- Ты солгал лорду Волан-де-Морту, Олливандер!
- Нет… клянусь, нет…
- Ты хотел помочь Поттеру, помочь ему спастись от меня!
- Клянусь, это не так… я верил, что другая палочка сработает…
- Так объясни же мне, что произошло. Палочка Люциуса погибла!
- Я не могу понять… связь… существует только… между двумя вашими палочками…
- Лжешь!
- Пожалуйста… умоляю вас…
Гарри увидел, как поднялась держащая палочку белая рука, ощутил, как Волан-де-Морта окатила волна отвратительной злобы, увидел, как на полу забился в агонии слабый старик…
- Гарри!
Все завершилось так же быстро, как началось, - Гарри стоял в темноте, содрогаясь, вцепившись в огородную калитку, сердце его бешено билось, шрам все еще покалывало. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить, - рядом с ним стоят Рон и Гермиона.
- Пойдем в дом, Гарри, - прошептала Гермиона. - Ведь ты же не уедешь, правда?
- Да, дружок, ты должен остаться, - сказал Рон и хлопнул Гарри по спине.
- Как ты себя чувствуешь? - спросила Гермиона, стоявшая к Гарри достаточно близко для того, чтобы видеть его лицо. - Вид у тебя ужасный!
- Ну… - дрожащим голосом ответил Гарри, - наверное, он все же лучше, чем у Олливандера…
Когда он закончил рассказ о том, что увидел, Рон выглядел испуганным, а Гермиона и вовсе охваченной ужасом.
- Но ведь это должно было прекратиться! Твой шрам… Предполагалось, что больше он этого делать не будет! Не давай вашей связи установиться снова. Дамблдор хотел, чтобы ты закрыл для нее свое сознание!
Гарри не ответил, и она стиснула его руку.
- Гарри, он завладел Министерством, газетами и половиной волшебного мира! Не позволяй ему пробраться еще и в твою голову!
Глава 6. Упырь в пижаме
Потрясение, вызванное утратой Грозного Глаза, пронизывало дом во все последующие дни. Гарри все ждал, что он войдет, стуча деревянной ногой, в заднюю дверь дома, как входили в нее (и выходили) другие члены Ордена, приносившие новости. И чувствовал, что только настоящее дело способно умерить его горе и чувство вины, что он должен как можно быстрее отправиться на поиски оставшихся крестражей и уничтожить их.
- Ладно, но пока тебе не исполнится семнадцать, ты ничего с… - и Рон молча, одними губами выговорил «крестражами», - все равно сделать не сумеешь. Ты же под Надзором. А строить планы мы можем и здесь, как в любом другом месте, верно? Или, - он понизил голос до шепота, - ты думаешь, что тебе уже известно, где находятся самзнаешьчто?
- Нет, - признал Гарри.
- Помоему, Гермиона пытается коечто выяснить, - сказал Рон. - Она говорит, что откладывала это до твоего появления здесь.
Они сидели за завтраком. Мистер Уизли и Билл только что отбыли на работу, миссис Уизли пошла наверх будить Гермиону и Джинни, а Флер отправилась принимать ванну.
- Надзор снимут тридцать первого, - сказал Гарри. - Значит, здесь мне осталось пробыть только четыре дня. Потом я смогу…
- Пять, - решительно поправил его Рон. - Мы должны остаться на свадьбу. Иначе они нас просто убьют.
«Они», как понял Гарри, означало Флер и миссис Уизли.
- Всего один лишний день, - сказал Рон, поняв, что Гарри вотвот взбунтуется.
- Неужели они не понимают, насколько важно…
- Конечно, не понимают, - ответил Рон. - Они же ничего не знают. И кстати, раз уж зашла речь о свадьбе, мне нужно с тобой поговорить.
Рон глянул в сторону выходящей в прихожую двери, проверяя, не спустилась ли вниз миссис Уизли, и склонился поближе к Гарри.
