Читаем без скачивания Кошак (СИ) - Кузнецов Павел Андреевич

Демонстрация завершилась. Несколько секунд в помещении стояла тишина, каждая орденка переваривала увиденное — впечатление было особенно ярким на контрасте с предыдущими записями, просмотренными до моего появления. Я первым нарушил молчание.

— Сёстры, валькирии всего лишь нужно было увидеть альтернативу. Понять, что она возможна. В обществе Республики сложно с волевыми сильными мужчинами, которые способны стать надёжной опорой и поддержкой для целой звёздной. У неё особые требования, особый спрос. Всё же после психологической смерти некоторые вещи переосмысливаются заново, — я постарался максимально дипломатично сформулировать конфликт императивов, проявившийся в случае Кикки особенно остро. Что-то подсказывало, что рубить с плеча в данном случае не следует. — Но я уверен, сестра по фракции полностью осознала всю глубину собственного заблуждения. Она сможет найти мужчину и сделать его под себя таким, каким видит. Звёздная подходит на эту роль идеально, теперь всё её упрямство будет направлено на благо генетической программы и интересов Экспансии. Я подтверждаю, что её нетрадиционная ориентация никак не отразилась на наших отношениях, то есть она не была проникнута ею. Это — поверхностная шелуха, которую подхватил и унёс прочь ветер осознания и раскаяния. Никаких неудобств я с этой кошкой не ощущал, напротив — она очень чутка и отзывчива.

— Я тоже не ощущала с тобой неправильности, — тихо добавила Кикки. — Ты очень чуткий и правильный мужчина. Настоящий воин. Тебе можно доверить спину. Наверное, это самое главное моё требование к мужчине вообще — возможность доверить спину. Я действительно собираюсь найти себе подходящего мальчика и сделать его под себя. Поднять его на свой уровень личностного развития и индивидуальной подготовки. Не позволять сёстрам превратить его в игрушку для стаи. Если так будет сообразно Экспансии, разумеется…

— Поэтому, если Трибунал интересует моё мнение, я бы рекомендовал дать возможность Кикки А`Фрай служить в стае, имеющей в своём составе кота. В идеале, дать звёздной возможность отобрать подходящую кандидатуру. С обязательным участием в посвящении мужчины во фракцию — это дало бы дополнительную точку соприкосновения.

— Трибунал услышал тебя, брат по клинку, — оборвала наши излияния Лирана. — Остаётся прояснить вопрос с кошками стаи Кикки. Насколько можно судить по записям — она предавалась пороку исключительно в составе стаи. Никто другой в этом замечен не был. Должна быть причина подобного поведения сразу восьми валькирий.

— Поддерживаю. Будет правильно пригласить стаю и выслушать её объяснения, — склонила голову снежка, соглашаясь.

Кошки просочились в Сферу по одной, но тут же скучковались и образовали боевое построение. Пройдя в отведённую им зону, валькирии исторгли из своих рядов мечницу — Рикки. Мне стало мучительно жаль метиллию: опять девочке отдуваться за всех. Нет, определённо, мечницы заслуженно имеют особый статус в составе стае. Чтобы отвечать за всех, нужно быть независимым от тех, за кого отвечаешь.

— Когда стая осознала, к чему ведёт увлечение звёздной, было принято решение ограничить её поползновения семьёй. Чтобы ничто не вышло за пределы стаи. Поэтому все сёстры согласились быть с ней… не только сёстрами. Это было осознанное и волевое решение, призванное защитить заблудшую кошку.

— Записи Памяти не показали ничего подобного, — хмуро обронила снежка, смотря исподлобья.

— Решение принималось при отключенных записывающих средствах. Стая не посчитала это решение достойным Памяти.

— Они взяли на себя груз последствий. Разделили между собой, — тихо, но внятно проговорил я. — Это… достойный поступок.

— Есть ещё что-то, чего старшие сёстры до сих пор не знают? — вопрошала снежка, сверля взглядом гордо выстроившихся кошек.

— Рикки узнала о нашем решении лишь перед Трибуналом, — вышла вперёд Старшая. — Она в нём не участвовала и до последнего пыталась вразумить заблудших сестёр.

Орденки ощутимо расслабились. Похоже, их больше всего в этой истории задело нелицеприятное поведение мечницы, скрывшей такие подробности от собственных сестёр по клинку. Теперь же, когда недоразумение разрешилось, все вздохнули с видимым облегчением.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Есть ли ещё что-то, что могут поведать Трибуналу собравшиеся здесь, и что может быть существенно для принятия решения?

