— Чур, если попадётся такая «игрушка» в трофеях, её мне оставьте пожалуйста, — с нотками лёгкой зависти в голосе попросил его.
Здоровая пушка реально внушает и тянет к себе. Взял в руки тяжелый ствол, примеряясь к его весу. Хотя сам понимаю, что это просто блажь, однако ничего с собой не могу поделать, хочу и всё тут. У самого куча самого разного оружия, а мне всё мало и мало. Это наверное особая форма болезни, «воспаление жадности» называется. А вот нарваться на хорошее и эффективное лекарство от неё в виде вражеской пули, как–то не хочется. И, тем не менее, именно я встану, или лягу, что непринципиально, на самом переднем крае, потому считаю возможным сейчас немного понаглеть, пока ещё ничего не началось.
— Если сегодня у нас получится отработать план без осечки… — как–то не очень весело усмехнулся Смит, явно вспоминая о том, что все планы хороши до первого выстрела, — я тебе её просто так подарю, благо, после недавних событий у меня ещё одна есть. Да и патронов щедро отсыплю, чтобы ты себе все плечи прикладом отбил на долгую память.
— Запасливый ты, братец–кролик, ловлю тебя на слове, дружище, — протянул тяжелое оружие обратно. — А за меня не беспокойся, не первый год приклад ласкаю. Короче, принимай работу, у меня всё готово.
Показал ему что надо сделать для поднятия антенн и включения «глушилки». Затем облачился в свой бронежилет и шлем, водрузил на себя тяжелый рюкзак и отправился пешком к своей позиции, занимать одну из отрытых нор, какая покажется удобнее.
Едва откинул маскировочную сеть в своё будущее убежище, как на меня оттуда стремительно пригнуло что рыжее. Непроизвольно упав вбок, выхватил из кобуры пистолет, но так и не успел выстрелить: неизвестное мне длинное существо бросилось вниз по склону часто петляя в невысокой жухлой траве. Присмотревшись к нему внимательнее, определил его как большую многоножку, длиной около полуметра. Никогда раньше таких больших насекомых не видел. Не удивлюсь, что трогать руками эту гадость крайне не рекомендуется, тварь запросто может оказаться ядовитой. Посветив внутрь норы фонариком, обнаружил там ещё одну такую же гадость, свёрнутую в мохнатый клубок. Кое–как стволом автомата подцепил и выбросил её вслед за первой испытывая жуткое омерзение. «Фуух, перепугали проклятые, чуть штаны не обмочил», — мысленно подшутив над собой, залез в нору, успокаивая при этом трясущиеся руки. Людей с оружием уже не так боюсь, как всяких местных тварей. Обустроившись и хорошо замаскировавшись, проверил своё оружие и заодно опробовал связь с остальными бойцами нашей группы. Промерил дальномером точное расстояние до нескольких ориентиров в низине и опять пристроился немного вздремнуть, несмотря на дневную жару и своё полное обмундирование, которое совсем не добавляло лишней прохлады. Всё же конкретно выдохся я за эту ночку геройского трудового порыва.
