Читаем без скачивания Без пощады - Александр Зорич

Но тут поступили известия — от этих самых ребят, — которые, как мне вначале показалось, однозначно ответили на главные вопросы: «Куда летим?» и «Кого бьем?»

— Внимание! Выход из Х-матрицы крупного соединения противника в нашей зоне ответственности! Дистанция — 670!

Кто это? Очередная авианосная группа? Да сколько же у проклятой Конкордии авианосцев?!

— Приготовиться к повороту 120-70…

Ага! Резко меняем курс! Значит, командование нацеливает нас на этих свеженьких клонов? И то верно: куда бы они ни намеревались направиться после выхода из Х-матрицы, для набора скорости им потребуется время. Мы в любом случае успеем их перехватить на выгодном для себя ракурсе!

Техники бросились от наших машин прочь. Крутой вираж авианосца — это не хухры-мухры. Вектор ускорения частично компенсируется силовыми эмуляторами, но все равно — сносит иногда так, что магнитные ботинки от пола отрывает! Нам-то, в пилотских креслах, все нипочем, а вот техникам надо успеть ухватиться за поручни…

— Соединение противника идентифицировано. Наблюдается до двадцати универсальных десантных авианосцев и штурмовых транспортов. Эскорт и корабли непосредственной огневой поддержки — тридцать вымпелов.

Вот это лакомый кусочек! Атаковать его! Немедленно! Вызвать на подмогу группу «Буран» и навалиться всей армадой! Это же уникальный шанс сорвать вторжение!

Правда, клоны тоже в долгу не останутся… На какой дальности нас обнаружат их эскортные корабли? Ну, скажем, триста. Туда-сюда, плюс на минус…

Выходит, примерно в то же самое время, когда наши торпедоносцы выйдут в атаку, из Х-матрицы можно будет ожидать появления тех ударных сил, с которыми контачит «Циклон»… Преимущество во флуггерах у клонов будет двойное, а может, и тройное… Нашим группам придется очень туго. Авианосцы мы, конечно же, потеряем. А вместе с ними — и все палубные флуггеры, ведь садиться машинам будет некуда, до Города Полковников отсюда никак не дотянуть…

Что ж, это жестокий размен: две ладьи (наши авианосные группы) на ферзя (их десант). Но шанс, какой шанс! Истребить до последнего человека две, а то и три десантные дивизии с частями усиления! Там же вся элита: спецназ «Скорпион», егеря «Атурана», воздушная кавалерия, бронедесантные полки, штурмовые группы разведки флота! Те самые победоносные части, которые записали на свой счет все наши колонии Синайского пояса!

А нельзя ли обойтись жертвой только одной ладьи — группы «Циклон»? В самом деле: «Циклон» прямо сейчас выходит в атаку на конкордианские авианосцы и связывает их боем. Да, силы неравны, да, четыре наших авиакрыла скорее всего погибнут в полном составе. Но! Но клоны с перепугу бросят против них все наличные силы. Все-таки триста шестьдесят флуггеров — это страшно. Против такой силищи не повредит и трехкратный численный перевес… И пока они там будут рубиться, пока, захваченные азартом боя, перейдут в контратаку против наших авианосцев, мы спокойно оторвем конкордианскому циклопу его загребущие лапы!

В общем, лейтенант Пушкин за главкома Пантелеева сражение уже выиграл. «Циклон» я мысленно бросил против авианосцев, «Шторм» и «Буран» — против десанта. Я даже досчитался до того, что после разгрома десантного соединения мы успеем вернуться на родные палубы и отступить к Городу Полковников, чтобы соединиться с Интерфлотом. И клонам, оставшимся без десанта, уже не будет никакого резона ввязываться в кровопролитную бойню с силами ближнего прикрытия Восемьсот Первого парсека.

Товарищи, читайте книгу кавторанга Дегтярева! Там написано то же самое, только подробно, образно и остроумно, и к каждому абзацу еще красивая схема приложена или таблица какая. А еще у Дегтярева, в середине главы «Балет», очень хорошо рассказано — со слов инженер-вице-адмирала Шпильмана, — как принималось главное решение того дня.

Пока я, сидя в своем «Дюрандале», прикидывал оперативную обстановку на пальцах, военный совет Первой Группы Флотов просчитывал возможности комбинированной атаки и обсуждал различные варианты рационального использования авианосных групп. А главком Пантелеев, расхаживая по бункеру за спинами спорящих адмиралов, тихо насвистывал «Болеро».