— Стая готова подтвердить, что после знакомства с Кошаком Кикки больше на сестёр не лезла, — вышла из строя Варана.

— Ну, при мне она тоже на девочек не засматривалась. Не до того ей было, — хмыкнул я. — Мысли, конечно, читать не умею, могу судить только по поведению.

— В моих мыслях лишь ты один. До сих пор. Если сегодня мне суждено умереть — я умру счастливой, — со светлой улыбкой проговорила Кикки с моего плеча. Она так и не поднялась оттуда больше, хотя вряд ли дело было в неуважении Трибуналу. Думаю, и орденки это понимали.

— Трибунал вас услышал, — выдала последнюю фразу Лирана, очертила клинком круговое движение, и над мечницами возникло общее непрозрачное поле.

«Принимают решение» — догадался я. — «Чтобы никто не мешал и не мог повлиять в процессе. Да и тайну совещания сохранить. Разумно».

Впрочем, совещались женщины недолго. Не прошло и пяти минут, как поле погасло. Теперь все трое стояли с клинками, мирно покоящимися на плечах. Очередной исполненный символизма жест не говорил мне ничего конкретного. Однако уже одно созерцание орденок в спокойных и даже умиротворённых позах, с возложенным на плечо оружием, породило среди валькирий слитный вздох облегчения. Они явно понимали в происходящем поболе меня. Ну так и груз свой несли не один месяц…

— Трибунал Республики Миров Объединённого Человечества вынес свой вердикт. Наше решение — Кровь! Стае даётся право смыть позор кровью. С завтрашнего дня валькирии отправляются на передний край Экспансии. На протяжении полугода они более не участвуют во фракционных ротациях. При снижении численности стаи ниже половины членов, если это произойдёт ранее полугодового срока, искупление кровью считается состоявшимся. По истечении полугодового срока искупление в любом случае считается состоявшимся. Память с момента временного помутнения рассудка звёздной сестры аннулируется у всех валькирий стаи. Трибунал также постановляет считать началом «чистой» Памяти момент встречи Кикки А`Фрай и Леона Ивановича Познань. Решение принято окончательно. Все участницы Трибунала в нём единогласны и не имеют относительно него особых суждений.

На последнем слове Лираны поля в Сфере «рухнули», деактивируясь. Дольше всего продержались планеты-прародительницы. Их свет медленно угасал, пока пространство над головами орденок не перестало светиться совсем. Тогда все пришли в движение. Меня тут же увлекла за собой Кикки, и выглядела она донельзя счастливой. Остальные валькирии от неё не отставали, и едва ли не подпрыгивали от еле сдерживаемой радости. Возможно кто-то и посчитал бы их поведение ненормальным, но только не я. Республиканки скинули с себя груз ответственности, что давил на них столько времени. Ну а что до крови… Так они и так проливают её за Экспансию. Что с того, что теперь им придётся проливать её более интенсивно? Штрафницы, блин…

На площадке прямо перед зданием Представительства поджидал катер, туда-то вся стая и загрузилась, увлекая и меня в гостеприимные недра. Я немного ошалел от неожиданного напора, а заодно и от резкой смены полярности настроя — своего и кошек. Облегчение ощущалось буквально каждой порой кожи. Уже в катере услышал сзади чей-то окрик: «Подождите!». Голос показался смутно знакомым. Спустя пару мгновений в уже отрывающийся от земли аппарат запрыгнула… орденка, одна из тех, что вершили суд. Та самая, независимая, снежка. Ну всё, полный комплект!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я — Лизили, — бросила мне девчонка, как-то незаметно для всех оказавшаяся в опасной от меня близости.

Традиционные орденские одежды девочки представали в живописнейшем беспорядке. Ленты-рукава просторной куртки провисли в районе локтя, оголяя шелковистую кожу. Система тканевых срезов на торсе трепетала сейчас особенно сильно, постоянно высвечивая фрагменты роскошного тела прелестницы, а в районе груди ленты и вовсе сильно раздались в стороны от соблазнительной ложбинки, бесстыдно выставляя её напоказ. Ленты в широких штанах, вообще-то долженствующие висеть вертикально вниз, сейчас уходили за колено, оплетая икру с задней стороны, переднюю же её часть выставляя на всеобщее обозрение. Но самым притягательным было вовсе не это. Расходясь в районе таза в стороны, полоски «штанин» приоткрывали вид на святая святых любой женщины. Республиканки ведь не носили нижнего белья… То есть совсем не носили. А потому ничто не скрывало от меня прелестный цветок женского лона…