В этот раз проснулся сам от едва слышимого шума мотора. Даже не просто шума, а кого–то высокочастотного звона вперемешку с жужжанием. Не поднимая маскировочной сети, попробовал осмотреть, что происходит внизу. Пока там никого не было кроме парочки мелких копытных, обгладывавших колючие кусты, однако глаз заметил, как что–то быстро промелькнуло вверху, пройдя практически в нескольких метрах над моей лёжкой с характерным тихим звоном двигателя небольшой авиамодели. Если самолётик пролетел бы немного дальше, его уже не услышишь. «Вот это да, тут оказывается, разведывательные БПЛА[19] вовсю используют» — изумлённо мысленно присвистнул, забиваясь подальше в нору. Если наёмники что–то заметят, то здесь точно не остановятся, уйдут на запасную позицию, в существовании которой можно не сомневаться, или вовсе отменят свою операцию в этом месте. Тогда и наша операция пойдёт по второму варианту, но в этом случае мне лично ничего интересного не обломится, но и риска тоже не будет, что есть существенный плюс. Один единственный. Хотя, с другой стороны, с какого бодуна я тут напрасно разволновался? Нормальной оптики у видеокамеры на такой маленькой «птичке» нет, хрен там что–то видно на экране у оператора. Тут надо знать, что и где искать, чтобы действительно что–то найти, а так, при поверхностном осмотре сверху ничего не увидишь, трава и трава. Маскировались мы со знанием дела, хотя и не рассчитывали на воздушную разведку, и всё равно пусть смотрят, здесь совсем никого нет, об отсутствии следов мы позаботились изначально, даже на машинах заезжали по чьим–то старым следам. Вскоре звук мотора авиамодели стих, зато появился автомобильный. В распадок на хорошей скорости съехала пулемётная багги с торчавшей длинной антенной радиостанции. Покрутилась там некоторое время, распугивая мелкую живность, брызнувшую в разные стороны из низины, и остановилась около большого куста. Затем послышался шум большой колонны автомобилей. Один за другим вниз съезжали разнообразные грузовики, джипы, ещё несколько багги с пулемётами. Я насчитал семнадцать машин, и все они вооружены пулемётами на турелях, даже кунговые грузовики. Серьёзная команда пожаловала, аж страшно высовываться. Просто сметут лавиной огня из всех имеющихся у них стволов, имени–фамилии не спросят. Но шанс у нас есть… если они вдруг ненадолго расслабятся, почувствовав себя в относительной безопасности. Нельзя же постоянно бдить — никаких нервов не хватит. Однако те ребята своё дело знали крепко и какая–то дисциплина в их рядах тоже присутствовала. Недолго постояв внизу, на соседние холмы выдвинулись две багги, где имелись удобные для наблюдения за округой точки. Мы примерно предполагали, где они встанут, там их легко достанут наши люди, когда нам потребуется начинать. Затем народ внизу стал суетиться, натягивать маскировочные сети над машинами, часть народа стаскивала различное оружие в два грузовика, с тентоваными кузовами, после в эти же грузовики запрыгнули около двадцати человек, и они поехали в сторону «западной дороги» под прикрытием одной пулемётной багги. Как мы изначально и предполагали, часть наёмников сразу покатила устраиваться на своих огневых позициях, которые они подготовили явно заранее, а часть останется в основном лагере. Насчитал внизу около тридцати человек из тех, кто остался, впрочем, я мог видеть далеко не всех, может кто–то остался в машинах.
Натянув маскировочные сети, часть оставшихся в лагере наёмников занялись установкой походных палаток. Ночевать в машине далеко не самое удобное дело, тем более в безопасном месте. Я бы сейчас с большим удовольствием облился водой и пристроился в подобной палатке, а не сидел бы в своей узкой норе. От дневной жары весь успел обчесаться, вернее стоически мысленно давить зуд, равномерно гулявший по всему телу. Ибо если только начать чесаться, то после крайне трудно остановиться. Отвлекающий рефлекс, однако. Старался получше разглядеть суетящихся внизу людей, чтобы выбрать подходящий момент для первого выстрела. Именно мне выдана честь подать команду к открытию огня, так как я лучше всех видел происходящее в лагере врага, находясь от него чуть дальше сотни метров. И если успею быстро поразить хотя бы нескольких противников, до тех пор, пока они опомнятся, это уже большой успех. Однако подходящий момент так и не наступал, слишком мало потенциальных целей показывалось на открытом пространстве, многие из них торчали внутри своих машин, и полной уверенности в их гарантированном поражении у меня не было. Всё же патроны не бронебойные, а снайперские. И если кто–то успеет добраться до пулемёта, раньше, чем его снимут, могут появиться потери с нашей стороны, а такого расклада нам точно не надо. Нас здесь вообще слишком мало, следовательно — придётся бить цели только наверняка и без какой–либо суеты.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