Потом Пантелеев остановился и сказал:

— Друзья мои, это ловушка. У конкордианских адмиралов очень высокий уровень оперативного мышления. Кто в этом не убедился во время январских сражений? Лично я убедился. Так что не будем себя обманывать. Не могли они допустить такую грубую ошибку: выдвижение ударных и десантных сил по двум разобщенным направлениям. Следовательно, расчет неприятельских адмиралов строится именно на том, что мы, определившись с их группировкой, немедленно атакуем десантные транспорты. Наши авианосцы раскроют свое положение, втянутся в бой и будут уничтожены их ударными соединениями, подошедшими через Х-матрицу.

— А если все-таки нет? — прищурившись, спросил вице-адмирал Лещенко. — Если в конце концов атака группы «Циклон» сможет вывести их командование из равновесия и оно задействует все свои флуггеры для отражении нашего налета? Тогда «Буран» и «Шторм» действительно получат необходимое время — скажем, час — для стремительного удара по десанту с последующим отходом через Х-матрицу в ближнюю зону Города Полковников.

Пантелеев покачал головой.

— Лично я в это не верю, Андрей Васильевич.

— Николай Федорович, извините за резкость, но мы не можем возлагать все наши надежды на небольшое соединение Х-крейсеров, которое только называется флотом, а фактически является эскадрой! Я помню первоначальный замысел сражения, я считаю его правильным, но не забывайте, что в соответствии с этим замыслом Х-крейсера придется вводить в бой в крайне сложной, критической обстановке! Я считаю, что «Циклон» в любом случае нужно выслать в атаку против авианосцев. И дальше — действовать в зависимости от реакции противника. Если сложатся условия для использования «Бурана» и «Шторма» против десантного соединения — значит их надо использовать. Если нет — откажемся от атаки и уберем группы из текущих районов оперативного ожидания, чтобы их присутствие не было обнаружено противником.

— То есть, Андрей Васильевич, вы готовы принести «Циклон» в жертву? Возможно, безо всякой зримой выгоды для общего дела?

— Да, Николай Федорович. Готов.

— Что ж, поставим этот вопрос на голосование. Военный совет как-никак…

Группа «Циклон» — полтора десятка вымпелов, в том числе четыре авианосца — вышла в атаку на остром курсовом угле. В общей сложности ей противостояли двадцать два конкордианских авианосца и восемь линкоров с соответствующим эскортом.

Клоны поначалу произвели массовый взлет. Экраны радаров побелели: тысяча с лишним отметок от вражеских флуггеров!

Казалось, главная цель атаки достигнута: клоны паникуют, их ударные соединения связаны, пора атаковать десант…

Но Пантелеев не верил глазам своим. И правильно делал. Через несколько минут три четверти авианосцев приняли свои машины обратно. И когда наши ударные эскадрильи упорно пробивались к объектам атаки под шквалом зенитных ракет, конкордианские ударные соединения начали одно за другим исчезать в Х-матрице. На поле боя остались только пропорционально адекватные силы врага: семь авианосцев, много фрегатов и четыреста флуггеров. Из этих флуггеров примерно четверть занялась прикрытием своих кораблей, а остальные отправились громить наши авианосцы.

Вслед за этим последовало яростное встречное сражение, в котором обе стороны дрались отважно, доблестно и ожесточенно. Но каковы бы ни были его результаты, они не могли сказаться на оперативной обстановке в целом.

Вот тут-то и начался балет. Атака группы «Буран» против десанта была отменена. Более того: потребовалось немедленно убрать нас подальше, пока мы не вошли в зону действия конкордианских радаров. Последовало предупреждение: X-переход!

Заработали люксогеновые конвертеры, корпус «Трех Святителей» завибрировал, запел, растворился в Х-матрице.

Так мы бесславно покинули поле несостоявшейся битвы, а нас заместил вызванный с рейда Города Полковников эскортный авианосец «Рюдзё» из состава Интерфлота. Он должен был поддержать связь с осиротевшими дозорами «Асмодеев», а затем подобрать их и привезти домой.

Группа «Буран», которая, как и мы, готовилась поучаствовать в избиении десанта и параллельно наблюдала за бездействием подозрительной эскадры противника в своей зоне ответственности, тоже ушла в Х-матрицу. Вместо нее был прислан другой одинокий японец — «Хошо», собрат «Рюдзё».

В течение следующих полутора часов напряжение нарастало.

Контакт с тремя авианосными соединениями главных сил Клона, которые проигнорировали вызов, брошенный «Циклоном», восстановить не удавалось. Десантный флот противника изменил курс и ушел за горизонт технической видимости «Асмодеев». «Рюдзё» потихоньку собирал флуггеры, оставшиеся в беспризорниках после отхода нашей группы.