Разведывательные подразделения в абвергруппах имели порядковый номер, начинавшийся с единицы, диверсионные подразделения с цифры два, а контрразведывательные – с цифры три.
Сто третья абверкоманда имела подчиненные ей абвергруппы – 107, 108, 109, 110 и 113. Контингент подбирали из военнопленных и местных жителей, желающих служить рейху.
Руководил абверкомандой лейтенант Борман. Группа 107 занималась подготовкой радистов и переброской их за линию фронта. Для этого 107-й группе придавалась авиагруппа Хайдриха, сформированная из военнопленных советских летчиков, техников и механиков. Имела на оснащении наши легкие самолеты У-2 в количестве 8 штук, располагалась на аэродроме под Борисовом.
Игорь ничего о структуре и задачах абверкоманды, документы которой лежали в кармане, не знал. Да и сам поворот событий был для него неожиданным, шокирующим.
– Тогда поторопимся, – приказал майор.
Снова поползли в сторону немецких позиций. Времени – четыре часа, самое сонное время. Точно тем же маршрутом добрались до траншеи. Первым подобрался Игорь, прислушался, потом заглянул. В траншее пусто.
Солдаты спали в землянках, часовой где-то прислонился к стенке в полудреме. Игорь перемахнул через траншею, отполз. Тут же на его прежнее место прыгнул старший. Кто он по документам, Игорь уже знал. Но как-то неудобно называть его Генрихом, фамильярно. Решил – пусть будет «герр майор». Игорь даже подозревал, что немецкое звание соответствует настоящему у разведчика.
По опыту, по возрасту – вполне, как и по уровню поставленной задачи. Сержанта на такое задание точно не пошлют, если только помощником, как Игоря.
За траншеями пришлось снова ползти метров сто, потом поднялись. Игорь обратил внимание, что майор идет бесшумно. Ни на одну банку пустую не наступил, ни на ветку. Стало быть – навык ходьбы в тылу есть. Такое быстро не приходит. Миновали вторую линию траншей, не скрываясь. Тут уж впереди майор, подчиненный, как и положено, – сзади. Майор на часы поглядывал.
До рассвета километров десять одолели. В какой-то деревушке остановились, майор поднял руку и вышел на середину дороги перед грузовиком. О чем он говорил с водителем, Игорь не слышал, но майор приказал:
– В кузов!
А сам сел в кабину, где рядом с водителем сидел ефрейтор. Благо – кабина широкая, большая. Да и сам грузовик «Блюссинг» здоровенный, в кузове наш ЗИС-5 целиком поместится. Игорь забрался в кузов, где находились несколько солдат, сидевших на пустых снарядных ящиках. Один обратился к Игорю:
– Камрад, закурить не найдется? Угости сигаретой.
– Сейчас.
Игорь пошарил по карманам. Он в рейд всегда брал сигареты и зажигалку. Сам не курил, но пригодится – табаком след посыпать, чтобы собака не учуяла, а зажигалка – если костер развести или поджечь что-нибудь. В левом кармане обнаружил запечатанную пачку, протянул солдату.
– Можешь взять две.
– Спасибо.
Солдат вытянул две сигареты, одну в рот взял, другую за отворот пилотки припрятал. Ехали долго, около часа. Наконец грузовик остановился.
– Фельдфебель Лемке, на выход, – скомандовал майор. Игорь спрыгнул с борта. Вокруг дома стоят.
– За мной!
Майор ориентировался уверенно. То ли карту досконально изучил, то ли бывал здесь. А Игорь в полном неведении.
– Мы в Хаусово, – подсказал майор. – До Орши километра три-четыре.
Орша был крупным железнодорожным узлом, оттуда рельсовый путь на север шел, к Витебску. На восток к Смоленску, уже занятому нашими войсками, на юго-восток к Кричеву, от последнего к Могилеву. Майор дождался, когда появится легковушка, остановил властным жестом:
– Солдат, приказываю отвезти нас к железнодорожному вокзалу.
Пешком немецкие офицеры не ходили, майор приказывал властно, и водитель не посмел ослушаться. Пока ехали, Игорь, сидевший на заднем сиденье, внимательно смотрел по сторонам.
Немцев в городе полно, ведут себя спокойно, никакой паники не чувствуется.
Солдат остановил машину на площади у вокзала. Разведчики покинули машину. Почти сразу к ним подошел патруль:
– Ваши документы!
