Читаем без скачивания Сражения Космического Десанта - Стив Паркер

— Твое упрямство чуть не стоило нам жизни, — громко произнес Драйго, дабы его слышали терминаторы из Крыла Смерти, находящиеся на борту «Рева Возмездия».

Все, что связывало магистров, все узы братства, остались на поле битвы.

— В следующий раз мы будем готовы противостоять этой тактике. Было бы неплохо увидеть в бою и Серых Рыцарей, предпочитающих протирать задницы на кораблях Флота.

Драйго проигнорировал оскорбление Азраила.

— Когда он ударит в следующий раз, его целью будет более удаленный укрепрайон, оставшийся без поддержки и недоступный для танков Имперской Гвардии. Мы должны перестать принимать опрометчивые решения и сразиться с силами Абаддона в Атике.

— Я привел свой Орден защитить население Пифоса, а не выносить ему приговор. Если еще есть шанс, что население Атики все еще живо, я не буду проводить штурм.

— Это не проблема, мой господин, — произнес голос, не знакомый Темному Ангелу.

Страйк и женщина, облаченная в форму катаканцев, жилет и бандану, поднялись на Громовой Ястреб.

— Все население Атики мертво. Или близко к этому, — произнесла Тзула.

— Рад вас снова видеть, младший дознаватель Дигриз. Я боялся, что вы мертвы, — произнес Драйго. — Мои соболезнования в связи с гибелью вашего учителя. Он был хорошим человеком и великим слугой Золотого Трона.

— Благодарю, лорд Драйго. Я хочу почтить его память, выполнив эту миссию и уничтожив Подземелье Проклятых, — произнесла Тзула, склонив голову.

— И у вас есть оружие… я полагаю? — произнес Драйго.

Азраил обменялся взглядами с Серым Рыцарем.

— Да, лорд Драйго, — произнесла Тзула, указывая большим пальцем на нож, висящий у нее на поясе.

— Это воссоединение очень трогательно, но если у девчонки есть сведения об Атике, я хотел бы их выслушать, — рявкнул Азраил.

— Как пожелаете, господин, — произнесла Тзула, поклонившись магистру.

Она не пропустила ни одной детали касательно судьбы местного населения и плана по отравлению запасов, осуществлявшегося ковеном колдунов на одном из кораблей Флота. Она не стала полностью выкладывать информацию по Эпиметию. Когда инквизитор закончила, Азраил смерил ее оценивающим взглядом.

— Этот загадочный космический десантник. Эпиметий. Где он сейчас?

Тзула собиралась ответить, что он, скорее всего, сгинул в операции по уничтожению захваченного корабля, но тут вмешался Драйго.

— Это не касается нашего общего дела, Азраил. Души Атики потеряны. Хуже того, они порабощены силами Хаоса. Нам более не стоит тянуть с наступлением. Мы должны атаковать.

Азраил посмотрел на Страйка, и тот кивнул, соглашаясь с Серым Рыцарем. Командующий Темных Ангелов развернулся и двинулся в десантный отсек. Подойдя к входу, он остановился.

— Очень хорошо. Но мы сделаем это по-моему, в выбранное мною время. Приготовь свое братство к штурму. И вы, полковник, подготовьте своих людей, — произнес верховный магистр, войдя в десантное отделение и захлопнув за собой люк. «Рев Мести» устремился в небо по направлению к Скале, курсирующей на орбите. Драйго и Страйк принялись раздавать приказы, которые приведут к уничтожению Атики.

Интерлюдия

826960.M41 / «Нет Искуплению». Геостационарная орбита рядом с Кайликсом, система Пандоракс.

Гурон Черное Сердце материализовался на мостике «Нет Искуплению», его прибытию предшествовала вспышка и потрескивание энергии варпа. Гамадрия сновала между его ногами, ее глаза сверкали в темноте командной палубы крейсера класса «Убийца». Несколько Красных Корсаров, присутствовавших на мостике, приветствовали его, но вскоре снова вернулись к своим обязанностям. Фигура в терминаторской броне с боевыми повреждениями подошла к Гурону. Обрывки черного и желтого все еще выдавали в нем бывшего представителя Ордена «Косы Императора».

— Нам готовить флот к вторжению на Пифос, лорд Черное Сердце?

