третьего мира. Кот д’Ивуар находится ближе всего к дому, но в данный момент я склоняюсь к выбору острова в Карибском море, где для меня все готово. Там я смогу побаловать себя чудесными сигарами, хотя прошу не рассказывать об этом моим женам.
Корт выпрямил спину, хотя по-прежнему сидел со скрещенными ногами.
– Чушь собачья.
– Дипломатия, – с улыбкой ответил Бакри Али Аббуд.
– Думаете, европейцы так просто отпустят вас?
Президент медленно покачал головой; его белые зубы снова блеснули в полумраке.
– Не только европейцы. Американцы тоже.
Джентри был ошарашен. Он понимал, что находится не в том состоянии, чтобы оценивать сигналы, посылаемые лимбической системой президента, и улавливать признаки обмана по мельчайшим изменениям на лице. Но этот подонок определенно выглядел уверенным в себе.
Улыбка словно приклеилась к лицу Аббуда, когда он произнес с преувеличенным американским акцентом:
– Как вы уже сказали, мистер Шестой, никто вам ничего не говорит, да?
– Почему? – хрипло спросил Джентри.
– Ради блага мира, – хохотнул Аббуд. – Как вы думаете, что случится, если мятежники из СОА убьют меня в моем родном городе? Гражданская война разразится в десятикратном масштабе по сравнению с нынешним, только будет еще хуже. Китайцам нужна нефть, поэтому они поддержат моего преемника точно так же, как поддерживали меня. Но Россия поддержит военный переворот, а не гражданскую передачу власти, и русские будут помогать нашим соседям на западе. Чад вторгнется в северный Дарфур и передаст тамошние нефтяные месторождения России в качестве платы за поддержку. Гуманитарные лагеря для беженцев окажутся в смертельной опасности, а UNAMID будет вынуждена убраться из страны, поскольку соглашение о сотрудничестве было заключено со мной, а не с правительством Чада. Китай будет подталкивать моего преемника к тотальной войне с Чадом ради возвращения «Участка 12А», а мой преемник, по сути дела, является слабым человеком. В отличие от меня, он подчинится их воле и примет условия, неприемлемые для меня. Китай просто купит его своим оружием, влиянием и деньгами. В результате через год после моей смерти Восточная Африка превратится в центр конфликта двух сверхдержав, и десятки тысяч людей погибнут, а еще миллионы будут вынуждены бежать с родных мест.
– Но разве ваше похищение не приведет к такому же результату?
– Наступит кратковременный хаос, но я соглашусь на условия, которые были тайно предложены мне три года назад. Если я раскрою подробности русских нелегальных поставок в Судан, если я прямо и настойчиво объясню моим сторонникам, что русские готовы раздувать пожар войны против нас, то русские потеряют свое влияние на гражданское население страны, и гражданская война прекратится. Если не будет гражданской войны, то сомнительно, что Чад решится на вторжение. Я могу даже распространить информацию, что Китай был причастен к моему похищению. Это повредит китайским интересам в регионе и вернет суданцам наши полезные ископаемые.
– Китай не имеет никакого отношения к вашему похищению.
Аббуд пожал плечами.
– Мои сторонники поверят мне. Кроме того, мои слова имеют подтверждение. Китайский спецназ тайно занимался подготовкой моих воинских подразделений в Порт-Судане, чтобы обеспечивать безопасность «Участка 12А» на границе с Чадом. Китаю хорошо известно, что русские положили глаз на его нефть, и китайцы знают, что Россия хочет видеть меня мертвым. Я могу убедить суданцев, что у меня возникли разногласия с Китаем, поэтому они решили убрать меня со сцены.
– Блестяще, – сказал Корт, хотя не испытывал ничего, кроме отвращения.
– Благодаря вашим коллегам. Все это было частью плана ЦРУ, – плана, предусматривавшего мою добровольную выдачу МУС. Как уже было сказано, тогда я отказался от их предложения насчет комфортной ссылки, – президент добродушно пожал плечами. – Поэтому вас и прислали сюда: чтобы сделать предложение более наглядным и убедительным.
– Значит, вы более полезны живым, чем мертвым.
Аббуд пожал плечами.
– Это очевидно. Вы увезете меня отсюда живым, и я сыграю свою роль. Как вы сказали сегодня утром в Суакине, мы с вами в одной команде. Но тогда вы еще не знали всей правды.
Спутниковый телефон зазвонил.
Глава 44
– Привет, Зак.
– Ты с нами или до сих пор видишь синих жирафов?
– Я в порядке и на ходу, прошу прощения за прежнее. Боль была чертовски сильной, и я неправильно рассчитал дозу…
– Забудь об этом. У нас проблема. Вся эта операция только что перевернулась вверх тормашками.
– Что случилось?
– В Лэнгли говорят, что мы завалили нескольких китайцев.
Корт подумал о недавних словах Орикса.
– Они были участниками боевых действий.
– Несомненно, но это все равно табу для высшего руководства.
Корт знал, о ком идет речь.
– Это спецназовцы, тренировавшие суданских вояк в Порт-Судане.
– Да, и Дэнни так думает. Вероятно, из подразделения «Летящий Дракон». Суданская резидентура даже не знала, что они находятся в стране.
– Проклятье, Зак. Насколько все плохо?
– Судя по тому, что я слышал, ничего хорошего. Прямо сейчас Лэнгли собачится с Белым домом. В Вашингтоне не подписывались на потасовку со сверхдержавой.
Корт вытер пот, застилавший глаза. Рана по-прежнему болела, хотя и не так сильно.
– Сколько китайцев вы положили?
– Судя по всему, около тридцати. Мы полагаем, что тот «МИ-17», который подстрелил Дэн, был набит китайскими спецназовцами: это соответствует количеству погибших. Но если серьезно – какая, на хрен, разница? Разве их не больше двух миллиардов? Вряд ли кто-то будет скучать по ним.
– Дэн точно не будет.
– Ха! Верно подмечено.
– И каковы будут последствия?
– Как и ты, понятия не имею. Мне предстоит восстановить связь с Дэнни через полчаса. В худшем случае, мы уносим ноги.
– Ты имеешь в виду, вместе с Аббудом?
– Давай дождемся ответа.
– Принято. Шестой, конец связи.
* * *
Зак перезвонил сразу после девяти вечера. Корт провел последние сорок пять минут, беседуя с Ориксом о предложении, которое тот получил от Запада. Казалось, президент был готов сделать все, что от него потребуется, лишь бы избежать тюрьмы и попасть на Кубу свободным человеком.
Это выглядело тошнотворно, но Корт понимал: такой итог будет несравненно лучше длинного списка альтернативных кровавых развязок.
– Шестой, я хочу, чтобы ты вышел за пределы слышимости Орикса, – сказал Зак.
– Понял, секунду, – Корт посмотрел на Орикса, по-прежнему прикованного за руку к центральной балке, повернулся и вышел из хижины. Он опустился на корточки в вечерней прохладе за задним бампером «Шкоды».
– Твои оперативные указания полностью изменились, Шестой. Ты готов к этому?
– Я слушаю.
– Китайцы утверждают, что во время сегодняшних боевых столкновений в Суакине погибли двадцать шесть их гражданских советников, – после короткой заминки сообщил Зак.
– Дерьмо собачье. Они не были штатскими.
– Конечно, нет. Они вешают нам китайскую лапшу на уши, но они могут это делать, и все им поверят.
– Продолжай.
– Белый дом
