одна экспедиция на юг, например, в Пицунду, в самшитовую рощу. Декорации в павильоне тоже не представляют большой трудности.
Михаил Ильич придумал пьесе новое название, теперь это «Детектив каменного века», и написал заявку в творческое мосфильмовское объединение «Товарищ». Подчеркнул в ней, что съемка комедии после двух суперсерьезных фильмов стала бы для него своеобразным отдыхом. «Надеюсь, смогу начать эту работу в 1972 году и закончить в 1973»[72].
Эту заявку Михаил Ильич написал 10 августа 1971 года.
Его жизнь всегда была насыщена событиями, самое главное из них работа. Можно сказать, и умер во время работы, как-то неожиданно, между делом. Дома утром писал очередные поправки к режиссерскому сценарию. Неожиданно почувствовал себя плохо, прилег и вскоре скончался. Через несколько дней похороны на Новодевичьем.
Вместо эпилога. Память сердца
Осенью 1971-го супруги Лариса Шепитько и Элем Климов отдыхали в Болгарии. Отдыхом в прямом смысле слова это можно назвать с большой натяжкой, поскольку основную часть времени они болели гриппом. Причем в тяжелой форме, температура за сорок. Узнав о смерти мастера, хотели рвануть в Москву, да сил не было, и врачи не рекомендовали — боялись осложнений.
Из-за того, что не присутствовали на похоронах учителя, вернувшись, чувствовали себя не в своей тарелке. Хотелось отдать дань памяти замечательному человеку. Выяснили, что свой последний фильм Михаил Ильич сделал примерно наполовину. А что, если его продолжить и довести до финала? Это станет подлинным памятником режиссеру. Картина будет делаться не на пустом месте. Ромм работал на виду у людей, многие знали о его планах. Есть жена, авторы сценария С. Зенин и А. Новогрудский, оператор Г. Лавров, другие сотрудники. Они расскажут, к чему стремился Михаил Ильич. Разве этого недостаточно, чтобы довести ярко начатую работу до конца?!
Шепитько и Климов были готовы проделать эту работу вдвоем. Однако настораживал этический момент: злые языки станут говорить, мол, что это за семейный подряд? Не слишком ли много они берут на себя, желая приватизировать творчество классика или, по крайней мере, примазаться к нему?
Режиссеры Л. Шепитько и Э. Климов в домашней обстановке
1960-е
[РГАКФД]
Во избежание кривотолков Шепитько самоустранилась от этой работы. Одному же Климову с такой махиной не совладать, во всяком случае в исторически обозримые сроки. Логично, если фильм закончит бригадным методом группа соратников. В первую очередь тут необходимо участие оператора Лаврова. Герман Николаевич работал с Роммом на фильмах «Девять дней одного года» и «Обыкновенный фашизм», он хорошо знаком с его постановочной манерой. Не случайно же нашли общий язык. Конечно, Лавров согласится помочь. Так же, впрочем, как любой другой из учеников. Правда, многие заняты, и хорошо, что востребованы. Свободен сейчас Марлен Хуциев. Он поддержал идею о продолжении фильма обеими руками. Формально Марлен Мартынович не был учеником Ромма, но таковыми
