портфель, а вечером, сделав домашнее задание, достала ее и начала писать. Стоило ей начать, как она поняла, что не может остановиться. Девочка исписала три листа, ей хотелось все-все рассказать бабуле. Она написала о том, что Рози забрали, и почувствовала, что вот-вот расплачется, но сдержалась. Когда-нибудь она обязательно найдет Рози, и они снова будут вместе, она пообещала это бабуле в своем письме.
Дэлия Уотсон увидела, какое длинное письмо написала Рита, и сразу же поняла, что не сможет отправить его, не вычеркнув лишнего. Придется многое из него убрать. Она просмотрела письмо и взглянула на Риту.
— Как много ты написала! — весело сказала она. — Вот тебе конверт. Напиши на нем бабушкин адрес, и завтра я отправлю письмо. Надо будет купить марок, чтобы оно дошло до Англии.
Рита встревоженно взглянула на воспитательницу.
— У меня нет денег на марки.
— Ничего, — успокоила ее миссис Уотсон. — Я куплю тебе марки. Напиши адрес, и можно будет отправить письмо.
Рита аккуратно написала на конверте адрес бабушкиного дома на Хэмптон-роуд и крупными буквами вывела слово «Англия». Потом она сунула письмо в конверт, лизнув, запечатала его и протянула воспитательнице.
— Вы правда отправите его? — спросила она, пристально глядя на миссис Уотсон.
— Правда отправлю.
Рита мельком взглянула на руки миссис Уотсон. Та не скрестила пальцы, значит, она сдержит обещание.
Тем же вечером Дэлия аккуратно распечатала конверт и, вытащив Ритино письмо, прочла его.
Дорогая бабуля, — читала она, — вчера я получила твое письмо. Я так рада, что тебе лучше. Так здорово, что ты больше не в больнице и что нога не болит. Никто нас с Рози не удочерил, это неправда, но из «Нежной заботы» мы уехали. Мы пытались вернуться к маме и малышу Ричарду, но жуткая тетка-инспекторша отвезла нас обратно в «Нежную заботу». Почти сразу же после этого нам сказали, что мы едем в Австралию. Маме нельзя было об этом рассказать, но, по-моему, она и так знает. Это все оттого, что дядя Джимми нас не любит.
Шесть недель мы плыли сюда на корабле. Там было хорошо, мы купались в бассейне, играли, читали книги. Еда была очень вкусной, и было очень жарко.
Мы видели много интересного по дороге, но сходить с корабля не разрешалось. Когда мы приплыли в Сидней, нас отправили на ферму. Она находится в маленьком городке под названием Каррабунна.
Когда мы приехали, нас расселили по коттеджам. Нас с Рози поселили в двух разных. Воспитательницу в моем коттедже звали миссис Гарфилд. Через два дня после того, как мы приехали, нас собрали вместе и велели надеть лучшую одежду. У нас не много одежды, Рози надела то платье, которое ты ей сшила. Я в свое влезть не смогла. Мы обе заплакали, вспомнив о тебе, вспомнив, как ты далеко.
Потом пришли люди, мистер и одна дама, чтобы посмотреть на нас. Мы должны были стоять прямо, потом один раз повернуться. Мистер рассмотрел внимательно каждую из девочек, а потом указал на Рози и сказал: «Возьмем эту». Потом ее увели. Она не хотела идти и начала кричать. Я хотела обнять ее, но меня оттолкнули. Потом всем велели вернуться в коттеджи. Рози все кричала, и ее утащили силой. Я прибежала к воротам, чтобы попрощаться с ней, но Рози посадили в машину, а мне не позволили. Миссис Гарфилд заперла меня в подвале на целую ночь. А когда я вышла, то поселилась в другом коттедже под названием «Лиственница».
Рози я больше не видела. Она уехала жить к этим людям, не знаю куда. Без нее очень одиноко. Ненавижу здесь всё. Когда выберусь наконец, найду ее обязательно.
Мы все здесь ходим в школу, здесь не только я одна из Англии. Когда мы приехали, было холодно, потому что была зима, не так, как в Англии. Сейчас весна и немного теплей.
Мне здесь не нравится, мне хочется домой. И хочется, чтобы Рози была рядом.
Напиши мне, пожалуйста, снова.
Люблю тебя,
Рита
Миссис Уотсон открыла бутылочку с чернилами и затерла некоторые строчки. Одну страницу она вообще выкинула, потом сунула письмо обратно в конверт и запечатала его. На следующее утро Дэлия пошла на почту, купила марки и опустила письмо в почтовый ящик. Она сдержала свое обещание, она отправила Ритино письмо.
Глава 27
Лили пила вторую чашку чая, когда сквозь отверстие для писем в двери проскочило письмо и упало на пол. Женщина, неловко наклонившись, подняла его. Откуда-то из-за границы, без очков не поймешь. В глаза ей бросились иностранные марки с изображением какого-то короля. Она отнесла письмо на кухню и поскорей надела очки. На марках действительно оказался какой-то король, а под ним крупными буквами было написано: «Австралия». Вот это номер! Кто ей пишет из Австралии? Она взглянула на аккуратно выведенный адрес на конверте, и у нее закружилась голова. Лили тяжело опустилась на стул. Этот почерк она узнала же сразу же. Детский почерк, Ритина рука. Рита? Но как Рита может писать ей из Австралии? Ее же вместе с Рози удочерили англичане, где-то на севере. Дрожащей рукой Лили разорвала конверт и взглянула на подпись. «Люблю тебя, Рита» — прочла она. Убедившись в том, что она не ошиблась, Лили вернулась к началу письма и начала читать.
Дорогая бабуля, вчера я получила твое письмо. Я так рада, что тебе лучше. Так здорово, что ты больше не в больнице и что нога не болит.
Потом несколько строк было вымарано, ничего не разобрать.
Шесть недель мы плыли сюда на корабле. На корабле было хорошо, мы купались в бассейне, играли, читали книги. Еда была очень вкусной, и было очень жарко.
Мы видели много интересного по дороге, но сходить с корабля не разрешалось.
Еще одна затертая строчка.
Когда мы приехали, нас расселили по коттеджам.
И снова вымаранные, зачеркнутые слова. Лили рассердилась. Рита написала ей, рассказала, где они и что с ними случилось, но кто-то прочел ее письмо и вычеркнул почти все важное.
«Как во время войны, — подумала она. — Но зачем? Как они посмели? Почему нельзя написать письмо своей бабушке?»
Она попробовала дочитать письмо, но вскоре поняла, что не хватает целой страницы. На последнем листочке было всего несколько строк:
Мы все здесь ходим в школу, здесь не только я одна из