- Мама попыталась выяснить у меня и у Гермионы, что к чему. Чем мы собираемся заняться. Теперь она возьмется за тебя, так что держись. Папа и Люпин тоже задавали вопросы, но когда мы сказали, что Дамблдор велел тебе ничего никому, кроме нас, не говорить, они тут же отстали. Мама - другое дело. Она человек упорный.
Предсказание Рона сбылось уже через несколько часов. Незадолго до обеда миссис Уизли увела Гарри подальше от всех прочих, попросив его взглянуть на одинокий мужской носок, который, как она полагала, мог выпасть из его рюкзака. И, заведя Гарри в посудомойню при кухне, приступила к допросу.
- Рон с Гермионой, похоже, считают, что вам троим следует покинуть Хогвартс, - начала она легким и непринужденным тоном.
- А, - отозвался Гарри, - ну да. Мы уходим из школы.
В углу сам собой повернулся отжимной каток, выбросив изпод себя нечто, походившее на бывший жилет мистера Уизли.
- А можно мне спросить, почему вы решили прервать образование? - поинтересовалась миссис Уизли.
- Понимаете, Дамблдор поручил мне… одну вещь, - промямлил Гарри. - Рон и Гермиона знают о ней и хотят помочь.
- И что за «вещь»?
- Простите, я не могу…
- Знаешь, если честно, я думаю, мы с Артуром имеем право знать это. Уверена, что и мистер с миссис Грейнджер тоже! - заявила миссис Уизли.
Общей атаки «озабоченных родителей» Гарри опасался всерьез. И потому заставил себя взглянуть прямо в глаза миссис Уизли, поневоле отметив при этом, что цвет у них точьв-точь такой же, как у Джинни. Но легче от этого не стало.
- Дамблдор не хотел, чтобы об этом знал ктото еще, миссис Уизли. Простите. Рон и Гермиона помогать мне не обязаны. Они сами вызвались…
- Я все равно не понимаю, зачем уходить из школы! - оставив всякое притворство, выпалила она. - Вам и летто всего ничего. Ерунда какаято. Если Дамблдору нужно было исполнить какоето дело, так в его распоряжении имелся целый Орден! Ты, наверное, неправильно понял его, Гарри. Скорее всего, он сказал, что ему нужно чтото сделать, а ты решил, будто он требует этого от тебя…
- Нет, - ровным тоном ответил Гарри, - я понял все правильно. Сделать это могу только я.
Он вернул миссис Уизли, расшитый золотыми камышинами носок, принадлежность которого ему якобы надлежало установить.
- Не мой, - сказал он. - Я не болею за команду «Пэдмор Юнайтед».
- А, ну да, - отозвалась миссис Уизли, снова вдруг обретая, что несколько настораживало, свой обычный небрежный тон. - Могла бы и сама догадаться. Ладно, Гарри, раз уж мы все пока здесь, помоги нам в приготовлениях к свадьбе Билла и Флер, ладно? Столько еще всего осталось сделать.
- Нет… я… конечно, - промямлил обескураженный внезапной сменой темы Гарри.
- Какой ты всетаки милый, - сказала она и, улыбаясь, покинула посудомойню.
И, начиная с этой минуты, миссис Уизли принялась наваливать на Гарри, Рона и Гермиону столько связанных с приготовлениями к свадьбе дел, что времени подумать о чем бы то ни было у них просто не оставалось. Самое доброжелательное истолкование ее поведения состояло в том, что она пытается отвлечь их от мыслей о Грозном Глазе и ужасах их недавнего перелета. Однако, проведя два дня в безостановочной чистке ножей, подборе цветов для бантиков, ленточек и букетов, очистке сада и огорода от гномов и помощи миссис Уизли в изготовлении немыслимых количеств канапе, Гарри начал подозревать, что она руководствуется совсем иными мотивами. Все, что она им поручала, казалось, удерживало его, Рона и Гермиону на расстоянии друг от друга. С той первой ночи, когда он рассказал друзьям, как Волан-де-Морт пытал Олливандера, у него не было ни единой возможности поговорить с ними наедине.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