— Еще нет, Ремул, хотя расстановка сил в этой войне изменилась, и мы скоро понадобимся там.

Гамадрия растворилась в сумерках, когда Гурон выступил вперед, аккуратно положив свою секиру на палубу. Из теней появились мутировавшие создания, которые тут же забрали драгоценное оружие, чтобы отнести его в личную оружейную комнату хозяина.

— Мне нужно срочно поговорить с Абаддоном.

— Как пожелаете, — ответил Ремул, давая знак человеческому члену экипажа выполнять распоряжение его господина.

Черное Сердце обратился к еще одному ренегату, бывшему Астральному Когтю, и его самым доверенным лейтенантам, хотя понятие доверия было слишком расплывчатым среди Корсаров. Он кратко рассказал им о судьбе «Плача» и отдал приказы для следующей фазы войны. В свою очередь, лейтенанты доложили ему о последних разведданных, полученных с мира смерти. Через несколько минут вмешался Ремул.

— Мы установили связь с Магистром Войны, господин Черное Сердце.

Гурон распустил своих воинов и проследовал за терминатором к мигающему экрану, с которого на него взирало лицо Абаддона.

— Если ты связался со мной, чтобы умолять пощадить тебя после провала на шахте, то ты тратишь мое время, я сотру тебя и твоих ренегатов с лица галактики, не оставив и следа твоего существования в истории, тиран. — Угроза в голосе Магистра не оставляла никаких сомнений в том, что он осуществит задуманное.

— Ничего подобного, Абаддон. Полагаю, тебе нет дела до захвата этой планеты… — Гурон сделал паузу, аккуратно подбирая слова, дабы не обречь Красных Корсаров на гибель. — … Небольшой успех твоей операции лишь дал тебе время, чтобы ты нашел то, что ищешь. Или, точнее сказать, того, кого ты ищешь. Я прав Магистр Войны?

Абаддон ухмыльнулся, усмешка, обрекшая тысячи миров на уничтожение, отразилась на его губах.

— Что ты знаешь об этом, пират?

— Больше, чем ты думаешь. Я нашел того, кого ты ищешь, и оставил его в живых. — Гурон ухмыльнулся в ответ. — Более того, я знаю, как поймать его.

Экран зарябил, изображение Абаддона слегка исказилось. Когда рябь прошла, лицо Магистра вновь стало спокойным.

— Расскажи мне больше, Черное Сердце.

Глава 14

085961.M41 / Улей Атика, Пифос.