Старшим патруля был лейтенант, немного сзади два солдата. У всех троих на груди на цепочках полулунная крупная бляха – полевая полиция, ГФП. Могут остановить и проверить любого. Майор не спеша достал из нагрудного кармана документы, протянул. Не нервничал, вел себя спокойно, даже вальяжно. А такое поведение сразу чувствуется. Лейтенант документы изучил, вернул, козырнул:
– В Борисов следуете?
– Вы угадали, лейтенант.
– Я не провидец, просто знаю, где базируется ваша группа. Фельдфебель с вами?
– Да, это мой подчиненный.
– Если увидите обер-лейтенанта Гирша, передавайте привет, мы учились вместе.
– Сейчас его подразделение в Минске, мы можем не встретиться.
Лейтенант удовлетворенно кивнул. Когда патруль отошел, майор тихо сказал:
– Проверял. Гирш – командир абвергруппы 215, диверсанты. Запомни на всякий случай.
Майор к заброске в немецкий тыл явно готовился, знал звания и фамилии начальников абвергрупп и команд, их дислокацию. При таком мимолетном каверзном вопросе можно засыпаться, вот как сейчас. Лейтенант из ГФП оказался не так прост, но и майор подготовлен на совесть. Игорь знал его несколько часов и пока не очень надеялся остаться в живых, если честно. Небольшой прокол в подготовке, и весь маскарад летит к чертям. ГФП – фактически аналог Смерша, и контрразведчики там подготовлены хорошо, Игорь сам сейчас убедился.
Майор выглядел невозмутимым, и Игоря эта выдержка порадовала. Есть надежда, что сработаются. Прошли на вокзал, майор приобрел по воинским проездным документам билеты на поезд до Могилева. Поезд должен был идти кружным путем, через Барань и Шилов. Состава пришлось ожидать около часа. Зашли в станционный буфет, перед входом надпись на немецком и русском «Только для немцев». Обслуга из русских, но по-немецки лопотала шустро. Приспособились за годы оккупации. Меню из немецких блюд. Майор просмотрел его мельком:
– Два айсбана и пиво. Фридрих, вы какое предпочитаете?
– Светлое, от темного у меня изжога.
Официант, стоявший у столика, кивнул:
– Айн момент.
На самом деле приготовлено было хорошо или Игорь проголодался, но съел быстро. А еще пиво, по которому соскучился. Пиво бочковое, из Германии, вкус отменный. Майор ел деликатно, не спеша. Все же офицер, а не фельдфебель. Расплатился рейхсмарками, хотя на оккупированных территориях были в ходу оккупационные марки. Когда вышли на перрон, майор тихо сказал:
– Молодец, хорошо держишься, я за тебя беспокоился.
Ну да, знал бы он, что Игорь и в Германии был, буфетом его не удивить. Подъехал поезд. Не товарные вагоны, в каких возили наших бойцов, а самые настоящие пассажирские. Только колея перешита на европейскую, узкую, оттого и вагоны маленькие. В купе уже оказался пассажир – гауптман со знаками артиллериста. От гауптмана попахивало спиртным. Он увидел эмблемы связиста на майоре и сапера у Игоря.
– Драпаете от русских?
– Почему вы так решили? – вопросом на вопрос ответил майор.
– Ваше место на фронте.
– По-моему, вы тоже направляетесь не на фронт.
– Я за пополнением, – буркнул гауптман. – Выпить не желаете или побрезгуете?
– С удовольствием.
Гауптман вытащил из саквояжа бутылку коньяка, раскладной стаканчик. Налил, предложил майору. Все же он старше по званию.
– Прозит! – приподнял стаканчик майор, поднес его к носу, понюхал, сделал глоток. – Коньяк хорош!
И допил медленно, смакуя.
– Мне кажется, вы штабная крыса, – заявил гауптман.
Плеснул себе спиртное в стаканчик и опрокинул в рот. Стаканчик был мал, грамм пятьдесят, но немцы обычно не пили залпом.
– Почему же?
– На фронте так не пьют. Там каждый день как последний.
– Вы правы. Я не стреляю по врагам, мое дело связь. Согласитесь – нужная служба.
Вагон раскачивало на стыках. Дверь сдвинулась. На пороге стоял офицер, из-за его плеча был виден солдат.