Григор Миттель положил на землю кусок руды, добытой из недр Атики, и повернулся, собираясь направиться за очередной партией. Он не знал, и его не беспокоило, сколько раз он уже проделывал данную процедуру, или сколько времени он делал это. Будучи пораженным вирусом чумного зомби, он прибывал в состоянии между жизнью и смертью. Его тело изменилось за долгие месяцы службы, но он не замечал этого. Пальцы отсутствовали на обеих руках, кожа на груди была содрана до кости, в щеке зияла дыра, через которую просматривались желтые зубы. Его одежда, как и у остальных работавших зомби, превратилась в лохмотья, оставив его практически голым, но Григор не чувствовал холод в тоннелях шахт. Григор не чувствовал ничего. Что-то заставило его остановиться. Он посмотрел в сторону преграды и увидел женщину, хотя Григор уже не мог распознавать пол, возраст или расу. Чувство, похожее на узнавание, на мгновение промелькнуло у него в голове. Женщины также остановилась и взглянула на Григора. Их глаза встретились, уголки ее рта медленно разошлись в сторону. Это была улыбка, но Григор уже не мог распознавать мимику лица. Этот трогательный момент быстро закончился ударом кнута, оторвавшем лоскут кожи со спины Григора и кисть у женщины. Мужчина начал двигаться, не из-за боли и страха, но из-за рефлекса повиновения от удара плетью. Григор сделал шаг и взглянул вниз на оторванную руку, на одном из пальцев было надето металлической кольцо. Григор уже не помнил, что это кольцо символизировало единение мужчины и женщины, а эта женщина — Каталина, его жена. Он не помнил, что они встретились три года назад, когда Григор присоединился к команде шахтеров вместе с новыми переселенцами с Геи. Он не помнил и то, что губернатор лично присутствовал на этой свадьбе, и то, что церемония проходила во время фестиваля Вознесения Императора, в тот день зеваки приветствовали их на улицах города-улья и желали молодым счастливого будущего. Григор не помнил, что за несколько недель до падения Пифоса, они говорили о создании семьи и переезде в Гею, где они будут работать на семейной ферме Каталины, чтобы заработать достаточно денег для постройки собственного дома. Григор ничего этого не помнил, потому что нашествие Абаддона отняло у него все самое дорогое. Нашествие, лишившее свободы и человечности целую планету. Григор услышал какой-то шум, более громкий, чем плеть, и он остановился. Все остановились. Если бы он все еще мог описывать явления или предметы, то Григор, скорее всего, описал бы этот шум как пронзительный свист. Он посмотрел на женщину, повинуясь какому-то странному чувству, и она вновь взглянула на него. Шум заставил Григора оторвать взгляд от своей жены, и это был последний раз, когда он мог видеть ее, но он не знал об этом. Когда Григор поднял глаза вверх, он увидел, что небо полыхает. Ракеты с орбиты неслись прямо на столицу Пифоса, город-улей с пяти тысячелетней историей, превратившийся в обломки и пыль за несколько минут. Уничтожив Атику, флот переключился на близлежащие окрестности и джунгли, превратив их в выжженную равнину, по которой теперь могли передвигаться танки. Азраил держал свое слово касательно штурма города, но упрямо настаивал на своих условиях. Несмотря на петиции Драйго, верховный магистр Темных Ангелов продолжил придерживаться своего плана, проводя операции против линий снабжения противника и концентраций боевых машин, прежде чем атаковать Атику. Страйк был поражен. Агрессивная позиция Драйго имела под собой основание и, возможно, позволила бы урезать поток демонов из Подземелья Проклятых, но подход Азраила устранял угрозу поддержки со стороны союзников темных сил. Это также позволяло свежим полкам Имперской Гвардии прибывать в систему Пандоракс вместе с Легио Круциус, пославших титанов класса «Боевые гончие» для поддержки освободительных сил. Со своей стороны, Страйк был рад возможности основательно подготовиться к битве и дать К'сии возможность поработать над «Бичом Предателей», чтобы привести его в рабочее состояние. С земли все еще поднимался пар, «Адский молот» ехал во главе бронированной колонны. Некоторые машины колонны чинились крайне редко, еще со времен Ереси Гора. Целая бронированная кадианская дивизия с двумя артиллерийскими дивизионами поддержки, следовали позади оставшихся танков катаканцев и востроянцев. Рядом с «Леманами Руссами» гордо двигались сверхтяжелые танки. Многие из них были выкрашены в цвета кадианцев, катаканцев и востроянцев, но самые элитные машины несли на себе геральдику Первой Паладийской бронированной роты с позывным «Громовержцы», в состав которой входили «Гибельные клинки», «Молоты погибели» и другие гигантские модели боевой техники. Единственные машины, превышавшие колесно-гусеничную технику в размерах, были «Боевые гончие», шагавшие по флангам колонны. В небесах, высоко над танками и шагателями, в низколетящих облаках, парили тысячи «Валькирий», готовые высадить пехоту прямо на линию фронта. Над ними пролетали «Громы» и «Молнии» Имперского Флота, а также «Нефилимы» и «Темные когти» Темных Ангелов. Часть боевых братьев оставалась на орбите, готовые десантироваться на планету, когда придет время, но пока Имперская Гвардия поддерживалась только истребителями и бомбардировщиками Ордена. Сидя в командном кресле «Бича Предателей», Страйк слушал вокс-сообщения, транслировавшиеся между полками. Их построение координировалось на основе докладов разведчиков. Из-за плохой видимости, они полагались на оборудование и глаза пилотов, но периодически команды вступали в перепалку друг с другом из-за прерывистых сообщений. Пусть радуются, что вообще могут связываться друг с другом. Еще одним преимуществом тактики Азраила стал захват Холоуфола с последующим уничтожением источника радиопомех. Неожиданно раздался сигнал поступления сообщения повышенной важности, и Страйк незамедлительно переключил каналы связи.